Мировая революция-2.0 - Максим Калашников

С чем бы это сравнить? Пожалуй, вот с чем: с современной косметологией. Скажем, раньше медицинские опыты на людях были опасным и разорительным делом. Нужно было искать добровольцев и платить им кругленькие суммы за риск. Альтернативой служили опыты над узниками гитлеровских концлагерей. Но за это, как мы знаем, затем исследователей судили и казнили. Сейчас же, например, можно вживлять силиконовые импланты сотням миллионов женщин по всему миру — и те еще оплатят вам сии операции. Позволив, так сказать, нарабатывать огромную статистическую базу. Экономический эффект — налицо. Точно так же Голливуд успешно ведет эксперименты по визуально-образному влиянию на массовую аудиторию, имея с нее огромные кассовые сборы. На что затем финансируются все новые и новые технологические разработки — по управлению человечьим стадом.

Итак, жертва сама должна финансировать собственную казнь. Будущие рабы нового мирового порядка должны сами — и с энтузиазмом — строить его, пребывая в счастливом заблуждении насчет того, что они сражаются за свою свободу и торжество демократии. Главное — использовать глупость современных людей, их неспособность к сложному осмыслению реальности, их привычку думать примитивными клише, поверхностно.

В качестве примера приведем известную нынче борьбу «продвинутых» свободолюбцев за упразднение интеллектуальной собственности. За «антикопирайт» и свободное пиратство. Сейчас сотни миллионов глупцов уверены, что они таким образом борются против засилья капиталистических тузов и корпоратократии.

Сторонники пиратства и отмены авторских прав говорят нам, будто они — якобы поборники прогресса и развития. Что интеллектуальные продукты с их помощью делаются всеобщим достоянием, а это, мол, убыстряет скорость развития всего человечества. Да, убыстрение будет. Только деградации и архаизации. Равно как и превращение власти богатства в совершенно безраздельную власть.

Ведь при ближайшем рассмотрении проблемы оказывается, что на самом деле пираты и миллионы им сочувствующих, не желающих платить за скачанные тексты, схемы или фильмы, работают как примитивные варвары. Выжгли лес, на расчищенном месте сняли пару-тройку богатых урожаев, истощили землю — и пошли дальше. Снова валить и палить лес. А за собой оставили пустыню.

Поясним это подробно. Итак, до Интернета в мире существовала система, которая обеспечивала быстрое развитие за счет именно патентных (авторских) прав и обеспечения экономической базы для творчества. Ученый, делавший научное открытие, не мог его запатентовать — оно принадлежало всем. Он должен был его подробно описать, дабы его опыты могли воспроизвести иные ученые и признать авторство открытия. Взамен ученый получал славу, научные премии, звания, авторитет, мог основать научную школу. Но вот уже технологии или изобретения, сделанные на основе нового открытия, могли патентоваться и быть собственностью автора. За их использование государства, корпорации, предприятия должны были платить определенную часть дохода изобретателю-автору. Чтобы было понятно: открытие электромагнитных волн Герцем — всеобщее достояние. Но создание радиосвязи на основе сего открытия Поповым и Маркони — изобретение.

Это позволяло, во-первых, авторам открытий — если они хотели — заниматься изобретениями на основе своего открытия и одновременно становиться инноваторами-бизнесмена-ми. Продавать, к примеру, свои патенты, выручать средства — и дальше вести научный поиск. Так поступал великий Тесла. Или производить новые машины и устройства на основе своих открытий.

Во-вторых, те изобретатели, что первыми могли превратить открытия других в изобретения (а от нового физического эффекта до готовой технологии — огромный и трудный путь), становились состоятельными людьми. Заработав деньги на запатентованном изобретении и получая отчисления от их пользователей, изобретатели-новаторы могли, не опасаясь нищеты и голодной смерти, не тратя силы и время понапрасну, делать все новые и новые изобретения, двигая человечество вперед.

Пример такого — Томас Альва Эдисон, создатель первой в мире «фабрики изобретений», Менло-Парка. (В царской России аналогом выступает Г. Бенардос, изобретатель электросварки, на этом заработавший и творивший дальше).

Примерно то же самое можно сказать и о писателях. Они благодаря авторским правам получили довольно-таки большую свободу от правителей и богатых спонсоров. Писатель мог опубликовать книгу, и если она находила спрос у читателей, то он получал гонорары от продажи твоих произведений. Одновременно получали прибыль и его издатели, также обретая определенную независимость. Отбор стал естественным: если писатель был бездарем-графоманом, то книги не покупались и он не мог продолжать свою деятельность, его не издавали. Если же писатель был тем, кто нравился публике, то он, получая отчисления от проданных книг, мог на это жить — и творить дальше. Он мог писать все более интересные и глубокие книги, ибо мог позволить себе работать тщательно, лучше собирать материал, вести расследования и работать в архивах, например. Это привело к появлению пусть и не полностью, но значительно независимых от власти и толстосумов писателей, которым не нужно было угождать ни государствам (монархам), ни богатым спонсорам. Ключом к этому были авторские права и зависимость только от массовых покупателей твоих книг.

Примерно то же самое можно сказать и о газетах (независимой прессе), и о кинематографе. Они хотя бы в принципе могли жить и творить дальше, завися от зрителей и читателей, а не от кого-то еще. Авторские права и сбор от билетов (от покупки газет) позволяли им жить самостоятельно, воспроизводиться. Они могли позволить себе более совершенные художественные приемы и выезды в разные страны (кино) или долгие и тщательные журналистские расследования или репортажи с мест (газеты-журналы). Доходило до того, что некоторые газеты или журналы, будучи прибыльными, позволяли сами устраивать интересные экспедиции. Достаточно вспомнить, как журналист Генри Стэнли отправился в Африку на поиски экспедиции Ливингстона — со своей экспедицией. Или то, как в 1960–1980-е годы советские газеты могли хотя бы отчасти, но финансировать интереснейшие предприятия: подводные дома, поиски клада Наполеона, поиски древнего города на озере Светлояр, экспедиции по следам снежного человека, к точке гибели экспедиции Русанова или к местам природных аномалий, лыжный рейд Дмитрия Шпаро к Северному полюсу.

Эта система пускай и с огрехами и значительными недостатками, но работала, Да, случались извращения и спекуляции на авторских правах. Сам видел в 1990-м прощелыг, которые пытались запатентовать надпись «Не курить!» (Ноу смокинг) и получать за это денежки со всех аэропортов и тех, у кого есть такие транспаранты. Но эти эксцессы пресекались, а политика хитрого «обратного конструирования» позволяла иногда обходить патенты.

Но развитие Интернета, пиратство с нарушениями авторских прав и проповедь бесплатного пользования плодами чужого творчества в корне подрывает всю прежнюю систему обеспечения научно-технического, интеллектуального и социального развития. Она подрывает экономическую базу творцов и возрождает полную, безраздельную власть богатых и правителей. Интернет из орудия развития становится мощным опрокидывателем всех во мрак нового феодализма, нового кастового общества.