Книжный магазинчик Мэделин - Мэри Энн Марлоу

Что теперь поделать? Она ведь его жена.

Что станет с ее книжным магазином в любимом маленьком городке? Будет ли она ездить туда в такую даль?

Может, это и справедливо, ожидала ведь она, что супругу придется долго добираться на работу. Они оба должны чем-то пожертвовать. Конечно, людей, которых она знает с детства, можно приглашать в свой новый дом и там проводить с ними время….

Правда?

Вот только мужу не нравятся ее друзья, и вскоре они перестают приезжать в гости. И она задумывается: я независимый человек, или меня считают имуществом?

Если бы только друзья знали, к чему это приведет, и предупредили ее… Почему они ее не предупредили?

Продавая книжный магазин владельцу соседних помещений, она объясняет себе: «Возможно, я хотела слишком многого. Возможно, я не такая уж особенная. Возможно, я не заслуживаю большего».

Но она не права».

Я сложила листки и убрала в конверт. Макс думал, я буду злиться на него за то, что он такое написал, но мне захотелось плакать. Прочитав о его волнениях на бумаге, я осознала, как хорошо он понимает, чего я хочу, как заботится о моем счастье. Не скажу, что его взгляд на мою супружескую жизнь был совсем неверным. Меня переполняли именно эти страхи. Раз уж на то пошло, Макс подтвердил сомнения, которые не дали мне с самого начала уехать с Питером.

Возможно, он решил, что меня разозлит его намек на мои попытки разумно объяснить поведение Питера и переложить вину на собственные нереалистичные ожидания. Питер казался романтическим героем из книг, в которых исполняются все мечты героини. Да, в большем городе я действительно могла бы добиться бо́льших успехов. Иллюзорно я бы имела то, чего хотела: Питера и книжный магазин. А в обмен потеряла бы свою личность.

Чары рассеялись. Шкаф закрылся. Выбор сделан.

Я достала телефон и отправила сообщение: «Я приняла решение».

Нет ответа. Наверное, он за рулем. Пусть и не просит пояснить. Хватит с меня игр.

«Спасибо, что приехал в такую даль, но я останусь здесь».

Хоть я и знала, что принимаю верное решение, внутри все сжалось. Ожидания были напрасны. У нас имелось столько возможностей, что я с трудом признавала поражение, однако если ни один из двоих не уступит, нам суждено пойти разными дорогами.

Надо извиниться перед Максом и поблагодарить его за то, что решился дать непрошеный совет. Мне повезло иметь такого друга.

Когда вечером я закрыла магазин, дождь прекратился, небо стало ясным. Дождь больше подходил к моему настроению, но по прохладной погоде я решила прогуляться до ручья и подумать. Остановилась на мосту, присела и свесила ноги. Разглядывая воду внизу, я пыталась представить, к чему иду, что собираюсь делать дальше. Питер наверняка захочет, чтобы я выкупила его долю магазина, а у меня не было свободных средств.

Мои худшие страхи воплощались в жизнь.

Внезапно кто-то произнес:

– Только не прыгай.

Я обернулась и увидела, что по дорожке от моего малинового домика идет Макс.

– Что ты делаешь?

Он пожал плечами.

– Немного подрабатывал. Палмерам требовалась помощь, а у меня как раз было время.

Я подвинулась, чтобы он сел рядом.

– Тебе нужна подработка?

– Странно, правда? Думаешь, бизнес в сфере доставки питания должен процветать в маленьком городке… – Макс нахмурился. – По правде говоря, я перепробовал все, чтобы раскрутить мамино дело. Когда Джентри нанял отдельного кондитера, мы потеряли много заказов, и вот теперь я подрабатываю на стороне, чтобы платить за аренду.

– Взрослая жизнь – отстой. – Я вздохнула, глядя, как вода омывает круглые гладкие камни. – Помнишь, как мы пошли вдоль ручья, чтобы увидеть, куда он ведет?

– Ага. Вот нам тогда досталось!

– Лейла все повторяла, что надо идти обратно, но мы думали, что еще не очень поздно.

– А потом вдруг стемнело.

– На обратную дорогу ушло в два раза больше времени, и нас уже искали.

Мы оба засмеялись. Макс прислонился ко мне.

– Мои лучшие воспоминания связаны с теми лесами.

В детстве Лейла, Макс и я исходили все тропы и исследовали все странные места.

– Помнишь старое заброшенное здание из бетона? Такое уродливое? Интересно, стоит ли оно еще там.

Макс поднялся.

– Пойдем посмотрим.

После дождя воздух стал вязким. Возле уха жужжал комар, и я поняла, что лес будет переполнен насекомыми, желающими съесть меня заживо. Я шлепнула себя по шее.

– Уверен, что готов к прогулке при такой влажности?

Он с вызовом поднял бровь.

– Раньше тебя это не волновало.

Точно. В юном возрасте мы не обращали внимания на жару или холод, дождь или снег. Во время любых занятий мы погружались в свой мир так глубоко, что погода не могла нас отвлечь. Зимой после катания на санках пальцы немели так, что можно было двинуть ногой по стене и ничего не почувствовать. Летом кондиционер считался роскошью, которую встретишь только в библиотеках и магазинах. Лазить по лесу влажным июльским днем – совершенно нормальное дело. Только прогулкой не называлось.

Я обмахнула лицо.

– Старею.

– Ничуть. – Макс протянул руку. – Идем, Тигра. Пора исследовать.

Только он мог сослаться на «Винни-Пуха».

Перед нами извивалась узкая тропа. Лес гудел жизнью – жизнью, проявляющей активный интерес ко мне. Макс расчищал заросли впереди, а я отгоняла мошек. И вот он, громадный цилиндр посреди леса. В детстве это строение представляло для нас загадку; позже мы узнали, что здесь хотели поставить водоносный коллектор. Здание служило отличной крепостью, укрытием, местом для свиданий и поцелуев. Хотя Дилан вряд ли бы зачем-то пошел в лес, а Питер даже не знал о его существовании.

Макс прижал ладони к бетонной стене. Струйка пота текла сзади по его рубашке.

Я залезла внутрь и села на выступ так, чтобы свесить ноги. Он устроился рядом, чуть ниже, и я, естественно, как бы скатывалась к нему. Попробовала сдвинуться выше – бесполезно.

Сидели молча. Я была уверена, что Макс хочет спросить насчет написанных им страниц. Я смотрела на мотылька, пытавшегося выбраться из паутины, и наконец призналась:

– Ты был прав. Полностью.

Он покусывал ноготь на большом пальце.

– А что Питер?

– Хотел показать помещение, которое сдают в аренду в городе. Соблазнительно… Я переживаю за будущее книжного магазина.

– Кстати, насчет этого. – Нижняя губа Макса исчезла между зубов.