Мои непутёвые путевые заметки - Ева Черная

Вы когда-нибудь участвовали в охоте на лис?

Нет-нет, не в знаменитом на весь мир развлечении английской аристократии, а в самой обычной спортивной радиопеленгации.

Когда все бегают по пересеченной местности с картой, компасом и радиоприемником для того, чтобы отыскать свой радиопередатчик.

А Мама почти что поучаствовала.

День Маса Кумта у Старшенького.

Шесть тридцать утра.

Чат батальонных мамочек:

– Заняли наблюдательный пост рядом с … стадионом, пока никого не видно.

– Мы тоже на месте – вокруг тишина, наших не видно.

– Вы уверены, что они пройдут именно там?

– По рассказам весеннего призыва в прошлый раз проходили здесь.

Мама со всем благородным семейством уже вовсю тряслась в машине по дороге на… трепетно зажимая в ладошке телефон.

Тот не молчал, вибрировал и пиликал, в общем, всем своим видом сообщал, что чат не дремлет и уже вовсю охотится.

– Ну что там? – нервически переспрашивает Папа, одним глазом следя за дорогой, вторым – кося на Маму.

– Пока не нашли, – бормочет Мама, одновременно с этим прочитывая очередное, выскочившее на экране сообщение.

Утро перед деточкиной маса кумта для Мамы началось рано.

Очень рано.

Мама уже вовсю собирала сумку-холодильник со всем для «перекусить семье на целый день» рационом, когда на кухню по ее зычному зову начали подтягиваться остальные члены дорогого семейства.

О том, с какой стороны в Иерусалим будут входить измученные затяжным марш-броском солдаты, данные разнились.

Потому еще с вечера по тайному уговору в мамочковом чате было принято решение отправить сразу в несколько мест по мобильной группе из таких же солдатских родителей.

Мечущиеся по городу мобильные группы умудрялись не только не привлечь к себе внимание бдительной полиции, но и оперативно сообщать остальным о том, где кто побывал и что никого там совсем не застал.

Кто-то из мамочек уже дожидался своих деток в форме возле Гиват-ха-Тахмошет (Арсенальной Горки), ожидая отмашку.

Кто-то только еще выезжал из дома и надеялся успеть приехать к моменту, когда отмытых в гостиничных душах солдат можно будет разобрать на родительский час.

Кто-то же на просьбы присутствующих обещал сфотографировать и снять видео, проходящих последние километры детей и разослать по контактам чата…

В общем, телефон Мамин накалялся, нервировал Папу, прыгал в Маминых руках и тем самым заставлял подрыгивать остальных в нервическом ожидании.

Долгожданное сообщение застигло Маму на въезде в город.

Папа прибавил газу…

Несчастные замученные солдаты родительской поддержке были рады.

Отцы-командиры, промаршировавшие с ними все семьдесят шесть километров, тоже сделали вид, что «конечно же, прекрасно понимают – встреча была совершенно случайна и дорогие родственники, переодетые в футболки с принтами фотографий своих сыновей и поднимающими дух слоганами, совершенно случайно оказались у них на пути».

Дальше вся радостная (со стороны родственников) и замученная (со стороны солдат) толпа двинулась в сторону все того же Гиват-ха-Тахмошет под приветственные звуки клаксонов проезжающих мимо машин.

Мамы-папы, следуя за своими кровинушками радостно перекликались и во всех ракурсах фиксировали замурзанные щетинистые мордахи. Мордахи же цепочкой трудолюбивых муравьев в полном снаряжении и с дополнительной нагрузкой, которая иногда скрывала их полностью, оставляя на виду только голову, держа каждый товарища за плечо, вот так подталкивали друг друга к концу своего экзаменационного похода.

Кое-как доковылявшие до точки сбора, дети падали на собственные вещи прямо на землю в редком тенечке от сосен, готовые раскинуться звездочкой и не отсвечивать.

Армейское начальство же, вообще, решило не давать им расслабиться, отрывая просто-таки от материнского сердца, загоняли солдат по автобусам.