Неукротимая красавица - Бертрис Смолл

Невеста Джеймса Лесли, Изабелла Гордон, была младшей дочерью Джорджа и Генриетты, графа и графини Хантли. Поскольку их имение два года назад было сожжено фанатиками-протестантами, свадьбу решили провести в Гленкирке. В кулуарах дворца поговаривали, что выбор пал на Гордонов не потому, что они принадлежали к Римско-католической церкви – да ее приверженцами были половина жителей Шотландии, – а потому, что несколько лет тому назад они открыто приютили опального графа Ботвелла.

Несмотря ни на что, король дал свое благословение на этот брак и даже пообещал присутствовать на венчании, назначенном на 20 декабря. Новобрачные собирались провести зимний сезон в Эдинбурге и принять участие во всех праздниках с Рождества до Двенадцатой ночи.

Как только была назначена дата бракосочетания, по настоянию Катрионы Изабелла перебралась в Гленкирк.

– Ты должна научиться, как управлять этим замком, если собираешься стать здесь хозяйкой, – объяснила будущая свекровь.

– Но, мадам, – возразила девушка, хорошенькая и добрая, но немного склонная к лени, – вы же всегда будете рядом и, безусловно, поможете мне.

– Нет, дорогая, я не собираюсь жить в Гленкирке, король настаивает на моем возвращении ко двору, и мне придется перебраться в свой дом в Эдинбурге. Однако здесь остается бабушка Джейми, к которой ты всегда можешь обратиться за советом. Мег знает Гленкирк лучше любого из нас.

Джордж Гордон внимательно посмотрел на Катриону и обратился к дочери:

– Изабелла, душа моя, не сходишь ли в детскую посмотреть, уложила ли няня малышей?

– Конечно, папа.

Девушка покорно встала и отправилась наверх, подумав: «Интересно, что это у них за секреты от меня?»

– Что-то случилось, Кэт? – спросил Хантли, когда его дочь вышла из зала. – Только не говори, что Джейми опять добивается тебя.

– Увы, да, Джордж. Мне разрешено полгода соблюдать траур по Патрику, а весной явиться ко двору для утех короля.

– Вот же ублюдок! – выругался лорд Гордон.

– Не переживай, Джордж, я сумею обвести его вокруг пальца.

Граф Хантли всмотрелся в лицо графини Гленкирк, и на лице его медленно появилась улыбка.

– Ну ты и лиса, Кэт! Но он не станет мстить Джейми?

– А как он объяснит обществу, если обрушит свой гнев на двух ни в чем не повинных и преданных ему молодых людей? Они же ни сном ни духом…

– Так вот почему такая спешка с венчанием?

– Нет, это предложил его величество. Джеймс считает, что наследование Гленкирка должно быть осуществлено как можно скорее.

Гордон усмехнулся:

– Думаю, причина в другом, и он надеется, что так ты быстрее окажешься в его постели.

Катриона в голос расхохоталась.

– Бедный Джейми будет весьма огорчен, когда узнает, сколь призрачны его надежды!

Генриетта Гордон вздрогнула, подалась вперед и негромко спросила:

– Что ты задумала, Кэт?

– Не задавай вопросы, на которые я не могу ответить.

– Но, Кэт…

– Не открывай без нужды свой нежный ротик, дорогая! – вмешался Джордж.

И вот так, занимаясь подготовкой пышной свадьбы старшего сына, Катриона Лесли тайно готовилась к побегу в Италию. В этом предприятии ей содействовали банкиры семьи Лесли и многолетние их деловые партнеры – Кира.

В ближайшие несколько месяцев все огромное состояние Катрионы должно быть переведено в римское отделение их банка через Париж. Если король Франции и мог бы объединиться с шотландским, то папа римский на это никогда бы не пошел, в особенности если речь зашла бы о благородной вдове-католичке, которая всего лишь хотела защитить свою добродетель от преследований самого известного в Европе еретика-протестанта.

Было решено, что Катриона на корабле пересечет Северное море, затем пролив Ла-Манш, высадится на побережье Франции, а оттуда отправится в Италию по суше, поскольку дальнейший морской путь представлялся слишком опасным, ведь Средиземное море кишело турецкими пиратами. В ее распоряжении будет удобная карета, кучер, лакеи и конная охрана. В Гленкирке о планах Катрионы знал только Конелл Мор-Лесли, командир вооруженной стражи. Она хотела, чтобы в ее окружении были только люди из Гленкирка, и Конелл взялся обеспечить такую охрану и прислугу.

– Ладно. Если уж выбирать между браком с Ботвеллом или положением королевской шлюхи, то Ботвелл – меньшее зло. Я помогу вам, ваша светлость, только дайте время, чтобы подобрать людей. Это должны быть католики – протестантов в Италии не жалуют, никаких юнцов – у них слишком горячие головы. Самые подходящие – мужчины лет двадцати-тридцати. Никто ничего не будет знать до самого последнего момента, так меньше шансов, что какое-нибудь словечко дойдет до ушей шпионов Джейми. Кого возьмете из служанок?

– Сюзан и, возможно, еще кое-кого.

Он кивнул, ничуть не удивленный, что она уже все продумала. Как и ее прабабка Джанет Лесли, Кэт ничего не делала просто так. Многие недооценивали ее ум и изобретательность, за что и поплатились. Эта мысль вызвала у него ухмылку, и Катриона поинтересовалась:

– Чему это ты улыбаешься?

Пронзительный взгляд его синих глаз резко контрастировал с суровым обветренным лицом и лукавой улыбкой.