Зеркальный вор - Мартин Сэй

— И сколько ты урвал?

Аргос гаденько улыбается:

— А Деймон уполномочил тебя задавать этот вопрос?

— Мои полномочия касаются только меня и Деймона.

— Пожалуй, что так. О’кей. Начав со ставки в двадцать штук, я за десять минут урвал миллион с четвертью. Потом обменял фишки в кассе и был таков.

— И они позволили тебе покинуть казино с такой кучей нала?

— Разумеется, они были не в восторге. Попытались меня задержать под всякими дурацкими предлогами типа заполнения формы «восемь-триста», надеясь за это время что-нибудь выяснить. Но все без толку: у них ничего на меня не было. И потом, я ведь был не просто случайным фраером с улицы. Я был состоятельным клиентом с отличной репутацией.

Кёртис глядит мимо него на полосу тростника у кромки воды, который колышется под ветром, причудливо меняя очертания.

— Но ведь ты ранее работал на Деймона в «Точке», — говорит он. — Подсадным игроком. После того, как он тебя вычислил и взял за жабры.

— Ты узнал это от Деймона?

— А я не прав?

— Прав. Ну и что в этом такого?

— То есть ты раньше ежедневно появлялся в этом казино, играл в покер за разными столами, а потом пришел туда же с командой счетчиков, сорвал куш в миллион с лишним баксов, обналичил их в кассе — и ни один человек тебя не узнал?

Аргос пожимает плечами.

— Я хорош в своем деле, — говорит он.

Кёртис откидывается на спинку шезлонга и оглядывает его с головы до ног. На вид ему можно дать и двадцать пять, и тридцать пять, и сорок пять лет. За пределами очков кожа у него гладкая и чистая, как пластик. Что-то в нем вызывает гадливое чувство, как будто имеешь дело не с полноценным человеком, а с каким-то гомункулусом. От нормальных людей он отличается примерно так же, как койот отличается от собаки. И сейчас он уже не вызывает у Кёртиса никакого страха.

— А что потом случилось с дилером? — спрашивает он.

Вопреки ожиданиям Кёртиса, собеседник не тянет с ответом. Похоже, эту часть истории он скрывать не собирается.

— Покинув казино, — говорит он, — я поместил сумку с выигрышем в камеру хранения, а потом отправился в «Резортс» к остальной команде. Там было много воплей, разборок и брани в адрес «Спектакуляра», но никто особо не истерил, поскольку мы успели срубить хорошие бабки в других казино. Думаю, Стэнли тогда же догадался, что его подставили и что я был в этом замешан. Но он плохо себя чувствовал и почти все время молчал. Мы поделили навар, что заняло немало времени, и потом наши дорожки разошлись. Я забрал деньги из камеры хранения и оттуда поехал в «Точку».

— Секундочку. Куда-куда ты поехал?

— Ты не ослышался. Меня самого это ничуть не радовало, но Деймон хотел, чтобы мы встретились именно там, потому что ему и дилеру предстояло допоздна проторчать на работе. Во всяком случае, так он это объяснил. И вот, подкорректировав свою внешность, я прибыл на место недавнего действа. А там в зале суматоха, куча народу из других казино с поздравлениями и расспросами, как это они изловчились накрыть такую крутую банду счетчиков. И примерно в те же минуты руководство «Спектакуляра» начало врубаться, насколько крупно они пролетели в действительности. Было такое чувство, будто я вошел в магазинчик на заправке через несколько минут после его ограбления. Или попал в провинциальный городок, по которому только что прошелся торнадо, причем никто этого торнадо не видел. Все были дико взвинчены. Я не стал задерживаться в зале и сразу поднялся в номер.

— Какой еще номер?

— Обычный номер в отеле над казино, как было условлено. Я постучал, и какой-то тип открыл дверь.

— Что за тип?

— Я никогда его раньше не видел. И сразу понял, что дело пахнет жареным. Все прошло удачно, мы заполучили деньги. Тогда зачем привлекать еще кого-то?

— Как он выглядел?

— Высокий. За метр девяносто. Вес под девяносто кило. Сальные волосы. Деревенский акцент. Типичный громила: такой пришьет и глазом не моргнет. Он впустил меня — дилер был уже там — и ушел, сказав, что вернется через минуту вместе с Деймоном.

— И что сделал ты?

— Я сделал ноги оттуда. Что еще мне оставалось?

— Почему?

— Потому что у меня в башке мозги, а не опилки, вот почему. Посуди сам: я прихожу туда, меня встречает какой-то незнакомый гангстер, он проверяет, при мне ли бабки, потом велит нам с дилером ждать, а сам куда-то сваливает. Хрена ли тут раздумывать, Кёртис? Точно так же он мог бы выдать нам пластиковые мешки с приказом в них упаковаться к его возвращению.

— Ты просто сдрейфил.

— Может, и так. В ту минуту я не был уверен на все сто. Однако у меня возникло дурное предчувствие, и я не стал им пренебрегать. А теперь посмотри, что стало с дилером. Он тогда остался в номере, а теперь кормит крабов в бухте Абсекон.

— Ты не знаешь наверняка, что с ним случилось.

— Нет, Кёртис, наверняка я этого не знаю. Я не подглядывал из кустов за Деймоном и его киллером, когда они загружали труп в машину. Я не следовал за ними до самой бухты, как долбаная Нэнси Дрю. В этом ты прав. Похоже, я сглупил: разумеется, нью-джерсийские копы только посмеются над моими письменными показаниями. Извини, что отнял у тебя столько времени. Но зато я дал тебе возможность полюбоваться озером: разве оно не прекрасно? А теперь можешь взять свою пушку и со спокойной душой прострелить мой черепок.

— Ты зацепил хотя бы часть денег?

— Нет, я не взял ни цента! А что, Деймон сказал тебе, будто я стырил деньги?

— Но почему ты этого не сделал? Зачем было их оставлять?

Аргос щурится и проводит рукой по своим волосам.

— Это не был законный выигрыш, — говорит он. — Деньги были украдены. Что само по себе не беда, но там оказались новенькие купюры в банковской упаковке. Я плохо представлял себе, как их оприходовать, не засветившись. И вообще, к тому времени план Деймона перестал казаться мне таким уж блестящим. Что-то пошло не так, и я решил спрыгнуть с этого поезда.

— А что дилер?

— Он хотел меня задержать. Вел себя как бесноватый. Я попробовал ему объяснить, почему сваливаю, но он был слишком слаб в английском. Короче, мы с ним сцепились, я его оттолкнул, и он упал на пол. Он бы за мной погнался, но, видимо, не рискнул покидать номер.

— Как его звали?

— Он мне не представился. Я ни разу его не видел до той минуты, когда сел за стол в казино, но и тогда взглянуть на его бейджик мне не пришло в голову. А при встрече в номере наше с ним общение было недолгим и не так чтобы очень задушевным. Позднее я отыскал его имя в интернете, но сейчас по памяти не скажу. Что-то корейское.

Кёртис глядит на воду, выпячивая челюсть и скрипя зубами. Он разозлился достаточно, чтобы напугать самого себя. Прикидывает, как бы дотянуться до стволов. Солнце уже поднялось высоко. Крупные птицы на воде, которых он сначала принял за чаек, оказываются белыми пеликанами: они плавно скользят по заросшему мелководью, прижимая к груди длинные клювы.