Происхождение - Дэн Браун

– Можете и поедете, – заявил Фонсека. – Вместе с вашей компьютерной игрушкой, – добавил он, указывая на гарнитуру.

– Нет уж, извините, – решительно сказал Лэнгдон. – Ни при каких обстоятельствах я не поеду с вами в Мадрид.

– Странно, – покачал головой Фонсека. – Вы же вроде профессор Гарварда?

Лэнгдон посмотрел на него с недоумением:

– Ну да.

– Вот и хорошо, – кивнул Фонсека. – Тогда, надеюсь, у вас хватит мозгов понять, что выбора нет?

С этими словами агент пошел прочь, продолжая сражаться с телефоном. Лэнгдон смотрел ему вслед. Какого черта?

– Профессор! – Амбра Видаль подошла к нему сзади и оказалась совсем близко. – Пожалуйста, выслушайте меня. Это очень важно.

Лэнгдон повернулся к ней. Его поразило выражение ужаса на ее лице. Она вроде бы пришла в себя, голос уже не срывался, но в нем звучало глубокое отчаяние.

– Профессор, – продолжила она. – Эдмонд бесконечно уважал вас, это ясно хотя бы потому, что он включил вашу лекцию в программу презентации. Поэтому я думаю, вам можно доверять. Мне нужно кое-что рассказать вам.

Лэнгдон смотрел на нее с удивлением.

– Это я виновата в гибели Эдмонда, – прошептала она, и ее глубокие карие глаза наполнились слезами.

– Что вы имеете в виду?

Амбра бросила настороженный взгляд на Фонсеку, но тот был далеко и не мог ее слышать. – Этот список гостей… – Она снова повернулась к Лэнгдону. – Имя, вписанное в последний момент… Вы его помните?

– Да. Луис Авила.

– Я внесла это имя в список, – призналась она, и ее голос сорвался. – Понимаете, я!

Значит, Уинстон был прав, ошеломленно подумал Лэнгдон.

– Эдмонда застрелили из-за меня. – Она едва сдерживала рыдания. – Я впустила убийцу в здание музея!

– Подождите. – Лэнгдон положил руку на ее вздрагивающее плечо. – Успокойтесь и рассказывайте. Почему вы вписали его имя?

Амбра снова тревожно взглянула в сторону Фонсеки, но тот метрах в двадцати от них все еще говорил по телефону.

– Профессор, прямо перед началом презентации мне позвонил человек, которому я всецело доверяю. Он попросил о личной услуге – внести адмирала Авилу в список гостей вечера. Это было всего за несколько минут до того, как музей открыл гостям двери, я была страшно занята и внесла имя в список, не раздумывая. Ведь это же адмирал, офицер флота! Откуда я могла знать? – Она бросила быстрый взгляд на безжизненное тело Эдмонда и прикрыла рот ладонью. – И вот теперь…

– Амбра, – прошептал Лэнгдон. – Кто именно попросил вас внести Авилу в список?

Она с трудом перевела дух.

– Мой жених… наследный принц Испании. Дон Хулиан.

Лэнгдон смотрел на Амбру, не в силах поверить собственным ушам. Директор музея Гуггенхайма сообщает ему, что наследный принц Испании помог преступникам организовать убийство Эдмонда Кирша. Нет, невозможно.

– Я уверена, во дворце никто не ожидал, что мне станет известно имя убийцы, – проговорила она. – Но теперь я его знаю… Боюсь, моя жизнь в опасности.

Лэнгдон снова коснулся ее плеча.

– Здесь вы в полной безопасности.

– Нет! – прошептала она с нажимом. – Здесь происходит то, чего вы не понимаете. Нам с вами надо бежать отсюда. Немедленно!

– Мы не сможем сбежать, – возразил Лэнгдон. – Иначе мы никогда…

– Пожалуйста, выслушайте меня, – настаивала Амбра. – Я знаю, как помочь Эдмонду.

– Что? – Лэнгдон подумал, что она все еще не в себе. – Эдмонду уже ничем нельзя помочь.

– Нет, можно, – сказала она тоном абсолютно нормального человека. – Но сначала нам необходимо попасть в его дом в Барселоне.

– О чем вы говорите?

– Пожалуйста, послушайте внимательно. Я знаю, чего бы сейчас хотел от нас Эдмонд.

Амбра Видаль перешла на едва слышный шепот. Она говорила секунд пятнадцать, и сердцем у Лэнгдона билось все быстрее.

Договорив, Амбра посмотрела на него с вызовом:

– Теперь вы понимаете, почему нам надо бежать?

Лэнгдон кивнул, не сомневаясь ни секунды.

– Уинстон, – сказал он, обращаясь к своему гиду, – ты слышал, что сейчас говорила мне Амбра?

– Да, профессор.

– Тебе все это уже было известно?

– Нет, профессор.

Теперь Лэнгдон подбирал слова особенно тщательно:

– Уинстон, я не знаю, способны ли компьютеры испытывать чувство преданности своим создателям. Но если ты способен, то вот твой момент истины. Нам очень нужна твоя помощь.