Случайный граф - Анна Беннетт

– Гребной лодке. – Он усмехнулся и взял в руки весло, словно подтверждая тем самым свои слова. – Постарайтесь получить удовольствие, Фиона. А трудиться предоставьте мне. Все, что вам нужно сделать, это откинуться назад и насладиться свежим воздухом, видом и отличной компанией.

Она глубоко выдохнула и медленно подняла голову, глядя на берег, где Лили с Софи с воодушевлением махали руками.

– Будь осторожна! – кричала Лили. – И хорошо тебе провести время.

Фиона помахала бы им в ответ, если бы для этого не нужно было разжать руки. Вместо этого она просто откликнулась:

– Хорошо!

Через какое-то время она решилась ослабить хватку. Сердцебиение вернулось в норму. И она должна была признать, что уже наслаждается видом, причем не пышных деревьев и полевых цветов вдоль берега, а красивого мужчины, который сидит напротив нее. Солнце бросало отблески на его темные волосы, и легкий ветерок играл непослушными прядями, которые разметались по лбу. Его длинные, мускулистые ноги были вытянуты по обе стороны от нее, и даже сквозь кожаные штаны она могла наблюдать чуть заметное движение его бедер, когда он менял положение. Тонкая шерсть сюртука плотно обтягивала его плечи каждый раз, как он проводил веслами по воде.

Его мощные, легкие гребки завораживали ее. Правда. Она была бы счастлива сидеть и смотреть на него, даже если бы он вел лодку прямо к краю водопада.

Она всегда считала его привлекательным, но сегодня что-то в нем изменилось. Перед ним едва можно было устоять.

Она пыталась понять, что изменилось. Возможно, дело было в столь нехарактерной для него беззаботной улыбке или обходительной манере вести себя. Жесткие линии вокруг рта исчезли, и от хмурой мины, которую он обычно напускал на себя, не осталось и следа. Он выглядел лет на десять моложе, и что бы ни привело к этой перемене, Фиона была рада ей.

С этим менее напряженным Грэем было проще поднять тему компрометирующей записки, что она непременно собиралась сделать сегодня. Она дождалась, пока он направит лодку к середине реки, а смех людей на берегу сольется с мягким плеском воды о корпус лодки и кваканьем жаб вдалеке.

– Я рада, что смогла остаться с вами наедине, – начала она.

– Неужели? – Он выгнул брови с глубоко заинтригованным видом. – Что вы имеете в виду, сирена?

Румянец залил ее щеки:

– Ничего такого.

– Вы уверены?

– Да, – солгала она. Боже, помоги ей, она не была уверена ни в чем, когда он говорил в этой шаловливой и соблазнительной манере.

– Какое разочарование. – Его взгляд из-под тяжелых век приятно покалывал кожу.

Притворяясь невосприимчивой к его обаянию, она сказала:

– Я хотела поговорить с вами.

Он положил ручки весел на колени.

– Я тоже хотел поговорить с вами. Но вы первая.

Фиона репетировала слова, которые планировала сказать, еще утром и теперь не смогла вспомнить ни одно из них. Но это не имело значения. Все, что ей нужно было сделать, это рассказать Грэю правду. Несмотря на его обычную угрюмость и неприветливость, он был разумным человеком. Он должен был понять.

Она проглотила ком, застрявший в горле:

– Вы помните письмо, в котором сделала вам предложение?

– Смутно, – поддразнил он.

– Прочитав его, вы уговаривали меня озвучить вам причины, по которым я хочу выйти за вас замуж.

Грэй замер, и его лицо омрачилось.

– Да.

– Вы помните причины, которые я назвала?

– По-моему, вы упомянули мой титул, – сказал он сухо. – И желание получить доступ к приданому и в определенной степени стать независимой. – Он поскреб шею. – Что вы хотите мне сказать?

– В то время я старалась отвечать правдиво, но тогда мы были едва знакомы.

– То есть в действительности вы руководствовались другими соображениями?

– Нет, не совсем. – Она нервно сглотнула. – Это и есть мои истинные соображения. Но есть еще одна, очень определенная причина, которую я раньше не упоминала.

В его глазах блеснули настороженность и, вероятно, разочарование.

– Я слушаю.

– Несколько недель назад я получила компрометирующую записку. Кто-то – я не знаю кто – угрожает раскрыть скандальный факт, касающийся члена моей семьи, если я не заплачу ему значительную сумму денег.

В течение нескольких мгновений он сидел и смотрел на нее с мрачным выражением лица, и она уже начала сомневаться, что он ее услышал.

– И вы собираетесь расплатиться с шантажистом деньгами из своего приданого? Господи, Фиона. Вам следовало рассказать мне.

– Я знаю. Я так и хотела сделать. Сначала я подумала, что должна справиться с этим сама, что чем меньше людей знают об этом, тем лучше. Но потом я поняла, что, если скандал подвергнется огласке, ваша репутация тоже пострадает из-за вашей связи с моей семьей. Несправедливо держать вас в неведении.

– Я злюсь не поэтому. – Он провел рукой по лицу. – Вам следовало сказать мне, чтобы я попытался отыскать негодяя, который вам угрожает. Мы тратим драгоценное время на этот чертов прием, пока этот подлец планирует свой следующий шаг в Лондоне.

Фиона закусила губу. Она не ожидала такой реакции. И хотя ей согревало сердце сознание того, что он готов ради нее вступить в схватку с драконом, кое-что в его словах не давало ей покоя.

– Вы действительно полагаете, что этот прием был пустой тратой времени? – Она вспомнила, как целовалась с ним в саду, рисовала его в библиотеке и занималась с ним любовью в домике. Это была самая великолепная, захватывающая и самая содержательная неделя в ее жизни.

А Грэй назвал это пустой тратой времени.

– Вы были сосредоточены на том, чтобы найти себе мужа, в данном случае меня, тогда как мы должны были приложить все усилия, чтобы опознать и остановить шантажиста. Тогда вам вообще не пришлось бы выходить за меня замуж.

О боже. Она должна была предвидеть это. Теперь, когда Грэю были известны неприглядные подробности – хотя бы некоторые из них, – он передумал жениться на ней. У нее сердце ушло в пятки, а кожа стала липкой от волнения.

– Полагаю, это правда, но я… то есть я… – Она смешалась.

– Фиона? – Он опустился перед ней на колени и взял ее лицо в свои ладони, заставляя ее взглянуть на него. – Что случилось?

– Если вы не хотите жениться на мне, я пойму, – выдавила она. Она не выдержит, если он будет ненавидеть ее за это до конца своих дней. – Я найду другой способ справиться с шантажистом и защитить свою семью.

– Слишком поздно, – глухо проговорил он. – Вы мне отдались. Если вы думаете, что я позволю вам выйти замуж за кого-то другого, вы, должно быть, сошли с ума.