Музыка ветра - Карен Уайт

Мерит невольно прыснула. Шутка получилась удачной.

– Вы попробуйте, и сами убедитесь, – подначила ее Лорелея.

– Да я даже не знаю, с чего начинать. Моя мама тоже никогда не красилась.

Женщины обменялись удивленными взглядами. Надо же! Вот и Мерит заговорила о собственной матери. С чего бы это? По ассоциации?

Стараясь не спугнуть наметившееся потепление в отношениях с падчерицей, Лорелея осторожно заметила:

– Когда решите начать, я с удовольствием помогу вам. Устрою для вас, так сказать, курс начинающего стилиста. – Она взглянула на рубашку, которая была надета на Мерит. – Что это на вас?

Мерит тоже глянула на себя, словно забыла, что именно она натянула на себя перед сном.

– Это – рубашка Кэла. Он носил ее когда-то под свитер.

– Вы ее надели потому, что по-прежнему хотите ощущать его близость?

Мерит уже открыла рот, чтобы ответить, беззвучно зашевелив губами. Потому что готового ответа у нее не было.

– Если вы в этом не уверены до конца, – продолжила Лорелея, – тогда я скажу так. Вы ее надели потому, что всегда так делали. Вы что, чувствуете себя лучше в мужниных вещах? Или сексуальнее? Или ощущаете себя совсем юной девушкой?

Мерит нахмурилась.

– Ничего такого я не чувствую! Я надеваю ее для того, чтобы спать в ней. А единственное чувство, которое я испытываю, ложась в кровать, это усталость. И больше ничего.

Наступил черед удивляться Лорелее.

– Вы хотите сказать, что после семи лет брака вы, укладываясь в постель, не испытываете никаких других чувств?

Мерит нервно заерзала на своем стуле.

– Кэл постоянно был на службе. А зимы в Мэне очень холодные. Вот для того, чтобы согреться, я и стала надевать его старые рубашки, отправляясь спать. Они меня здорово выручали.

– Но здесь-то не холодно! – Лорелея посмотрела на нее многозначительным взглядом.

Мерит невольно поежилась под этим взглядом.

– Да у меня больше и нет ничего, в чем можно спать. Разве что еще одна трикотажная футболка с короткими рукавами. А в рубашке я рукава закатываю. Так что в ней не так уж и жарко.

– Что ж, с этим мы обязательно разберемся! – воскликнула Лорелея оживленным голосом. Мысли в ее голове неслись в полном беспорядке. С чего начать? Как действовать дальше? Но это даже к лучшему, потому что заставляет забыть хоть на время о том, как же ей сейчас плохо.

Она с трудом поднялась со стула, подошла к холодильнику и открыла дверцу. Тонкий слой изморози проступил на поверхности. Он был похож на легкую опушку, украшающую зимнюю шляпку.

– Советую новый холодильник покупать из числа тех, в которых имеется функция автоматической разморозки. Я уже удалила весь лед внутри, но это мало помогло.

Лорелея согнулась и вытащила из морозильной камеры контейнер с мороженым, а потом сняла с одной из полок банку с шоколадным сиропом.

– А еще вам нужно обязательно купить микроволновку.

Она снова наклонилась к одному из кухонных шкафчиков и извлекла из него небольшую сковороду. Включила газ и поставила сковороду на плиту.

– Что вы собираетесь делать?

– Сейчас подогрею сироп и сделаю вам мороженое с шоколадным кремом. Разве вы не за этим спустились на кухню?

На лице Мерит отразилось смятение. Точно такое же выражение лица было у Оуэна, когда она однажды застала его врасплох за весьма неблаговидным занятием. Мальчишка украдкой таскал сладости из вазы. Помнится, ей тогда даже захотелось позвать Роберта, чтобы он тоже посмотрел на проделки сына. В ту минуту она совсем забыла о том, что мужа больше нет в живых. И что она никогда больше он не сможет делить с ними всякие забавные мелочи их повседневной жизни, веселиться над тем, что говорит или что делает их сын. Роберт ушел навсегда, и она приняла его уход как данность. Она даже научилась жить без Роберта. Но все равно, в ее мыслях он всегда незримо присутствовал где-то рядом.

Мерит уже открыла рот, чтобы сообщить мачехе, что она не желает никакого мороженого, но Лорелея лишь нетерпеливо отмахнулась от нее черпаком для мороженого.

– Оуэн просто обожает сладости. Любит их, можно сказать, до беспамятства. И в этом он уж точно пошел не в меня.

Лорелея положила в вазочку три шарика мороженого. Потом налила на сковороду немного шоколадного сиропа и продолжила начатый разговор.

– Лично я предпочитаю все соленое и острое – рыбу, жареный картофель, картофель-фри. Словом, люблю все жареное. А вот Роберт… Тот тоже обожал всяческие десерты. Они на пару с Оуэном могли умять целый торт за один присест. Очень любили мой торт «Красный бархат». Обязательно испеку его и для вас. И если утром, открыв холодильник, я обнаружу, что половины торта уже нет, то тогда, значит, я не ошиблась в своих подозрениях. Вы тоже сладкоежка. – Она отрегулировала огонь под сковородкой. – На этой плите работает лишь одна конфорка.

– Лорелея!

– Нет-нет, я никоим образом не тороплю вас покупать новую плиту. Но кухня – это ведь сердце любого дома. Уверена, что когда вы обживетесь в этом доме по-настоящему, то и кухню оборудуете в соответствии со своими вкусами и наклонностями.

– Лорелея!

Голос Мерит звучал напряженно. И это заставило Лорелею оторваться от плиты и повернуться лицом к падчерице.

– Слушаю.

– С вами все в порядке? Мне кажется, вы плакали…

Лорелея скользнула рукой по лицу, и пальцы на руке моментально стали влажными.

– Это все проклятая аллергия меня изводит, – сказала она не очень убедительным тоном.

– Пожалуйста, сядьте! Я сама приготовлю себе мороженое и сироп.

У Лорелеи уже не было сил, чтобы спорить с Мерит, и она молча уселась на освободившийся после нее стул и стала наблюдать за тем, как Мерит помешала ложкой сироп, а потом полила им шарики мороженого.

– А у нас нет вишни в шоколаде или карамели с пеканом?

Лорелея промокнула глаза бумажной салфеткой.

– К сожалению, нет. Но я помечу себе и в следующий раз обязательно куплю. А еще чипсы на арахисовом масле, да?

– О да! Вот это обязательно! – Мерит поставила вазочку с мороженым на стол и положила две чайные ложечки.

– Нет, спасибо, я не буду, – сразу же отказалась Лорелея, почувствовав, что ее уже замутило от одного только приторно-сладкого запаха мороженого. – А что такое пекан?

Мерит зачерпнула полную ложку мороженого, поднесла ко рту, и рука ее зависла на мгновение в воздухе.

– Это такой орех. Его часто используют для выпечки всякой сдобы: булочки с пеканом, пироги с пеканом. Вы же с Юга. Понимаете, что я имею в виду.

– Понимаю, но мы произносим это слово несколько иначе. У нас говорят: «пьюкан». Вот это я знаю… Это – орех. А «пекан» – это уже по части военных… что-то такое, чем занимаются солдаты на своих учениях. Если собираетесь жить на Юге, придется запоминать различия в произношении.