Мировая революция-2.0 - Максим Калашников

Но пострадали не только те станы, где учинили революции. Досталось и соседям. Для них сузились рынки сбыта. На их границах возникли очаги насилия и бандитизма. Американцы, проведя по Востоку «струей огнемета», нанесли потере и европейцам. (Оно и понятно: мировая революция-2.0 должна уничтожить и Евросоюз как потенциального конкурента). Например, разрушение Ливии лишило европейцев дополнительного источника стабильных поставок нефти и природного газа. Развалился французский геополитический проект — «Средиземноморский союз». А в Европу хлынули новые массы беженцев-мигрантов, грозя взрывом европейских обществ изнутри.

Понес потери и Китай. Он столкнулся с невозвращением своих инвестиций, с потерей источников природных ресурсов, с тем же сужением рынков сбыта и сокращением доходов от экспорта.

Зато организаторы (гроссмейстеры) революции поживились сами и дали поживиться другим. Но только не «освобожденным народам»! Впервые в ходе свержений неугодных США режимов пошла, как отмечтают Кобяков, Черемных и Восканян, практика прямой конфискации активов в странах-мишенях. В Египте, например, конфискация произведена трижды: а) имущества семьи Мубарака, б) имущества распущенной правящей партии, НДП; в) имущества Вооруженных сил при их реформе.

Естественно, главный «конфискат» ушел на Запад — его финансистам. «Освобожденные народы» остались в круглых дураках (оно и понятно: слепое орудие не вознаграждается). Так называемые «послереволюционные элиты» попали в отчаянное положение: средств нет, они оказались у власти, сидя буквально на «пороховых погребах». Им приходится выпрашивать займы и помощь. В основном — у того же Запада. И уже понятно, что ждет РФ или Украину, стань они взорванными и подожженными государствами.

Как доказывают авторы «Анонимной войны», невозвращение средств диктаторов железно свидетельствует о том, что номинальные предводители «революций 2.0» выступали лишь марионетками, лишь конечными исполнителями экспроприации. Как для протестной массы, так и для общества в целом источники «правды о жульничестве и воровстве» представляли больший авторитет, чем государственное руководство. Конечно, сообщения о воровстве верхов были чаще всего правдой. Но только по итогам революций массам награбленное не вернули — оно досталось тем, кто сложнее и умнее их. Тем, кто использовал праведный гнев низов для того, чтобы совершить кражу со взломом.

Причем невозврат средств свергнутых режимов в их страны проводится под самыми смешными предлогами. И уже ясно, что при планировании сих революций ущерб для странов-партнеров разрушенных переворотами стран (в первую очередь — для европейцев) программировался изначально. Более того, выяснилось, что исполнители экспроприации сами могут быть экспроприированы. Это в «послемубараковском» Египте хорошо показали.

Что было использовано как довод-лом, как аргумент-кастет при конфискации «денег диктаторов»? Ярлык коррупции. (Уже понятно, как будут валить РФ). При этом сами гроссмейстеры мировой революции-2.0, ныне получая неплохую добычу от своих предприятий (окупаемые для организаторов революции), молчат, что сами они еще недавно поощряли коррупцию в странах-мишенях. Разве мы забыли о том, как Запад смотрел сквозь пальцы на то, что делал Мубарак в Египте? Или как Запад упорно не замечал того, какое гигантское воровство началось в Эрэфии после «победы демократии» в 1991 году? Мало того, повелители Запада прямо поддерживали Ельцина в ходе его государственных переворотов 1991 и 1993 годов. Они поддержали его при расстреле парламента — хотя прекрасно понимали, что в результате на постсоветском пространстве сложится самый воровской, самый криминально-олигархический строй. С тотально коррумпированной «элитой». Оно и понятно: они заманивали постсоветских «вождей» в западню. Теперь она захлопнулась. Ну, куда вы денетесь, коронованные воры? Вы все — коррупционеры и потенциальные объекты конфискаций. Впрочем, автор сих строк писал об этом задолго до начала нынешних событий.

Шантаж с помощью обвинений в коррупции прекрасно срабатывает. Противопоставить режимам-«мешкам» всему этому нечего. Бороться с коррупцией реально они не в силах — это ведь бороться с самими собой. Массовые СМИ (хотя и не все) приватизированы и отчасти контролируются иностранцами. Они работают против власти. Политтехнологическое сообщество — прозападное, оно превратилось в инструмент иностранного контроля туземных элит. Могучие западные якобы неправительственные организации собирают конфиденциальную частную имущественную информацию — все эти «Transparency International», «Center for Public Integrity» (CPI), OOCRP, FLARE. Налицо прямое партнерство технологов «ненасильственных переворотов» с этими структурами. Авторы «Анонимной войны» добавляют в число факторов безащитности режимов-мишеней невиданное прежде расширение возможностей сбора информации с мест с развитием геопространственных технологий и социальных сетей. Из этого же ряда — и беспрецедентное расширение возможностей трансляции компрометирующих версий (диффамации) перекрыть которые примитивные режимы-«мешки» не в силах. Наконец, есть неэффективность судебного оспаривания компромата (по выражению А. Г.Ханта, «информационный мир движется быстрее законодательства»).

Но есть, по мнению экспертов «Анонимной войны», и субъективные факторы успеха политики свержения режимов по обвинениям в коррупции.

Во-первых, стереотипизация мышления элит, их оболванивание в процессе постиндустриального идеологического отбора.

Во-вторых, измельчание этих самых «элит», отсутствие среди них крупных личностей. З. Бжезинский недавно написал: «В Западной Европе не стало исторического воображения и глобальных амбиций; там нет ни Черчилля, ни де Голля, ни Аденауэра». Но его слова можно с полным правом отнести и к Постсоветии.

В-третьих, работает отчуждение элит от большинства, в условиях кризиса усугубляемое непопулярной политикой.

В-четвертых, есть субъективный фактор — деидентификация «универсально неудовлетворенного потребителя», особенно в ЕС, ввиду духовной и структурной дефектности интеграционного процесса.

Наконец, есть массовый психический инфантилизм молодежи с «неприкаянной» (лишенной достойного предмета приложения) энергией.

«Расширению конфискационной практики способствуют: а) заинтересованность США в разрешении финансовых проблем за счет союзников, переведенных в статус вассалов, б) эффективный контроль спецслужб США над мировым правоохранительным сообществом; в) инструментализация новообразованных антикоррупционных ведомств для селекции элит (особенно заметная в странах Балкан и Прибалтики)…» — выкладывают свои аргументы Кобяков, Черемных и Восканян.

Иными словами, механизмы для конфискации богатств туземных «элит» готовы, причем для работы в «промышленных масштабах». Случилось то, о чем мы с Сергеем Кугушевым предупреждали в «Третьем проекте» в 2006 году. Открылась «скотобойня»…

Впрочем, сам-то текст мы писали еще в 2001-м — и вы можете проверить наши давние выводы.

…Свершился великий пропагандистский трюк: если раньше Россия выступала в роли «империи зла», то теперь — в роли «криминальной империи». В представлении среднего западного человека сегодня мы — это уголовники и «беспредельщики», жутко богатые и кровожадные, не стесняющиеся убивать и резать.