Золотые цикады сбрасывают кожу - Анатолий Стрикунов

Для полноты картины необходимо упомянуть еще два бизнеса, которыми Сова гордился. Отель на Балтийском побережье, и два коттеджа в республике, расположенных на берегу лесного озера.

Офис фирмы «HEL» находился в одноэтажном деревянном строении, рядом с авторынком, за кольцевой. Три прогулочных вертолета стояли неподалеку, в метрах ста, на площадке, отделенной от территории рынка проволочной сеткой. Рядом с одной из железных стрекоз пристроился микроавтобус с тонированными стеклами.

Посетителей не было видно, и Васнецова припарковалась возле крылечка. Не успела Илона заглушить мотор, как дверь распахнулась, и загорелый здоровяк, в джинсовом костюме, сбежал по ступенькам, приветливо махая рукой. Грива спутанных выгоревших на солнце волос и широкая улыбка делали Адамыча похожим на героя американского вестерна, готового броситься на помощь юной незнакомке.

Сова, распахнул дверцу и, не успев сесть, ткнул рукой в сторону дальнего вертолета.

– Гони к крайнему.

Едва джип остановился рядом с микроавтобусом, Адамыч почему-то заржал, выскочил из машины, открыл багажник, вцепился в кофр и поволок его к трапу, приказав:

– Марш обратно, к офису. Машину оставишь там. Сиди и жди.

Илона послушно развернула машину, вернулась к деревянному зданию и заглушила мотор. Достала мобильник, набрала номер Багрова. Занято, шеф с кем-то разговаривал.

Бросив взгляд в сторону вертолетов, она увидела Сову, призывно машущего рукой. Было ясно, что Адамыч велит поторапливаться. Поднимаясь в кабину вертолета, Илона еще раз набрала полковника и доложила, что находится на борту вертолета.

– О'кей. Жду.

Короткие гудки. Босс отчеканил тоном командующего парадом в День Победы. Точно, его надо в санаторий отправить. Лесной. На пару неделек. На лошадке покататься, уточек покормить. А то прямо Архангел Михаил. Ни меньше.

Разогрев двигатель, Никита повернулся к Илоне.

– Взлетаем.

И он опять неестественно громко заржал, как племенной жеребец.

Васнецова невольно покосилась на стоящий у ног кофр.

Она никак не могла свыкнуться с мыслью, что стала убийцей.

– Поехали, – заорал Адамыч.

Вертолет быстро набирал высоту, и панорама вечернего города развернулась перед глазами.

Машина легла на курс, но, вопреки ожиданиям Илоны, полет продолжался недолго. Стараясь понять, куда лежит их маршрут, Васнецова пыталась запомнить объекты, над которыми летел вертолет, но успела заметить внизу лишь кладбище подъемных кранов, напоминающих стадо жирафов. Вскоре машина начала снижаться.

Зависнув над полем, обрамленным кустарником, Сова развернулся и, пролетев пару километров в южном направлении, покружил вокруг небольшого острова, расположенного в центре озера. Диаметр озера Васнецова определить не могла, но фасад здания среди сосен заметила. Был виден также крошечный причал, с пришвартованными тремя катерами.

Вертолет снова развернулся и полетел обратно на север. Над полем, где они только что были, Сова опять заставил машину снизиться и зависнуть. Затем Адамыч одним движением взял кофр и швырнул вниз. Илона еле успела включить микрокамеру, вмонтированную в браслет. Поле оказалось никаким не полем, а настоящим болотом. Трясина поглотила страшный груз почти мгновенно, и машина, взмыв вверх, взяла курс на город.

Васнецова поежилась, не исключено, что этот улыбчивый убийца уже получил от шефа указание пристроить ее рядышком с Береговым, только в другой день и в кофре другого цвета.

– Не холодно? – заботливо поинтересовался Сова, – могу чайку из трав предложить, у меня полный термос.

Новый взрыв смеха заставил девушку содрогнуться.

– Спасибо, не стоит, – Илона старалась говорить бодрым тоном туристки, совершающей романтическую прогулку в ночном небе.

Жизнерадостный Адамыч отвинтил крышку термоса, и кабина наполнилась волшебным ароматом крымского разнотравья. Илона пожалела, что отказалась от чая. Никита вытряхнул из упаковки два пластмассовых стакана и налил в них горячий напиток.

– Удивительный сбор, сама сейчас убедишься, – он протянул один стаканчик Васнецовой. Словно желая продемонстрировать полезные свойства чая, Адамыч сделал несколько глотков и зачмокал губами.

Илона последовала примеру Совы. Сбор действительно оказался потрясающим. Стаканчик опустел, и девушка попросила добавки.

– То-то, – обрадовано проворчал Никита и принялся отвинчивать крышку термоса.

Чай улыбчивого палача придал ей силы. Успокоившись, Илона с любопытством наблюдала за плывущими внизу огоньками ночной столицы. События последних часов показались нереальными, словно галлюцинации параноика. Но вот пациент успокоился, перестал бредить и жизнь сразу вернулась в привычное русло. И в ней есть все, что необходимо для счастья: работа, дом, развлечения, надежды. А главное в этой, настоящей реальной жизни нет кофра, с упакованным в нем безжизненным телом Берегова, который Илона тащит по коридору отеля, с содроганием ощущая себя отравительницей.

Засыпая, Васнецова подумала, что, в сущности, нет никакой разницы между официанткой подающей антрекот и секретаршей подсыпающей яд. Просто сотрудница выполнила инструкцию. А как иначе? На любом производстве служащий обязан выполнять распоряжения руководителя…

Илона проснулась от толчка. Лопасти вертолета еще вращались. Повернув голову, она увидела джип, стоящий на прежнем месте, у крыльца.

– Вставай, а то счастье проспишь, – громыхнул своим жеребячьим смехом Сова.

Савченко открыл дверцу и галантно подал руку даме.

– Прошу сделать шаг на голубую планету Земля. Фирма «HEL» благодарит мисс за романтичную прогулку на борту вертолета нашей компании.

Илона ответила легким рукопожатием.

– Спасибо. Чай был превосходный. Желаю вам удачных полетов.

– А главное, удачных посадок, – заржал Никита.

Илона вновь невольно содрогнулась.

Через полчаса на конспиративной квартире Михаил Федосович заставил Васнецову в подробностях обрисовать все действия Совы.

– Хорррошо. Все получится, – пропел полковник и забегал по комнате, стягивая и растягивая губы в резиновой улыбке. Михаил Федосович непрерывно массировал точки активности и долголетия, давил себе на печень и солнечное сплетение, для восстановления тонуса в организме…

Около часа назад полковник спустился в японский ресторанчик напротив офиса, через дорогу, но тут же пожалел об этом. За столиком сидел Лагунов и маленькими глотками пил сакэ. Лицо у шефа внешней разведки как всегда спокойное, доброжелательным кивком он приветствовал Багрова, но полковнику вдруг сделалось нехорошо. Михаил Федосович с трудом восстановил дыхание и, еле добравшись до стойки, заказал пачку сигарет и двести коньяку. Не взяв сдачу, выпил и сразу вышел на улицу.