Золотой дождь - Джон Гришэм

Это ходатайство в суд с целью отвергнутьблейковский иск.

Для убедительности к нему приложено краткоезаключение на шестидесяти трех страницах. Здесь также отношение на имя егочести Харви Хейла с просьбой поставить ходатайство на слушание.

Брюзер спокойно наблюдает за мной:

— Пожалуйте на поле битвы.

У меня ком застрял в горле. Чтобы должнымобразом ответить на эту бумагу, потребуется несколько дней.

— Впечатляет, — говорю я с пересохшим горлом.— Не знаю, с чего начать.

— Внимательно ознакомься с правилами ведениядела. Отвечай на это ходатайство собственным заключением. Сделай это быстро.Все не так плохо, как кажется.

— Не так?

— Да, Руди. Просто бумажная атака. И ты скороэтому научишься. Эти мерзавцы готовы писать бумаги по любому поводу, анекоторые они высасывают из пальца и на все составляют толстые, убедительные,подкрепляющие их позицию резюме. И каждый раз они будут стараться устроитьслушания по каждому своему драгоценному заявленьицу с просьбой отвести иск. Имбезразлично, проиграют они или выиграют, ведь они при любых условиях делают наэтом деньги. Плюс все это оттягивает слушание дела в суде. Они подняли такуюпрактику до вершин искусства, а по счетам платят их клиенты. Проблема лишь втом, что они в процессе этих проволочек совсем измотают тебе нервы.

— Да я уже и так устал.

— Это же мерзопакостники. Драммонд щелкнетпальцами, скажет: «Желаю, чтобы иск сняли со слушания в суде», и три адвокатазароются в бумагах и библиотечных справочниках, а два помощника адвокатаперелопатят какие-нибудь старые заключения на своих компьютерах. И всебыстро-быстро! Не успеешь и глазом моргнуть, как будет готово новое толстоезаключеньице, тщательно подкрепленное научной документацией. Затем Драммондунадо будет пару раз его пробежать за двести пятьдесят в час, и, может быть, ондаст почитать его своему дружку-партнеру. Потом он его отредактирует, сократити покажет, как надо причесать, так что адвокатам снова придется засесть вбиблиотеке, а помощникам — поработать на компьютерах. Это, конечно,разорительное мероприятие, но у «Дара жизни» денег достаточно, и они не прочьплатить специалистам из «Тинли Бритт».

У меня такое чувство, словно я бросил вызовцелой армии.

Одновременно зазвонили два телефона, и Брюзерхватает трубку ближайшего.

— Займись делом, — говорит он мне и отвечает вмикрофон: — Да!

Обхватив двумя руками папку, я несу ее к себев кабинет и закрываю дверь. Я читаю ходатайство об отводе иска и очень красивооформленное и прекрасно отпечатанное заключение, которое, как я вскоре понимаю,изобилует убедительными аргументами почти по каждому пункту, которые яперечислил в исковом заявлении. Стиль заключения богат и ясен и настолькоосвобожден от юридической схоластики, насколько это вообще возможно. Онозамечательно хорошо составлено. Все позиции подкреплены множеством ссылок наавторитеты, приведенных удивительно кстати и по делу. Внизу большей частистраниц красуются элегантные сноски. Здесь есть даже содержание, указатель ибиблиография.

Единственное, что отсутствует, так этоподготовленное на подпись судье распоряжение удовлетворить все пожелания «Даражизни».

Прочитав заключение трижды, я беру себя в рукии начинаю писать ответ. В ходатайстве обязательно должно найтись какое-тослабое место, едва заметная прореха в аргументации, что можно использовать дляопровержения. Постепенно шоковое состояние и страх проходят. Я собираю в кулаквсе свое острое отвращение к «Дару жизни», вспоминаю, что они сделали с моимклиентом, и закатываю рукава.

Мистер Лео Ф. Драммонд может быть мудрецом иволшебником от юриспруденции, он может иметь на подхвате бесчисленныхприспешников, которые повинуются мановению его руки и немедленно кидаются наего зов, чтобы исполнить поручение, но мне, Руди Бейлору, не остается ничегодругого, как принять вызов. Я умен, способен и умею работать. Драммонд хочетначать со мной бумажную войну? Ну что ж, чудесно. Я сотру его в порошок.

* * *

Дек уже шесть раз сдавал экзамен. При третьейпопытке в Калифорнии он его почти сдал, ему не хватило всего двух баллов. Трираза он сдавал экзамен в Теннесси, но даже близко не подошел к желаемомурезультату, о чем поведал мне с необыкновенной откровенностью. У меня нетуверенности, что он вообще хочет сдать экзамен. Дек зарабатывает по сорок тысячв год, охотясь за делами о несчастных случаях для Брюзера, он не отягощенморальными ограничениями. (Не беспокоят они, конечно, и Брюзера.) Деку не нужноплатить адвокатские налоги, беспокоиться о повышении квалификации, посещатьсеминары и выступать перед судьями, не говоря уже о том, что ему не надоплатить арендную плату за офис и прочие подобные издержки.

Дек просто пиявка. Пока у него есть знакомыйадвокат с прочной деловой репутацией, от имени которого он может работать, ипомещение, где можно работать, Дек на коне.

Он знает, что я не слишком занят делами фирмы,вот и приобрел привычку заходить ко мне в кабинет около одиннадцати утра. Мыполчаса болтаем о том о сем, а потом идем к Труди на свой незатейливый дешевыйленч. Я уже привык к Деку. Он просто непритязательный маленький человечек,который хочет со мной подружиться.

Мы сидим у Труди в уголке, за ленчем, вокружении водителей грузовиков дальних рейсов, и Дек говорит так тихо, что яедва слышу. Временами, например, в больничных холлах, он может быть наглым донеприличия, а иногда он застенчив, словно мышь. Он что-то мямлит под нос, хотяочень хочет, чтобы я его расслышал, и все время оглядывается, будто боится, чтосейчас на него нападут.

— Был у нас парень, который работал в нашейфирме, по имени Дэвид Рой, и он очень сблизился с Брюзером. Они вместе велисчет своим денежкам, дружные, словно, знаешь, воры, которые работают в паре.Роя лишили звания адвоката за то, что он смешивал свои деньги с чужими. — Деквытирает пальцами с губ следы салата с тунцом. — Но Рой не расстроился.

Он покинул фирму, перешел улицу и открылнапротив ночной клуб со стриптизом. Однако клуб сгорел. Он открыл другой, иопять пожар. И третий. Потом началась война в этой грудастой индустрии. Брюзерслишком умен, чтобы оказаться под колпаком, но он постоянно на грани. И твойдружок Принс Томас тоже. Схватка продолжается уже пару лет. Довольно часто вэтой сфере кого-нибудь убивают. И часто поджигают. Между Роем и Брюзеромпроизошла из-за чего-то большая свара.

В прошлом году федеральные власти накололиРоя, и поговаривают, что он созрел для доноса. Сам понимаешь, что я имею ввиду.