Книжный магазинчик Мэделин - Мэри Энн Марлоу

Я вышла на улицу, едва сдерживая слезы. Неудивительно, что Макс-критик вынес приговор моему роману. В каком-то смысле он всегда читал мою жизнь, рецензировал мои решения и предлагал свои честные критические суждения. Теперь, наконец, оказавшись героем истории, Макс сделал неожиданный ход. Иронично, ведь он сам ругал меня за недостаток правдоподобности в романтической линии.

Я засмеялась так сильно, что слезы ушли. Все-таки завтра будет новый день.

Быть может, Макс поверит в искренность моих намерений, если я скажу, что мы несколько недель переписывались. Я хотела пойти обратно и во всем признаться, хотя, пожалуй, ждала слишком долго. Вдруг он сочтет это предательством? Или посмеется вместе со мной? Надо было тем же вечером поступить по-взрослому и все ему объяснить.

Что бы сделала умная героиня?

Я достала телефон и быстро написала сообщение Серебристому Лису. Максу.

«Попробуем встретиться снова? Назови время и место, и я приду».

Когда он согласится и мы увидимся, я притворюсь удивленной. Если Макс решит, что я все поняла одновременно с ним, он не разозлится. А затем увидит, что мои чувства настоящие, и я не собираюсь использовать его ради спасения магазина. Ему придется поверить, что он значит для меня намного больше.

* * *

На следующее утро меня разбудило знакомое приветствие: «Вам письмо!»

Я потянулась и достала мобильный в надежде увидеть ответ Макса от имени Серебристого Лиса, который молчал с вечера субботы. Наверное, потому что помогал мне разбираться в магазине.

Вместо этого пришло письмо от редактора с поздравлениями по поводу выхода первого романа. Я и забыла, что книга выходит сегодня. Почему это уже не казалось таким важным? Теперь настоящие читатели будут оценивать мою работу и писать отзывы. А я, как ни странно, совершенно из-за этого не переживала. Вероятно, Серебристый Лис – то есть Макс – помог мне справиться с худшими страхами, и я была готова к чему угодно.

Я была на кухне, когда из своей комнаты вышла Лейла.

– Привет. – Потирая глаза, она доволокла ноги до кофейника и начала собираться на работу. – Кстати, вчера вечером я встретила Дилана. Он просил передать, что сегодня уезжает в Нью-Йорк.

– Вчера вечером? А почему сам не сказал?

– Сам? – Лейла бросила на меня хитрый взгляд. – Он что-то такое упоминал.

– И что же именно? – Я покраснела, вспоминая, как откровенно себя вела и каково пришлось бы Дилану и Чарли, если бы они остались на моем разгоряченном страстью пути.

Лейла достала из буфета упаковку бубликов, разрезала один, опустила в тостер, затем села на стул.

– Итак… что там у тебя с моим братом?

И почему я так цепляюсь за этот город? Здесь ведь ни от кого не скроешься.

– Ничего. Мы просто поговорили. Нам нужно время во всем разобраться.

Она радостно взвизгнула:

– Ага, значит, не совсем ничего!

Разумно было бы сказать, что мы с Максом не вместе, однако мне нравилась эта идея, нравилось, что восторг Лейлы совпадал с моим внутренним головокружением, которое появилось, едва я позволила себе считать, что по-настоящему люблю Макса Бекетта.

Нервозность грозилась поглотить трепещущих в животе бабочек. Вдруг я потеряю парня сразу после того, как он покорил меня?

– После работы куплю бутылку шампанского! Хочу услышать, как все было. – Лейла скорчила гримасу. – Только без интимных подробностей, он все же мой братик.

Я подняла вверх палец.

– Теперь ты понимаешь.

Она наморщила лоб.

– Что?

– Почему я так долго к этому шла.

– Не особо. Я была второй половиной твоего мозга, а Макс – второй половиной сердца.

Лейла все время была права. И почему я не слушала?

– Он собирается уехать.

– И что? Ты наверняка убедишь Макса остаться. Его место здесь, с тобой.

Слова подруги подействовали на меня не так, как она хотела. Убедить его остаться? Чем я лучше Питера, если не смогу отпустить Макса?

– Или придумай что-нибудь еще. Он может ездить на работу в город со мной. Макс не исчезнет навсегда, если посмеет выйти за пределы Ориона!

Я рассмеялась. Как практично. Все отношения Лейлы были дистанционными. Даже если Макс переедет, то не очень далеко. Мы все равно будем видеться.

Верно и логично. Только вот теперь, осознав свои чувства, я не хотела ждать. Я хотела всего и немедленно.