Рожденный разрушать - Джереми Кларксон

Как-как? Совсем просто: Koenigsegg — шведский суперкар, который, пересекая Америку во время ралли «Гамбол»,[55]получил рекордную штрафную квитанцию за превышение скорости (242 мили в час). И это была старая, менее мощная модель. ССХ намного, намного быстрее.

Компанию основал парень по имени Кристиан фон Кёнигсегг, закончивший школу с сомнительными инженерными навыками, но зато с горячим желанием стать бизнесменом. Он выделил в доме комнату под офис, на карманные деньги купил факс и вместе с другом зарегистрировал компанию.

Все шло прекрасно, вот только основанной им компании нечего было производить или продавать. Некоторое время друзья создавали видимость деятельности, пялясь на свой бездействующий факс, пока однажды Кристиан не обнаружил, что людям в Эстонии не на что тратить свои новые деньги. «Ага, — подумал наш юный швед. — Вот и работа для моего факса».

Он тут же решил, что эстонцы только и мечтают, что о курятине. Поэтому он отправил факс поставщику из Америки и за считаные месяцы стал балтийским полковником Сандерсом.[56]Затем он стал закупать полиэтиленовые пакеты с опечатками и продавать их в ту же Эстонию, где в результате стали весьма ценится такие марки, как Tecso и Adsa, наряду с Cocoa Channel и YLS.[57]

В 22 года Кристиан уже был состоятельным молодым человеком и мог позволить себе вернуться к детской мечте — суперкару. Причем для воплощения мечты автомобиль нужно было не просто купить, а взять карандаш и бумагу и построить его самому.

На машину предполагалось поставить V-образный восьмицилиндровый двигатель Audi, но как только обозначился внешний вид машины, фирма Audi объявила, что не намерена предоставлять свои технологии маленьким фирмам. Тогда они нашли итальянскую гоночную компанию, производившую двенадцатицилиндровые V-образные двигатели. Но компания прекратила свою деятельность, и Кёнигсегг обратился к Ford V8. Но тут его завод сгорел. И у Кристиана выпали все волосы. Сейчас у меня в носу больше волос, чем у него на всем теле. И все-таки, несмотря ни на что, этот человек не унывал, притащил в компанию свою сногсшибательно красивую жену и даже нанял собственного отца, пока наконец в 2000 году они не запустили в производство CC8. А потом еще CCR, а теперь вот ССХ со сделанным в Швеции 4,7-литровым V-образным восьмицилиндровым двигателем с двойным турбонаддувом. Это очень мощный двигатель. На обычном бензине он дает 806 л. с. И это еще не все. Если перевести этот двигатель на экологичное биотопливо, вы получите все 900 л. с. И теперь мы видим машину, достойную сравнения с самим Bugatti Veyron.

Ну, то есть почти. Проблема не в том, чтобы сделать машину, развивающую скорость 250 миль в час. Для этого только и нужно, что побольше мощности и гладкий корпус. Проблема в другом — удержать машину на земле при скорости 250 миль в час. И затормозить на ней. На решение этих проблем уходит куча времени и денег.

Так что у Кристиана еще нос не дорос тягаться с Volkswagen, где землю носом рыли, разрабатывая 1001-сильный Veyron. И это заметно. На скорости свыше 190 миль в час зад Koenigsegg начинает вибрировать, и возникает четкое ощущение, что еще чуть быстрее — и вибрации хватит, чтобы большой шведский болид влетел во Врата рая.

Поэтому вы тормозите. Но тут начинает вибрировать и передняя часть машины. И тогда вы испускаете странный гортанный звук, который ученые называют воплем ужаса.

Кристиан принес извинения и вернулся в свою передвижную мастерскую возиться с балансом тормозных сил, что заметно улучшило ситуацию. Но я больше не рискнул приблизиться к отметке 200 миль в час. Честно говоря, это продюсер Top Gear настоял на том, чтобы выпустить машину на трек, не дожидаясь, пока ее доведут до ума. Потому-то компьютеры и перегревались все время, вызывая чудовищные перебои зажигания. Через несколько месяцев эти проблемы будут решены.

Надо надеяться. Но даже если у них и не дойдут до этого руки, все равно для суперкара это не самый большой недостаток. Ferrari Enzo, например, требует нового сцепления уже после трех полноценных стартов. А мой Ford GT никогда не был образцом надежности. Вчера я нажал кнопку включения стартера, но включился при этом только правый задний поворотник. Так что и этому пора в ремонт.

А как насчет достоинств Koenigsegg? Ну, это очень красивая машина, отчасти потому, что у нее нет никаких крыльев, прижимающих ее к земле на скорости 200 миль в час. А благодаря новой съемной крыше внутри Koenigsegg достаточно места для американских баскетболистов, которые, как надеется Кристиан, и составят костяк его клиентуры. Ехать на этой машине — настоящий драйв. Этот необъяснимый шум… весьма неслабый, между прочим, и напоминающий усиленную версию того звука, который получается, когда вдаришь по тормозам на скорости 193 мили в час. Что-то вроде ХРРРРРРРР.

А еще этот огонь. При старте из выхлопной трубы вырывается сноп пламени — несгоревшие остатки топлива загораются от нагретых труб. Мне это ужасно понравилось. Отличный способ распугать любителей притереться сзади.

Хотя таких найдется немного, потому что эта суперлегкая машина из углеродного волокна разгоняется до 60 миль в час меньше чем за 3 секунды и, как я слыхал, развивает скорость до 250 миль в час. Только одно: не пытайте судьбу на поворотах. Сцепление с дорогой преотличное, но, если оно потеряно, вас непременно занесет. Компромисс невозможен, нет никакого шанса исправить ситуацию, вывернув руль в противоположную сторону. Эта машина убивает за дерзость.

И это очень заводит. Многие современные суперкары кажутся чересчур облагороженными, чересчур приглаженными. Даже Pagani Zonda покладист и дружелюбен к пользователю, как стареющий лабрадор. О Koenigsegg этого не скажешь. Это терьер с генами и зубами добермана. Это белая акула с турбонаддувом, грозное чудовище, убийца, охотник на людей.

К тому же не исключено, что Koenigsegg окажется самой быстрой машиной на треке Top Gear. Сегодня узнаем.