Чёрная жемчужина Аира - Ляна Зелинская

Эдгар вернулся в дом, оставив Томми на попечение своего дяди и кузена. С тем, чтобы выбить признание из управляющего, они, пожалуй, справятся лучше него. Да и в данный момент он за себя не ручался, потому что его переполняла злость. Оказывается, всё это время убийца отца жил под их крышей и даже жалованье получал! Да и кто знает, что он ещё мог сделать? Может, стоило перепроверить вообще всё, что они едят и пьют? Может, он подмешивал отраву не только в ром!

На просторной веранде Эдгара уже ждали Рене Обьер, мсье Лаваль с дочерью и накрытый к завтраку стол — мадам Эветт расстаралась, чтобы гости чувствовали себя уютно. Но едва Эдгар поднялся по ступеням, как на подъездной аллее показалась ещё одна коляска, и мальчишка-ньор бросился открывать ворота.

Эдгар остановился, разглядывая неожиданных гостей. Коляска остановилась лихо, взметнув с дороги облачко пыли, и из неё вышли двое мужчин, по виду — банковские клерки. И Эдгару сразу же вспомнились угрозы мсье Жильбера, что именно таких гостей ему следует ожидать в ближайшее время. И он не ошибся. Мужчины подошли и представились. Мсье Жак и мсье Ларош — управляющий банка Фрессон и его помощник — приехали проверить обеспечение по ссуде.

Да уж! Вовремя. Ночь прошла плохо, утро началось паршиво, но этот день по количеству неприятностей обещал побить все рекорды.

Мадам Дюран спустилась по ступеням и стала рядом с сыном, подавая руку для приветственного поцелуя. С мсье Жаком она, оказывается, уже была знакома. Именно он оформлял ей бумаги по ссуде. И поначалу она улыбнулась ему приветливо, но когда поняла, что привело их на плантацию, благодушие с неё враз как ветром сдуло.

— И что вы собрались проверять? — спросила она с вызовом.

— Мы должны осмотреть ваше имущество, которое гарантирует возврат ссуды, — произнёс мсье Жак, снимая шляпу. — Ведь в случае невозврата ссуды банк потребует его ареста.

— Но у меня нет имущества, — отрезала мадам Эветт, — и нечего тут проверять.

— Мама! — попытался остановить её Эдгар. — Я сам решу этот вопрос. Займись гостями, пожалуйста.

— Как это нет? — удивился мсье Жак. — В вашем заявлении указано, что вы владеете плантацией «Жемчужина» и вот далее по списку, — он достал из папки вчетверо сложенный листок и развернул его. — Вот и ваша подпись.

— У меня уже нет этого имущества! Я всё подарила сыну. Так что вам и правда нечего проверять! — воскликнула она, не обращая внимания на попытки Эдгара её остановить.

Унять мадам Эветт было не так-то просто.

— Мама! Лучше молчи, — произнёс Эдгар, склонившись к её уху, и взял за локоть. — Невежливо держать гостей на пороге, попроси кухарку принести им по стакану джулепа. А я сам со всем разберусь.

— Если вы передарили имущество без того, чтобы уведомить об этом банк, то банк вправе подать прошение о вашем аресте, — ответил мсье Жак, — ваши действия, мадам, попахивают мошенничеством!

— Мошенничеством? Да как вы смеете! Вы не имеете права меня арестовывать! — воскликнула Эветт.

— Мы — нет, но вот суд — да, — ответил мсье Жак. — Мы лишь подадим ходатайство.

— Господи! Мне дурно! — Эветт внезапно сменила тактику. — Моё сердце… Наннет? Где мои капли?

Как и всегда бывало в такие моменты, мадам Дюран сразу же вспомнила о своём больном сердце и каплях. Наннет — ньора необъятных размеров — появилась будто из ниоткуда, словно знала, что она в любое мгновенье понадобится хозяйке, и в руках у неё уже были веер и стакан зеленоватой жидкости, сильно пахнущей мятой.

— Послушайте, мсье Жак, давайте не будем произносить таких громких слов, — произнёс Эдгар сдержанно, — у моей матери больное сердце, вы же видите. А что до ссуды, так ведь поскольку я владелец и её сын, то могу гарантировать за неё возврат денег свои имуществом. Я могу быть её поручителем. Ничего по сути не меняется.