Эти опавшие листья - Олдос Хаксли

На прямых участках ему удавалось выжать из машины все восемьдесят восемь миль в час. Борода мистера Фэлкса билась и трепетала, как попавшее в капкан животное. Трудно даже описать его облегчение и благодарность небесам, когда автомобиль подъехал к дверям отеля в Сиене.

– Великолепная машина, не так ли? – обратился к нему лорд Ховенден.

– Вы ездите непозволительно быстро, – сурово проговорил мистер Фэлкс.

Лорд Ховенден мгновенно поник:

– Мне очень жаль, плошу площения.

Молодой герой в нем уже уступал место робкому пешеходу. Он посмотрел на часы.

– Остальные будут здесь челез солок пять минут, – сообщил он, надеясь, что подобная информация умиротворит мистера Фэлкса.

Но тот не впечатлился, и когда настало время выезжать в сторону Перуджи, высказал твердое желание продолжать поездку в лимузине миссис Олдуинкл. Решили, что он поменяется местами с мисс Элвер.

А мисс Элвер ничего не имела против скорости, она действовала на нее возбуждающе. И чем быстрее они мчались, тем более пронзительными становились крики, с которыми она приветствовала или прощалась, тем энергичнее двигалась ее рука с носовым платком, обращенная в сторону мелькавших мимо детей или собак. Единственная возникавшая от быстрой езды проблема заключалась в том, что мощный поток встречного воздуха норовил вырвать платок из пальцев и унести далеко в пространство. Когда все четыре носовых платка, хранившихся в ее ридикюле, постигла эта участь, мисс Элвер разразилась слезами. Лорду Ховендену пришлось остановиться и одолжить ей свою пеструю шелковую бандану. Мисс Элвер, очарованная яркостью ее красок, пожелала обезопасить такую красоту от капризов ветра и попросила Ирэн привязать платок углом к кисти своей руки.

– Вот теперь все будет хорошо, – радостно заявила она, подняла очки и смахнула с глаз слезы.

Лорд Ховенден снова пустился в дорогу. На фоне синевы неба, резко контрастируя с почти ровной, как стол, поверхностью, по которой они ехали сейчас, вдалеке одиноко возвышался синий силуэт горы Амиата. Создавалось впечатление, что чем дальше они продвигались на юг, тем длиннее и острее делались рога белых быков, запряженных в попадавшиеся навстречу повозки. Стоило такому чихнуть, и колесо могло оказаться проколото, стоило резко мотнуть головой в сторону, и тебе в бок грозило впиться отполированное до блеска острие.

Они миновали Сан-Квирико, где из загадочного и меланхоличного в своей запущенности сада внутри остатков стен разрушенной цитадели доносился запах нагретого солнцем стойла. В Пиенце они обнаружили город, каким он, наверное, рисовался Платону, Город с большой буквы. Стены с воротами, короткая улочка, площадь с собором и дворцами по трем другим сторонам, еще одна улочка и вторые ворота, за которыми расстилались поля кукурузы, виноградники, оливковые рощи. На все это плодородие по-прежнему величаво взирал темно-синий пик горы Амиата. В Монтепульчиано их взору предстали дворцы и церкви, однако здесь продуманная красота симметрии уступила место живописному хаосу строений, лепившихся к склону холма.

– Боже! – воскликнул лорд Ховенден, когда они на тормозах осторожно спускались вдоль главной улицы, спланированной когда-то лишь для мулов и ослов.

Из окон цокольных этажей между колоннадами дворцов на проезжавшую машину смотрели любопытные лица. Они, как на санках, скатились через эпоху Возрождения, через арку Средних веков и вновь оказались в не имеющих датировки вечных полях. От Монтепульчиано дорога тянулась к озеру Тразимено.

– По-моему, здесь когда-то произошло большое сражение? – спросила Ирэн, найдя название на карте.

Лорд Ховенден припомнил, что действительно поблизости имела место кровавая битва.

– Но какое это может иметь значение для нас? – спросил он.

Ирэн кивнула. Сейчас история не волновала ее.

– Ничто не имеет значения, – сказал лорд Ховенден. Его голос с трудом пробивался сквозь ветер, который задувал очень сильно даже на скорости в сорок пять миль в час. – Кломе, – ветер принуждал его к краткости, – кломе тебя.

Но потом поспешно добавил, боясь, что смутит Ирэн такой фамильярностью:

– Скучно спускаться по извилистой дологе. Нельзя лазогнаться как следует.

Но как только они выехали на ровное шоссе вдоль западного берега озера, его лицо прояснилось.

– Вот это мне по душе, – заявил он.

Ветер набирал мощь от сильного до почти штормового. Настроение лорда Ховендена повышалось по мере продвижения вправо стрелки спидометра. Губы вытянулись в улыбку, а на лице застыло выражение полнейшего счастья. За стеклами очков глаза сияли необычайно ярко.

– Как славно мы едем! – воскликнул он.

– Очень славно, – откликнулась Ирэн. Под маской она тоже не могла сдержать улыбки. У нее в ушах завывал свирепый ветер, но она чувствовала себя счастливой.

Дорога свернула левее, огибая озеро с южной стороны.

– Мы уже близко от Пелуджи, – вздохнул лорд Ховенден. – Жаль. Там будет скучно.

Ирэн молча согласилась с ним.

Они неслись дальше, ветер с силой бил им в лица. Показалась развилка. Лорд Ховенден направил свой автомобиль вдоль дороги, уходившей влево. Синяя поверхность озера пропала из виду.

– До свидания, Тразимено, – с сожалением произнесла Ирэн. Это было очень красивое озеро. Ей хотелось бы вспомнить, какое историческое событие здесь произошло.

Дорога вдруг извилисто потянулась вверх, ветер стих. С вершины холма Ирэн с удивлением увидела синюю водную поверхность, с которой только что навсегда распрощалась, поблескивавшую ниже. В восторге от зрелища мисс Элвер захлопала в ладоши и разразилась радостными криками.

– Странно, правда? – произнесла Ирэн.

– Я ошибся, – объяснил лорд Ховенден, – и мы опять поехали на севел, но вдоль восточного белега. Давай дадим полный клуг. Не хочу возвлащаться.

И они полетели дальше. Долго оба молчали. Зато с заднего сиденья мисс Элвер приветствовала каждое попадавшееся навстречу живое существо.

Их переполняли счастье и радость жизни, обоим хотелось ехать так до бесконечности. И они мчались вперед. На северной оконечности озера дорога снова сделалась ровной и прямой. Лобовой ветер крепчал. Вдалеке неподвижно застыли на своих холмах Кортона и Монтепульчиано, как звезды остаются на одном месте, хотя ты сам едешь очень быстро. А вскоре они опять оказались на западном берегу. Возвышаясь над вдававшимся в озеро мысом, безмятежно отражался в воде еще один городок – Кастильоне-дель-Лаго.

– Очень живописно! – выкрикнул лорд Ховенден, стараясь пересилить шум ветра. – Кстати, – добавил он, – уж не Ганнибал ли бился здесь с помощью своих слонов?

– Вероятно, – ответила Ирэн.

– Хотя это не имеет никакого значения.

– Конечно. – Она рассмеялась.

Ховенден был счастлив, полон радости, смел, как никогда.