Пляж - Алекс Гарленд

— Почему ты… — начал он, но я уже набросился на него. Я притворился, что наношу удар левой рукой, и свалил его на землю правой. Он упал, как мешок с картошкой.

Теперь он испугался.

— Ишвини, — крикнул он, подставив ладонь ковшиком под текшую с разбитых губ кровь. — Это пхавда! Это не я нашел папайи! Ричард нашел!

Я медленно наклонился и снова взял в руки фризби, чтобы стереть с диска мякоть папайи.

— Слишком поздно, Багз, — мягко, почти дружелюбно, пробормотал я. — Слишком поздно…

Он завизжал, но не сдвинулся с места, парализованный страхом, как освещенный фарами кролик. Фризби опустилось, ребром ударило его по переносице и раздробило кость. Он перевалился на бок и принялся слабо скрести рукой по песку, пытаясь уползти. Я ударил его сзади по голове и нанес четыре сильных удара по почкам.

Он скулил.

— Пошалуйста, — мямлил он. — Не надо.

Неудачный выбор слов. Мое раздражение росло. Осмотревшись по сторонам, я увидел острогу.

— Перемотаем-ка назад, — сказал я себе и в последний раз затянулся. — Этого я не могу.

Я посасывал косяк до тех пор, пока не обжег кончики пальцев, а затем отбросил окурок и вернулся вновь к своему первому удару.

Я притворился, что наношу удар левой рукой, и свалил его на землю правой. Он упал, как мешок с картошкой.

— Ишвини, — закричал он. — Это пхавда! Это не я нашел папайи!

— Повтори-ка еще раз! — заорал я, нагибаясь над ним и замахиваясь фризби.

— Это не я их нашел! Это ты! Ишвини!

— Громче!

— Это ты нашел папайи!

Я резко кивнул и повернулся к Франсуазе:

— Я просто хотел внести ясность.

Она взглянула на дергавшуюся фигуру Багза.

— Конечно, — отрывисто сказала она.

— Хочешь, сплаваем к коралловым рифам?

— Да, Ричард, — выдохнула она, беря меня под руку. — С удовольствием.

Фантазия имела шансы получить счастливое продолжение, но тут опавшие листья и грязь у меня под ногами сменились песком. Я вышел на пляж.

Мне потребовалась уйма времени, чтобы найти Кити и остальных. Даже при свете луны я не мог увидеть, где они. Их смех, казалось, доносился отовсюду, плывя над водой и слабо отдаваясь эхом от скал. Спустя минут двадцать прогулки под кайфом вдоль пляжа я наконец определил, что они находятся возле группы небольших камней в ста метрах от берега.

Поскольку я не видел их, а они — меня, я решил, что кричать не имеет смысла, снял майку и поплыл к ним. Наконец в темноте появились их силуэты. Они все стояли, наклонившись над водой, и смотрели в нее. Потом — примерно в тот момент, когда я уже должен был появиться в их поле зрения, — смех внезапно оборвался. Подплыв ближе, я увидел, что все они смотрят в моем направлении.

— Эй, — обратился я к ним, сочтя их настороженное молчание жутковатым. — Что происходит? — Ответа не последовало. Я подплыл ближе и повторил свой вопрос, по глупости решив, что они не услышали меня. Когда они и на этот раз не удостоили меня ответом, я остановился метрах в трех от камней.

— Почему вы не отвечаете мне? — озадаченно спросил я.

— Посмотри вниз, — спустя секунду-другую ответил Кити.

Я помолчал, а затем посмотрел. Вода была черной, как чернила, за исключением тех мест, где на водную рябь падал лунный свет.

— А что я должен там увидеть?

— Он стоит слишком близко, — услышал я слова Этьена.

— Нет, — сказал Кити. — Ричард, поводи руками у поверхности воды.

— Хорошо… — Я сделал, как он сказал. Было слышно, как на камнях вздохнула Франсуаза, но я по-прежнему ничего не видел в темноте. — Я ничего не вижу… Что здесь такое?

— Слишком близко, — повторил Этьен.

Кити, угадываемый по силуэту, почесал голову:

— Да, пожалуй, ты прав… Взбирайся на камни, Ричард. Смотри, как я ныряю. Мы покажем тебе…

Сначала в том месте, где исчез Кити, я не видел ничего, кроме всколыхнувшейся воды и отраженного лунного света. Потом, когда вода успокоилась, я увидел у ее поверхности какое-то свечение. Сначала это был молочный свет, который распался на тысячи крошечных звездочек, затем превратившихся в медленно двигавшееся ослепительно яркое пятно со следом за ним, подобным метеорному. Пятно поднялось ближе к поверхности воды, повернуло назад, а затем в сторону и превратилось в светящуюся восьмерку. Потом пятно пошло ко дну и на несколько секунд исчезло из виду.

— Что… — не зная, что сказать, только и смог вымолвить я, сбитый с толку и потрясенный.

Франсуаза положила ладонь на мою руку.

— Подожди, — прошептала она.

— Вот теперь смотри.

Внизу, глубоко во тьме, свет появился снова, но на этот раз он быстро разделился на семь или восемь пятен, более ярких, чем предыдущее. Стремительно и беспорядочно двигаясь, они вспыхивали и гасли, поглощая и отражая свет, но каким-то непонятным образом получали подзарядку и начинали светить сильнее. Я инстинктивно сделал шаг назад, неожиданно осознав, что миниатюрные метеоры со все увеличивающейся скоростью устремляются ко мне. В следующее мгновение поверхность воды покрылась множеством пузырей, и из воды вынырнул тяжело дышавший Кити.

— Ну как тебе? — возбужденно спросил он меня в перерывах между глотками воздуха. — Ты видел что-нибудь подобное?

— Нет, — ответил я, все еще тупо уставившись в воду. — Никогда.

— Свечение. Крошечные создания, или водоросли, или что-то вроде этого. Они начинают светиться, если двигаться. — Он взобрался на камни. — Уф! Сил для тебя не пожалел! Мы упражняемся в этом весь вечер. Пытаемся добиться самого впечатляющего зрелища.

— Выглядит необыкновенно… Но… откуда же берутся эти создания?

— Даффи говорил, что они выплывают из кораллов, — сказал Грегорио. — Это случается далеко не каждую ночь. Но вот случилось, и так будет продолжаться еще несколько дней. Может, дня три-четыре.

Я покачал головой:

— Изумительно… Просто изумительно…

— Ага. — Этьен похлопал меня по спине и сунул мне в руки маску Грегорио. — Но есть еще зрелище и получше!

— Под водой?

— Да! Надевай маску и следуй за мной! Я покажу тебе такое, что ты и представить себе не можешь.

— С ума сойдешь, — согласился с ним Кити. — Это просто не поддается описанию.