Во тьме - Максим Шаттам

Когда Аннабель увидела Бролена, у него на плечах лежал снег, таял в волосах и на бровях. Частный детектив одиноко стоял в холле, несмотря на то что вокруг было множество любопытных. Группа молодых полицейских разговаривала с дежурным офицером, но, явно заинтересованные присутствием Бролена, они держались от него на расстоянии. Казалось, фигура детектива излучает странный магнетизм, при этом она словно сигнализировала окружающим: приближаться не стоит. Талый снег примял его волосы, лишь одна-единственная, похожая на коготь прядь спускалась со лба по щеке. На властном лице Бролена не отражалось ни малейшего намека на волнение, Аннабель нашла его почти устрашающе красивым. Когда он заметил ее, в его взгляде мелькнула искра, потом губы Бролена чуть дрогнули. Аннабель приняла эту дрожь за улыбку, ей захотелось сказать ему что-то очень личное.

— У меня кое-что есть для вас, — произнес Бролен.

— Нашли в церкви?

Он не удивился, что она угадала. Он показал ей кусочек скотча, отлепленного от скамейки в храме Святого Эдварда, и отдал ей пластиковый пакетик.

— Мои поздравления, мы бы обнаружили это только через несколько дней, а время дорого, — поблагодарила его Аннабель. — Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Думаю, нам есть, что рассказать друг другу.

Они перешли улицу и вошли к Таннеру; в этот раз их приход не сопровождался молчанием и пристальными взглядами. Аннабель теперь служила для Бролена своеобразным гарантом. Они заказали безалкогольное пиво, и Бролен рассказал, как он нашел улику под скамьей в церкви.

— Вы не заметили, не ремонтировали ли там витражи? — спросила детектива Аннабель.

— Возле тех скамеек, где я нашел это, стоят леса.

Это объясняло присутствие на поверхности открытки стеклянной пыли. Аннабель решила, что пора раскрыть карты: придя к ней, он заслужил ее доверие; женщина рассказала Бролену о результатах проведенного лабораторией ФБР исследования и показала ему их заключение.

— Бролен, есть кое-что еще. — Тревога мелькнула в синих глазах Аннабель, она крепко сжала бокал обеими руками. — Я обязана вам. — Она ждала, что он возразит, хотя бы для вида, но он молчал. — Слушайте, я сейчас вам кое-что расскажу, это свежая информация, но все-таки еще раз договоримся: никакой утечки, я рискую своим местом, о'кей?

Бролен кивнул.

Девочка моя, ты больна, ты думаешь, что знаешь его, но нет же, он тебе неизвестен, до вчерашнего утра ты никогда его не видела.

— Прежде всего, фотографии, найденные нами у Спенсера Линча… Как вы догадываетесь, их больше, чем те восемь, что попали в «Нью-Йорк Пост». На самом деле их шестьдесят семь.

Бролен по-прежнему молчал, однако от услышанного выражение его лица стало иным.

— Мы установили личности половины этих людей, все они исчезли, не оставив никаких следов. Мы думаем, речь идет о подобии оккультной секты, глава которой — некий Боб, хотя последний факт требует тщательной проверки. Совсем недавно мы обнаружили на телах всех жертв татуировки. Мотивы, цели — все это пока нам неизвестно. Мы со вчерашнего вечера обсуждаем имеющуюся информацию, однако, боюсь, ничего нового в голову нам не придет. — Сделав большой глоток пива, она продолжила: — В качестве улики у нас есть текст, подобие псалма или ритуальной молитвы. Мы нашли ее на стене в доме Линча, она написана человеческой кровью. Вот она:«Caliban Dominus noster, In nobis vita, Quia caro in tenebris lucet». Весь текст на латыни.

— Этот Боб выходил с вами на связь? — спросил Бролен, глядя на Аннабель.