Истерли Холл - Маргарет Грэм

Она натянула поводья.

– Кроме того, Джек, похоже, просто обожает ребенка.

Эви смотрела прямо перед собой. Ей показалось, что в голосе подруги прозвучала боль.

Коляска наехала на плотный ком снега, скатившийся с сугроба. Что случилось с Джеком, если вообще что-нибудь случилось? Возможно, ей просто показалось. Она крепко держалась за борта коляски. Ей представились они с Саймоном и их ребенок, девочка. Эви уже почти чувствовала ее тяжесть на своих руках. Ее будут звать Сьюзи, в честь мамы. Родители будут рады, если у них появится собственная внучка. Она даже, может быть, будет похожа на Тимми. При мысли о брате ее пронзило болью. Да, эта боль не уйдет никогда, но со временем с ней можно будет справиться.

– Я делаю все, чтобы 1914 год стал хорошим годом, и уже начала присматривать небольшие гостиницы. Нужно просто найти тех, кто предложит подходящую цену. А готовлю я уже хорошо и вести хозяйство тоже умею, – сказала она Грейс.

– Как важно, чтобы у человека была мечта, Эви.

Они уже въезжали в Госфорн. Кое-где тротуары были уже расчищены от снега, хотя далеко не все. Кто-то еще говорил с ней о мечтах. Кто это был? Она не помнила.

– А у вас есть мечты, Грейс?

Секундное молчание.

– Мечта – для молодых.

Эви сжала руку подруги.

– Никогда не поздно иметь мечты. Никогда.

Они оставили Салли с коляской позади зала собраний вместе с несколькими другими. В зале горел свет, председательница уже произносила речь.

Грейс поморщилась:

– Опять опоздали.

– Мы, как всегда, идем на задний ряд, – улыбнулась Эви.

Грейс рассмеялась.

– Знаем свое место.

Они тихонько постучали в дверь, запертую, как и положено. Бетти Кларк, в прежние времена часто сидевшая вместе с ними, впустила их и, приложив палец к губам, вручила им по листку с повесткой дня. Эви и Грейс на цыпочках прошли на задний ряд. Некоторые из присутствующих в зале обернулись и, узнав их, заулыбались. Когда они уселись, Грейс толкнула Эви локтем и показала на передний ряд. Да, она сидела там, но без леди Маргарет. Грейс и Эви обменялись взглядами. Леди Вероника, безусловно, заслуживала уважения.

В феврале неожиданно наступила оттепель, и снег растаял, а март принес настоящее тепло, и вскоре после подснежников в изобилии расцвели крокусы и нарциссы. Мистер Харви в зале для прислуги объявил, что леди Вероника наконец выходит замуж и что бракосочетание состоится в местной церкви. В Истерли Холл по этому случаю приглашены гости, если миссис Мур и Эви не возражают.

Он ждал ответа. Миссис Мур кивнула. А что еще ей оставалось делать? Едва ли она могла сказать:

– Нет, знаете ли, мы против. Это черт знает сколько работы.

Но, как бы там ни было, а это будет еще один полезный урок для Эви, хотя она могла не сомневаться, что вся нагрузка ляжет на ее плечи, хотя употребление джина стало теперь далеким воспоминанием, поскольку ревматизм миссис Мур почти не проявлял себя.

Позже на кухню забежала Лил. Ей страшно хотелось поделиться слухами, к которым она как горничная леди Вероники имела доступ. В кои-то веки на кухне горели желанием услышать новости, потому что все думали, что капитан Уильямс останется в Индии навсегда, а леди Веронике грозит участь помолвленной, но незамужней старой девы.

– Ух, и склока у них была, – заявила Лил, стоя посреди кухни. Как всегда, волосы у ней выбивались во все стороны из-под шапочки. – У леди Брамптон аж дым из ушей шел, а леди Вероника спокойная, как я не знаю что, говорит, что не выйдет замуж за этого беднягу, хоть он и вернулся, если… – Лил остановилась. – Да, она именно так и сказала, беднягу, если бракосочетание не будет устроено здесь, в деревне, где похоронена Вейни. Представляете? Действительно, бедняга, не знаю, как вам, но по мне, так он чистое бревно.

Миссис Мур остановила ее, замахав руками.

– Беги, беги наверх. Мы услышали все, что надо. Это все нервы. Только нервы.

Когда Лил упорхнула, Эви попросила Дотти бросить скорлупу в бульон и обменялась взглядами с миссис Мур.

– Бедняга, надо же, – одними губами сказала миссис Мур. – Бедная девочка, бедный он, что ждет их в будущем?

Свадьба была намечена на веселый месяц май^[36].

– Вот смеху-то будет, – заметила Энни.

По случаю события были задействованы приглашенные официанты и три человека на кухню. В семь утра восьмого мая миссис Мур уже явила свой непререкаемый авторитет, ни разу даже не повысив голос. Но атмосфера стояла неловкая: всем казалось, что невеста не появится вообще. Мистер Харви, однако, не допускал никакой болтовни и настаивал, чтобы подготовка шла по высшему разряду, как если бы это была свадьба века.

Слуги уже за неделю начали ставить шатер и готовить танцевальный зал для бала, садовники расставляли вазы для цветов, колористически подобранных, разумеется белых и розовых, а на кухне уже неделю кипела работа и росли горы разнообразной пищи.

Леди Вероника решила ограничиться холодными закусками, несмотря на страстные протесты леди Брамптон, Эви писала меню, по десять в день, и к 7 мая были готовы восемьдесят. Все приготовления к предсвадебному ужину для невесты, ее родственников и друзей были завершены. В день бракосочетания Эви и Дотти встали в четыре утра, чтобы приготовить чай для лакеев и горничных хозяев. К их большому удивлению, миссис Мур появилась на кухне через пять минут после них. Дотти сварила овсянку для слуг, приступивших к работе уже в полпятого утра.

Прежде чем начать готовить завтрак для хозяев, миссис Мур и Эви бросились проверять закуски: лосось по-генуэзски, холодный суп из спаржи, султанка золотистая, камбала (соус еще предстояло приготовить), нарезка из лосося, бараньи ребрышки, пироги с телятиной и ветчиной, жареное седло барашка со спаржей (по настоянию лорда Брамптона, но уже слава богу, что не кроличий пирог), фаршированная баранья лопатка, пирог с жаворонками, домашняя птица под соусом бешамель, телячья грудинка, пюре из томатов, желе. Все это они должны будут разложить на столе. Были готовы также блюда с пирожками, фруктовыми компотами, бланманже, торты с фруктами, чизкейки и небольшие тарелочки с тепличными фруктами.

В восемь утра Эви гонялась за лобстерами, которые, как всегда, сбежали из ведер в холодной комнате, и, поймав, с отвращением слушала их пронзительные крики, когда опускала их в кипящую воду. К восьми тридцати она завершила приготовление соусов, майонеза и угря. Лобстеры будут разделаны и поданы в чашах из граненого хрусталя. Дотти была под рукой, она все время старалась учиться, учиться всему, и Эви каждый день благодарила свою счастливую звезду, что теперь на кухне Дотти, а не Милли. Работа на кухне стала великолепно отлаженной, и все они высоко ценили происшедшую перемену и наслаждались ею. Приглашенный персонал прибыл вовремя и работал споро и со рвением, и миссис Мур с удовольствием руководила ими.