Унесённые «Призраком» - Мария Роше

– К чему вы клоните, сэр? – нетерпеливо прервал его Роберт. – Хотите, чтобы я не расторгал помолвку с мисс Бэнкс до тех пор, пока не узнаю мисс Кэтрин получше? Сколько времени это должно занять? Месяц, два, три?

– Разрывать помолвку без веских на то оснований недостойно. – Мистер Айвор подался вперед в своем кресле. – Даже думать об этом не смей! Я не хочу, чтобы ты своим отказом бросил тень на репутацию ни в чем не повинной девушки.

– По-вашему, будет лучше, если я женюсь на ней и сломаю жизнь нам обоим? – горько усмехнулся капитан. – Что может быть хуже для женщины, чем жить с мужчиной, который ее не любит! И каким же несчастным чувствует себя мужчина, вынужденный каждый вечер ложиться в постель с той, которая ему безразлична! Поневоле обрадуешься, когда она умрет молодой, едва успев выкормить сына, и предпочтешь одиночество до конца своих дней новому браку!

– Не смей говорить мне такие вещи! – Губернатор побледнел и резко поднялся. – Ты ничего не знаешь о жизни!

– А может, для моей матери смерть стала избавлением, – не слушая его, продолжал Роберт. – Ведь это невыносимо – любить человека, который каждую минуту думает о другой!

Мистер Айвор быстро шагнул к нему и уже замахнулся для пощечины… но увидел красное пятно на скуле капитана и в самый последний момент удержался. Пальцы его сжались в кулак, губы задрожали. Он медленно опустил руку и процедил сквозь зубы:

– Убирайся вон!

– Сэр… – Роберт сам испугался своего выпада. – Простите меня, я не хотел…

– Вон! – Эдвард Айвор повысил голос. – Мальчишка, глупец, возомнивший себя судией! Воистину ты потерял голову, а вместе с нею и совесть! Упрекаешь человека, который тебя вырастил, дал тебе все, что может дать сыну хороший отец… Хочешь опозорить дочь моего друга, чтобы поссорить нас – и это сейчас, когда наша вражда с семейством Таккеров достигла пика, когда моя карьера и репутация под угрозой, когда Совет управляющих настраивают против Британии и там все чаще начинают звучать голоса в поддержку требующих независимости американцев?! Именно тогда, когда у меня почти не осталось сторонников, ты хочешь отнять самого преданного и уважаемого?! А ты подумал о том, что как только Совет потребует моей отставки и сделает губернатором кого-нибудь из друзей Таккера или его самого, что произойдет с тобой? Кого назначат новым командующим? Кому отдадут твой любимый фрегат? Или, быть может, ты тоже продашь своего короля за еду и станешь перевозить на «Призраке» порох для так называемых патриотов³³?

Роберт вздрогнул, как от удара, отвернулся, а потом, ни слова не говоря, направился к дверям.

– Запомни, – выкрикнул ему вслед мистер Айвор, – я не позволю тебе разрушить то, что с таким трудом создал! Не позволю! И не мечтай!

Когда дверь захлопнулась, он постоял еще какое-то время, пытаясь совладать со своими чувствами, а потом, совершенно обессиленный, опустился в кресло и спрятал лицо в ладонях.

Время до обеда, отведенное на примерки и покупки, пролетело почти незаметно. За год с небольшим Мэри успела отвыкнуть от всего этого и теперь с наслаждением вспоминала, как это здорово – выбирать понравившиеся ткани, белье и милые безделушки, не считая каждый пенни и не заботясь о том, чтобы потратить как можно меньше. А Кэтрин впервые отдавала свои собственные деньги за то, что нравилось именно ей, а не матери или сестрам, и чувствовала себя совершенно другим человеком – самостоятельным, независимым и свободным. Она не скупилась и подарила Мэри красивую кружевную шляпку, которую та не решалась приобрести из-за слишком высокой цены.

– Это такие пустяки, дорогая! – рассмеялась она в ответ на робкие протесты подруги. – Поверь, если бы мне пришлось жить в гостинице, я бы потратила намного больше, так что позволь мне тебя побаловать.

Джейсон помог им перенести покупки в легкую четырехместную коляску, подождал, пока обе мисс удобно устроятся на своих местах, и предложил возвращаться домой не короткой дорогой, а прокатиться по улицам Сент-Джорджа, чтобы девушки могли посмотреть город. Кейт устала и отнеслась к этой идее без особого восторга, в отличие от Мэри, которая тут же попросила показать ей местный госпиталь.

– Это еще зачем? – удивилась Кэтрин. И ехидно поинтересовалась: – У тебя что-то болит?

– Хвала Господу, я здорова. – Мэри загадочно улыбнулась. – Я тебе чуть позже все расскажу.

Впрочем, до госпиталя они не доехали. Едва коляска свернула на нужную улицу, Мэри увидела впереди знакомую высокую фигуру, не спеша хромающую им навстречу, и велела Джейсону остановиться.

– Мистер Норвуд! – воскликнула она. – Как хорошо, что мы вас встретили!

Стейн, который успел закончить все дела во вверенном ему отделении и возвращался в дом губернатора, остановился и с улыбкой склонил голову:

– Добрый день, мисс Айвор, мисс Маккейн. Решили прогуляться?

– Мы ездили за покупками, – улыбнулась Мэри, ища в его глазах хотя бы намек на ответную симпатию. – Вы направляетесь домой, не так ли? Садитесь, мы с огромным удовольствием вас подвезем!

Стейн уже собирался вежливо отказаться, но подумал, что девушка наверняка расстроится, а ему не хотелось вновь огорчать ее, ведь она предлагала помощь искренне, от всего сердца. «От влюбленного сердца», – уточнил внутренний голос, но доктор не стал развивать эту мысль и с легким поклоном произнес:

– Почту за честь.

Он стоически пережил минуту позора, когда добрая душа Джейсон помогал ему забраться в коляску, и сел напротив девушек. Обе немедленно опустили глаза: одна – скрывая сочувствие, другая – пряча неловкость.

– Как вы себя сегодня чувствуете, мисс Маккейн? – спросил он.

Кейт покраснела и закусила губу.

– Намного лучше. – Она с явным упреком взглянула на него и повернулась к подруге: – Вчера вечером… ну, я говорила тебе… из-за всего произошедшего за день я ужасно расстроилась, и доктор Норвуд задержался, чтобы помочь. После разговора с ним мне действительно стало легче. – Кейт посмотрела на Стейна и смущенно улыбнулась: – Спасибо вам.

– Не стоит благодарности, мисс Маккейн, – ответил он. – Некоторые вещи не нужно пытаться пережить в одиночестве – даже тем, кто силен духом или стремится стать таковым. Довериться – не значит проявить слабость. Напротив, это один из способов показать свое бесстрашие и силу.

– Я это запомню, мистер Норвуд, – задумчиво проговорила Кейт.

У Мэри отлегло от сердца. Конечно же, никакой любовной связи между ними и быть не могло, теперь она убедилась в этом. А осознание того, что доктор Норвуд умеет исцелять раны не только телесные, но и душевные, еще больше возвысило Стейна в ее глазах и укрепило в желании следовать тем же путем.