Легенды крови и времени - Дебора Харкнесс

Ноябрь 1781 года

Портсмутская гавань была полна кораблей, ожидавших погрузки или разгрузки. Время давно перевалило за полночь, но работа на причалах не прекращалась.

– Поищи среди кораблей судно под названием «Аретуза», – сказал Маркусу де Клермон, отдавая ему поводья лошади. – А я поспрашиваю в таверне, не видел ли кто этот корабль.

– Корабль большой? – спросил Маркус, разглядывая шлюпы, шхуны, бригантины и китобойные суда.

– Достаточно большой, чтобы пересечь Атлантику… Уже и спрашивать не надо. Я его заметил. – Де Клермон указал на корабль, стоявший в самом конце гавани.

Маркус прищурился, пытаясь прочитать название. Французский флаг на мачте убедил его, что де Клермон прав.

Де Клермон прыгнул в ялик, потянув Маркуса за собой. Матрос, приглядывавший за лодкой, был мертвецки пьян и не заметил, как ее увели у него из-под носа. Де Клермон сел за весла, и лодка понеслась. С каждым их мощным взмахом остроконечный нос «Аретузы» становился все ближе.

Они почти достигли борта, когда сверху спустили веревочную лестницу.

– Залезай! – скомандовал де Клермон, удерживая ялик впритык к корпусу судна.

Маркус с опаской поглядывал на крутую корабельную стенку.

– Я сорвусь и упаду в море! – возразил он.

– Лететь долго, а вода холодная. Ты уж лучше забирайся на палубу, – донесся сверху незнакомый голос.

Потом над перилами появилось гладко выбритое лицо с квадратной челюстью и длинными, до плеч, золотистыми волосами, выбивавшимися из-под нахлобученной треуголки.

– Привет, дядюшка.

– Здравствуй, Галлоглас, – ответил де Клермон, притронувшись к своей шляпе.

– Кто это с тобой? – спросил Галлоглас, подозрительно щурясь на Маркуса.

– Дай ему сначала взобраться на палубу, потом будешь задавать вопросы.

Де Клермон взял Маркуса за загривок и поднял на высоту первых двух ступенек. Ялик опасно покачивался у них под ногами.

Достигнув верха лестницы, Маркус, словно мешок, свалился на палубу. У него кружилась голова. Прежняя легкость, с какой он влезал на высокие деревья и крыши, куда-то исчезла. Он закрыл глаза, выжидая, пока море и небо не займут свойственное им положение. Открыв глаза, Маркус обнаружил нависшего над собой гигантского варга.

– Боже мой! – попятился Маркус, опасаясь за свою жизнь.

Пусть теперь его и нелегко убить, ему не выстоять против такого великана.

– Христос и святые угодники! Не глупи, парень, – усмехнулся Галлоглас. – Зачем мне нападать на своего двоюродного братца?

– Двоюродного братца? – растерянно повторил Маркус.

Это известие не уменьшило его страхов. Он по собственному опыту знал, насколько опасными бывают близкие родственники.

Галлоглас протянул руку толщиной с пушечный ствол, согнув ее в локте и раскрыв ладонь. Маркусу вспомнилось, как здоровались и прощались Джон Рассел и де Клермон. «Должно быть, все варги – масоны, – подумал он. – А может, это такой французский обычай?»

Маркус осторожно пожал протянутую руку, прислонив свой локоть к локтю Галлогласа. Новоявленный двоюродный брат мог сломать его руку, точно прутик. С этой тревожной мыслью он сомкнул пальцы вокруг мускулистой руки Галлогласа.

– Полегче, щенок! – Галлоглас предостерегающе прищурился и поднял Маркуса на ноги.

– Извини. Я все время забываю, какая у меня теперь сила, – промямлил Маркус, ошеломленный своей неловкостью.

Галлоглас издал какой-то звук и разжал руку.

К этому времени на палубу с тигриной грацией забрался де Клермон. Варг, именуемый Галлогласом, повернулся к нему и вдруг дважды ударил де Клермона кулаком в челюсть.

Брат или не брат, защитные инстинкты Маркуса мгновенно пробудились, и он кинулся на Галлогласа. Тот ленивым движением своей ручищи отбросил Маркуса, словно котенка.