Братство камня - Жан-Кристоф Гранже

Все произошло на его люберонской вилле в тот час, когда смолкают насекомые. Диана помнила, как опускалась на землю ночь и густели краски. Вдалеке, над верхушками вязов и сосен, золотились охрой песчаные карьеры. Лиловое небо расцвечивалось всеми цветами радуги. В нескольких метрах от дома плескался ядовито-синей водой бассейн.

Шарль курил сигару. Диана смотрела на тающие в вечернем воздухе завитки ароматного дыма и думала, как чужды природе мечты о могуществе и власти.

Именно тогда, в августе 1997 года, Шарль посоветовал ей усыновить ребенка. Диана и сама об этом думала, но в тот вечер приняла окончательное решение.

Год спустя, в марте 1998 года, Шарль предложил ей помощь, пообещав обратиться к директору Департаментского управления по санитарной и общественной деятельности либо к министру социальной защиты. Шарль Геликян был всесилен. Сначала Диана отказалась, но когда поняла, что ее анкету положили под сукно, согласилась – при условии, что мать никогда об этом не узнает.

Несколько месяцев спустя она получила согласие органов опеки, и Шарль посоветовал ей обратиться в приют, патронируемый Фондом Борья-Мунди, который он финансировал.

В сентябре Диана улетела в Ранонг и забрала Лгосьена. Неожиданно она вспомнила, что в вечер аварии была у матери на званом ужине и, когда уходила, Шарль вышел попрощаться и взглянуть на ребенка. Он так растрогался, что притянул ее к себе и поцеловал. Тогда она не поняла смысла этого жеста, хотя была уверена, что Шарль не пытается за ней приударить. Поцелуй скрывал иную реальность. Человек с двумя лицами ликовал при встрече со своим Стражем. Человек с ужасным прошлым и загадочной улыбкой, терпеливо ждущий, когда на пальцах ребенка проявятся мистические цифры и он отправится на встречу со своей молодостью.

Шарль Геликян: пятьдесят восемь лет, владелец нескольких кабинетов психологического консультирования крупных предприятий, личный советник крупнейших французских промышленников, консультант министров и политических деятелей по стратегическим вопросам. Представительный и очень влиятельный человек, вращающийся в высших властных сферах, но оставшийся альтруистом и гуманистом.

Диана ничего не знала о его прошлом. За одним-единственным исключением, которое как раз и могло иметь отношение к делу: Шарль был леваком троцкистского толка. Так, во всяком случае, утверждал он сам, когда с увлечением рассказывал о своей бурной молодости. А что, если на самом деле он был убежденным коммунистом, твердолобым членом партии и в 1969 году, как и Филипп Тома, ушел за «железный занавес»? Геликян был достаточно умен, чтобы говорить о себе полуправду, пресекая тем самым любые попытки покопаться в его прошлом.

Она живо представляла себе юного стройного Шарля на парижских баррикадах в мае 68-го. Легко вычислялась и его встреча с Филиппом Тома на психфаке Нантерского университета. Когда парижский бунт провалился, молодые люди вполне могли вместе придумать безумный план: перебраться жить на «красный континент». Оба наверняка страстно интересовались парапсихологией и надеялись, что в СССР им удастся продолжить углубленное изучение паранормальных способностей человека.

Картинка начинала складываться. Добравшись до Советского Союза, перебежчики попали в психологическую лабораторию при токамаке. Они участвовали в опытах с ТК-17, войдя в узкий круг посвященных, жаждавших добиться невозможного.

Диана не стала раздеваться и, не зажигая свет, залезла в спальный мешок, свернулась клубочком и три часа лежала неподвижно, пытаясь разложить все по полочкам. У нее не осталось сомнений: отчим использовал ее, манипулировал ею и сумел обмануть. Она была легкой добычей и стала идеальной матерью для его Стража.

Теперь она пыталась оценить другие события, случившиеся после их с Люсьеном возвращения в Париж. По какой-то не известной ей причине Филипп Тома и Шарль Геликян всегда были врагами. Хранитель попытался уничтожить Стража Геликяна, чтобы тот не узнал, когда состоится встреча, и не смог отправиться к токамаку. Но зачем ему это понадобилось? Неужели Шарль представлял для него угрозу? Какими паранормальными способностями он был наделен? Диана предполагала, что именно отчим связался с Рольфом фон Кейном, другим членом братства, чтобы тот провел сеанс иглоукалывания и попытался спасти мальчика. Между бывшими сотрудниками лаборатории существовали как дружеские связи, так и вражда, но что было их реальной подоплекой?

Жив ли Шарль Геликян?

Если да, то направляется ли он к каменному святилищу?

Проверить это было очень легко. Диана взглянула на светящиеся стрелки часов. Три утра – значит, в Париже восемь вечера.

Она встала, ощупью добралась до стены, достала телефон и направила антенну на квадратик синего ночного неба. Связи не было, и она бросилась в коридор, не потрудившись обуться.