Легенды крови и времени - Дебора Харкнесс

– Вряд ли он находится в депрессии, – хмуро отозвался Мэтью.

– Речь не об оттенках, связанных с депрессией! – возразила я. – Хотя название взялось не случайно^[6]. Везде, где Маркус вплотную соприкасается со временем, я вижу оттенки синего и голубого: ярко-синие, бледно-голубые, пурпурные, сиреневатые, индиго и даже бирюзовые. Мне бы хотелось видеть более сбалансированную картину. На прошлой неделе были красные, белые и черные нити. Ни один из цветов не говорит о счастье, но хотя бы какое-то разнообразие.

Мои слова заинтересовали Мэтью. Он ведь тоже тревожился за сына.

– Заклинания второго узла восстанавливают энергетический баланс. Их часто применяют в любовной магии, – сказала я. – Однако это не единственное их назначение. Я могла бы соткать заклинание, и оно помогло бы Маркусу разобраться с эмоциями, которые связывают его с прошлой жизнью.

– Примирение с прошлой жизнью – для вампира очень ответственный шаг, – заявил Мэтью, охлаждая мой пыл. – Вряд ли магическая помощь здесь будет уместна, mon cœur.

– Но Маркус не отваживается встретиться со своим прошлым лицом к лицу, а просто пытается игнорировать то время. Я знаю, насколько это безнадежно.

Прошлое. Настоящее. Будущее. Меня, как историка, всегда завораживала взаимосвязь времен. Чтобы проследить одну нить, требовалось изучить и все остальные.

– Он это поймет, – ответил Мэтью, возвращаясь к газете. – Со временем.

Мы собрались вести детей гулять, как вдруг заметили машину с откидным верхом, приближающуюся к дому. Она свернула в подъездную дорожку и теперь медленно двигалась к воротам.

– Изабо, – сказал Мэтью. – И с ней Маркус.

Зрелище было довольно странным. За рулем сидел Ален. Рядом, на пассажирском сиденье, – Изабо де Клермон в темных очках и бледно-желтом платье без рукавов. Концы шарфа от Эрме, завязанные вокруг головы, трепетали на ветерке. Она была похожа на героиню фильма шестидесятых годов прошлого века о европейской принцессе, отправившейся летом отдохнуть. Рядом с машиной бежал Маркус, спрашивая, нет ли новостей из Парижа.

– Что за черт, бабуля! – не выдержал Маркус, когда машина въехала во двор и Ален заглушил мотор. – Зачем тебе автомобиль с мощным мотором, если ты заставляешь Алена ехать со скоростью пять миль в час, будто это гольф-кар?

– В жизни всякое случается. Не знаешь, когда вдруг понадобится ловить беглеца, – с раздражением ответила Изабо.

Малыши зашумели, стараясь привлечь внимание Изабо, но она не обратила на них внимания, хотя украдкой подмигнула Бекке.

– Как Фиби? – Маркус буквально приплясывал на месте, ожидая известий.

Не отвечая на вопрос внука, Изабо махнула в сторону багажника:

– Я привезла приличное шампанское, которого в этом доме вечно не хватает.

– Как Фиби? – снова спросил Маркус, жаждавший новостей.

– У Бекки прорезался зуб? – спросила у Мэтью Изабо, по-прежнему игнорируя Маркуса. – Привет, Диана. Замечательно выглядишь.

– Доброе утро, маман. – Мэтью наклонился и поцеловал мать в щеку.

Во двор вышли Сара с Агатой. Сара была в пижаме, поверх которой накинула кимоно. Агата – в платье для коктейлей. Пара, конечно, была странная.

– Вообще-то, Мэтью, время уже перевалило за полдень. Или у вас в доме исчезли все часы? – Изабо огляделась по сторонам, ища очередную мишень для колкостей, и ею оказалась моя тетка. – Какое у тебя странное платье, Сара. Надеюсь, ты не слишком дорого за него заплатила.

– И я тоже рада тебя видеть, Изабо. Его сшила Агата. Она и тебе сошьет такое же, если вежливо попросишь, – ответила Сара, плотнее запахивая кимоно.

Изабо бросила косой взгляд на наряд Агаты, затем принюхалась:

– Вас никак одолели блохи? Почему из всех углов так и разит лавандой?

– А почему бы нам всем не пройти внутрь? – предложила я, пересаживая Бекку на другое бедро.

– Вот я и дожидаюсь, когда меня позовут в дом, – огрызнулась Изабо, возмущенная задержкой. – Я же не могу сама туда вломиться.

– Тебе лучше знать, – дипломатично ответила я, не желая вступать в пререкания со свекровью. – Мои знания вампирского этикета весьма поверхностны. Мы, ведьмы, просто толкаем дверь – и прямиком на кухню.

Показывая, что ее худшие опасения подтвердились, Изабо проплыла между такими низшими существами, как мы, и вошла в дом, когда-то принадлежавший ей.

Расположившись в самом удобном кресле в гостиной, Изабо настояла, чтобы все попробовали шампанское, затем усадила близнецов на колени и завела с ними долгий разговор. Их беседу прервал звонок мобильника.

– Oui?^[7] – произнесла Изабо, вытаскивая ярко-красный мобильник из винтажного клатча с ручкой в виде гончей, сделанной из бакелита.

Маркус подобрался ближе, чтобы слышать слова, произносимые Фрейей в далеком Париже. Нам, теплокровным, этот разговор больше напоминал затянувшееся молчание.

– Замечательные новости, – улыбнулась Изабо. – Меньшего я от Фиби и не ожидала.

Лицо Мэтью немного расслабилось. Маркус испустил радостный возглас.

– Би-Би! – пропела Бекка, переиначивая на свой лад имя Фиби.

– А она хорошо питается? – Изабо замолчала, выслушивая ответ Фрейи. – Персефона? Hein^[8], мне никогда не нравилась эта девица и ее бесконечные жалобы.

Я сощурилась, чувствуя, что в недалеком будущем нам с Изабо нужно обстоятельно поговорить о мифологии. Может, она знает, каких размеров достигает взрослый грифон и сколько он весит.

– Фиби спрашивала обо мне? – желал знать Маркус.

Длинный ноготь Изабо предостерегающе уткнулся в грудь внука. Я видела тот же ноготь, вонзавшийся в сердце вампира. Маркус застыл.

– Можешь передать Фиби, что Маркус пребывает в отменном здравии и мы постоянно ищем, чем бы его занять, пока нам ее не вернут. – Изабо говорила о Фиби, словно та была книгой, которую Фрейя одолжила почитать. – Тогда до воскресенья. – Изабо отключилась.

– Целых два дня! – застонал Маркус. – Сомневаюсь, что я их выдержу.

– Тебе повезло, Маркус, что это происходит в эпоху мобильной связи. Смею тебя уверить, когда была создана Луиза, новости из Антиохии достигали Иерусалима только на третий день. – Изабо сурово посмотрела на внука. – Вместо того чтобы раскисать, жалея себя, навестил бы Рыцарей Лазаря. Их нынче так много. Все молодые и неопытные. Поиграл бы с ними.

– Во что, бабушка? Устроить им Крестовый поход на Святую землю? Соревнования по стрельбе из лука? Рыцарский турнир? – насмешливо спросил Маркус.