Случайный граф - Анна Беннетт

– Твоего отца хватил бы приступ, если бы ты тайно вышла замуж, – сказала Фионе матушка. Она с удовольствием потягивала чай в гостиной Крепости, где они с графиней, Лили и Фионой собрались, чтобы спланировать свадебное торжество.

– Ты уверена, что хочешь провести свадебный завтрак именно здесь? – спросила ее мачеха. – Разрушения от падения дерева еще устраняют, а сад выглядит довольно… диким. – Фиона должна была отдать должное матушке: та пыталась быть дипломатичной.

– Я уверена. – Фиона поверить не могла, что всего две недели назад Грэй сделал ей предложение. Она уговорила матушку и Лили вернуться в Крепость, чтобы они могли договориться о свадьбе в деревенской церкви.

Но, честно говоря, Фиону меньше интересовало, какие цветы и блюда в меню выбрать, чем то, как украдкой провести несколько мгновений наедине с Грэем.

– Скоро террасу очистят, и я не против того, что сад немного неухожен. Так он кажется довольно экзотичным.

Мама поцокала языком:

– Действительно, экзотика. – Но она была готова стерпеть несколько сорняков, если при этом ее дочь станет графиней.

– Мы пригласим мисс Хэйвинкл на свадьбу? – поддразнила Лили. Она сидела за столом, держа перо над списком гостей.

– Ни за что. – Фиону передернуло. – Она бы испортила все веселье.

– Я не позволю никому считать, сколько бокалов шампанского я опрокинула. – Глаза графини заблестели. – Я слишком долго ждала этого дня.

Как и Фиона. Ее сердце казалось таким легким, как будто готово было вылететь из груди.

– Я принесла вам маленький подарок, – сказала она пожилой женщине. Она достала из-за дивана припрятанный там пейзаж в рамке и положила его графине на колени.

Та подняла лорнет к глазам и несколько мгновений изучала набросок. Ее влажные глаза задержались на розовых облаках, разбросанных по небу, пышных полях, простирающихся к горизонту, и гордой Крепости, царящей над всем этим.

– Это великолепно, – сказала она подозрительно хриплым голосом. – И вид с вершины скалы такой же, каким я запомнила его несколько десятилетий назад. Я не могу передать, как мне приятно знать – вы видите его таким же.

Фиона обняла графиню за мягкие плечи:

– Я рада, что вам понравилось.

– Как красиво, – вздохнула Лили. – Должна добавить, что нелегко жить в тени такой талантливой старшей сестры.

– Наступит праздник и на вашей улице, – предсказала графиня. – Вероятно, раньше, чем вы думаете.

– Надеюсь, что так, – ответила Лили. – Вы уже решили, где повесить картину?

Графиня сделала паузу, чтобы обдумать ответ:

– Думаю, в библиотеке. Как символ того, что мы можем запомнить лучшие моменты нашего прошлого и отпустить все остальное. Я так рада, что вы убедили Грэя оставить полки с книгами. Это будет прекрасное, полное покоя место, когда ремонт закончится.

Фиона улыбнулась:

– Я надеюсь.

– Похоже, у вас тут важное собрание. – Грэй вошел в комнату с озорной улыбкой, такой, которая всегда вызывала у Фионы трепет внутри. – Решаете судьбы королей и народов, не так ли?

– Ты недалек от истины. – Его бабушка широко ему улыбнулась.

Он взял руку Фионы, поцеловал ее и обратился к собравшимся:

– Могу я одолжить свою невесту на минутку?

– Конечно, – сказали все в один голос, хитро поглядывая друг на друга.

У Фионы перехватило дыхание, когда Грэй вывел ее из комнаты.

– Ты спас меня от жарких споров о сравнительных достоинствах лилий и тюльпанов.

– Больше всего на свете люблю спасать тебя. – Он остановился в коридоре, прижал ее к стене и целовал до тех пор, пока у нее от удовольствия не сжались пальцы ног. – Я уже говорил сегодня, как ты прекрасна?

– Дважды, – сказала она, – и еще не вечер.

– Есть еще кое-что, о чем я хочу спросить тебя, пока мы одни.

– Звучит многообещающе. – Она наклонилась к нему. – Продолжай.

– Вчера я получил письмо от знакомого из «Лондонских сплетен». Оказалось, что все бурно отреагировали на твой рисунок. Письма от читателей поступают с тех самых пор, как он появился в газете. Всем понравилась страсть и тайна, которая стояла за рисунком, и они хотят знать, кто эти возлюбленные.

– Как мило, – сказала Фиона. – Наш маленький секрет.

– А что бы ты ответила, если бы я сказал, что «Сплетни» хотят опубликовать и другие твои рисунки?

Она моргнула, посмотрев на него с недоверием:

– Правда?

– В еженедельной колонке. Набросок и несколько романтических строк каждую субботу. Можешь остаться анонимной, если хочешь. И они готовы заплатить солидную сумму.

Ее рисунки. В газете. Внутри ее закипело счастье, и она обняла его за узкую талию.

– Это было бы просто невероятно, но ведь это ты написал те романтические строки. Ты хочешь стать профессиональным поэтом?

– Чертовски маловероятно. Я с этим завязал. Тебе придется найти кого-то другого, чтобы занять это место. Кого-то, у кого с лихвой обаяния и остроумия.

У Фионы в груди заиграло радостное возбуждение:

– Думаю, что знаю идеальную кандидатуру на эту роль.

* * *

На следующий день Фиона стояла на гладкой скале возле реки, держа в руках веревку от качелей.

– Я передумала. – Она никак не могла унять дрожь в коленях, а крупные волокна веревки неприятно кололи ее влажные ладони.

Это была ужасная идея. Она была не в себе, когда соглашалась на это. Медленные поцелуи и нежные ласки Грэя ввели ее в такой транс, что она едва понимала, что говорит, и вот она стоит на скале – ладно, это скорее пологий берег реки – в одной нижней рубашке, готовясь рискнуть жизнью и конечностями, бросившись в реку. Черт.

Грэй улыбался, ступая по воде в нескольких метрах под ней с сияющими на летнем солнце широкими голыми плечами.

– Просто держись и прыгай, – крикнул он ей. – Отпускай веревку, когда будешь прямо надо мной, и я тебя поймаю.

– Отлично. Мне удастся сломать шеи нам обоим, – сказала она сухо.

– Нет, не удастся. Доверься мне.

Она глубоко вздохнула. Да, она ему доверяла. И сейчас собиралась доказать это раз и навсегда. Прежде чем передумать, она схватилась за веревку, спрыгнула со скалы и помчалась по воздуху.

Волосы хлестали ей по плечам, а рубашка раздувалась, пока она летела через реку. Это было самое волнующее, восхитительное чувство, которое она могла себе представить. Почти.