Происхождение - Дэн Браун

Последние несколько месяцев главной заботой Моники было информационное сопровождение постепенного перехода власти к принцу Хулиану. А это нелегко. Переход власти – это очередной повод для выступлений противников монархии.

Согласно испанской конституции монархия – «символ нерушимого единства и неколебимости Испании». Но Мартин знала: на самом деле в Испании никакого единства нет. В 1931 году Вторая республика положила конец монархии, но затем в 1936 году был путч Франко, который вверг страну в Гражданскую войну.

Сегодня восстановленная и ограниченная конституцией монархия считается либерально-демократической. Но многие либералы продолжают выступать против короля, называя его власть пережитком темного религиозного и милитаристского прошлого и считая монархию постоянным напоминанием о том, что Испания до сих пор не вполне соответствует требованиям современного мира.

В пресс-релизах последнего месяца Моника Мартин по-прежнему поддерживала привычный имидж короля – он лишен реальной власти, но его любит народ, и он служит символом нации. Получалось не очень, ведь монарх оставался главнокомандующим вооруженными силами и главой государства.

Глава государства, думала Мартин, в стране, где церковь толком от государства не отделена. Близкие отношения престарелого короля и епископа Вальдеспино на протяжении многих лет действовали на либералов и противников церкви как красная тряпка на быка.

И вот теперь принц Хулиан.

Мартин знала, что своим постом целиком обязана принцу, но именно из-за него ее работа в последнее время становилась все труднее. А несколько недель назад принц устроил настоящую пиар-катастрофу.

В прямом эфире национального телевидения, стоя на одном колене, он сделал это нелепое предложение Амбре Видаль. Не хватало только, чтобы она отказала ему на глазах у миллионов телезрителей, но, слава Богу, у нее хватило ума согласиться.

К несчастью, после помолвки Амбра Видаль повела себя не лучшим образом, и ее бесконечные экстравагантные выходки постоянно создавали проблемы для Моники Мартин.

Но сегодня эта тема полностью отошла на второй план. Волна медиаактивности, вызванная событиями в Бильбао, достигла беспрецедентных масштабов. За последний час мир захлестнуло настоящее цунами конспирологических теорий. К сожалению, некоторые из них касались епископа Вальдеспино.

Авторы самых неприятных версий исходили из того, что стрелок из Бильбао получил доступ на презентацию Кирша «по прямому указанию кого-то из королевского дворца». Целые тучи новостных сайтов раскручивали захватывающую теорию, согласно которой прикованный к постели король и епископ Вальдеспино составили заговор, чтобы убить Эдмонда Кирша – полубога виртуального мира, блистательного американского гения, который выбрал Испанию своим домом.

Они уничтожат Вальдеспино, думала Мартин.

– Всем внимание! – почти кричал Гарза, вбегая в комнату электронного слежения. – Принц Хулиан и епископ Вальдеспино сейчас находятся где-то на территории. Проверьте все камеры и найдите их. Немедленно!

Потом командор прошел в кабинет Мартин и сообщил ей новости о принце и Вальдеспино.

– Ушли? – с недоверием переспросила она. – И оставили телефоны в сейфе?

Гарза пожал плечами:

– Очевидно, чтобы мы не смогли до них добраться.

– Нам бы лучше их найти, – сказала Мартин. – Принцу Хулиану необходимо срочно выступить с заявлением. И дистанцироваться от Вальдеспино как можно дальше. – Она пересказала Гарзе все, что всплыло в Интернете за последний час.

Теперь удивился Гарза.

– Все это полный бред. Вальдеспино не может стоять за убийством.

– Не может… и может. Убийство так или иначе связано с католической церковью. Обнаружена прямая связь между убийцей и высокопоставленным иерархом церкви. Посмотрите. – Мартин вывела на экран компьютера очередное сообщение ConspiracyNet, основанное на новой информации от источника, называющего себя [email protected]. – Это появилось несколько минут назад.

Гарза наклонился и начал читать.

– Ну нет! – возмущенно воскликнул он. – Папа? Авила не мог быть лично знаком…

– Читайте дальше…

Закончив, Гарза выпрямился, отступил на шаг и принялся усиленно моргать, словно пытался пробудиться от страшного сна.

В этот момент его позвали из комнаты визуального контроля:

– Командор Гарза! Я нашел их!

Гарза и Мартин бросились в закуток агента Суреша Бхаллы, уроженца Индии, недавно поступившего на службу. Он указывал на монитор, куда была выведена видеозапись одной из камер слежения. На мониторе два человека – один в епископском облачении, другой в строгом деловом костюме – шли по дорожке парка.

– Восточный сад, – сказал Суреш. – Две минуты назад.

– Они вышли из здания? – удивился Гарза.

– Смотрите, сеньор. – Суреш прокрутил в ускоренном режиме записи с нескольких камер во дворце, а потом включил изображение в режиме реального времени: двое мужчин выходили из сада и двигались по внутреннему двору.

– Куда они идут?

Мартин уже догадалась куда. Она заметила, что Вальдеспино идет по обходной дорожке, чтобы не попасться на глаза журналистам, наводнившим главную площадь.

Как она и предполагала, Вальдеспино и принц дошли до южного служебного входа в собор Альмудена, епископ отпер дверь и пропустил принца вперед. Потом вошел сам и захлопнул дверь. Епископ и принц исчезли с экранов.

Гарза молча смотрел на закрытую дверь на мониторе, судя по всему, не очень понимая, что такое он несколько мгновений назад увидел.

– Держите меня в курсе, – наконец сказал он и отвел Монику Мартин в сторону.

Когда они отошли на достаточное расстояние, Гарза прошептал:

– Не знаю, как епископ Вальдеспино сумел убедить принца Хулиана уйти с ним из дворца и оставить телефоны в сейфе. Но я уверен, что принц не в курсе обвинений, которые выдвигают против Вальдеспино. Иначе бы не пошел с ним.

– Согласна, – кивнула Мартин. – Даже страшно подумать, какую игру ведет епископ, и… – Она замолчала.

– Что – и? – спросил Гарза.

Мартин вздохнула:

– Просто подумала, что Вальдеспино захватил очень ценного заложника.

В четырехстах километрах севернее Мадрида в атриуме музея Гуггенхайма у агента Фонсеки зазвонил телефон. Шестой раз за последние двадцать минут. Он взглянул на высветившийся номер и невольно вытянулся по стойке «смирно».

– ¿Sí? – Сердце его забилось учащенно.

С ним заговорили по-испански, неторопливо и отчетливо:

– Агент Фонсека, как вам прекрасно известно, будущая королева Испании совершила сегодня ряд опрометчивых поступков, ее имя оказалось связано с сомнительными людьми, а репутации королевского дворца нанесен существенный урон. С целью не допустить худшего крайне важно доставить ее во дворец как можно скорее.