В поисках утраченной близости - Анастасия Соловьева

– Ну теперь рассказывай, для чего ты приехала в Москву, – спросила я, когда за Стивом и Танюшкой закрылась дверь.

Светка раздумывала.

– Для жизни, – выдала она наконец. – Как принято теперь выражаться – на ПМЖ.

– Как – на ПМЖ? А Ромка, банк, Киев?

– Этого больше нет. – Светка тихонько вздохнула.

– Чего нет?

– Ромки и банка. А без них мне нечего делать в Киеве.

Боже мой! В Светкиной жизни случилась какая-то катастрофа. Я сейчас же вспомнила свой давнишний сон: зареванную Светку и хорошеньких девочек. Девочки снятся к диву, но диво, оказывается, может выглядеть очень по-разному.

– На работе? – догадалась я. – Тебя подставили? Кинули?

– Нет. – Светка усмехнулась какой-то странной каменной усмешкой. – Меня не подставишь и не кинешь. Знаешь, многие пытались, только без толку все.

– Но ведь ты сказала: банк в прошлом.

– Точно, в прошлом. Вчера вечером сдавала дела новому управляющему.

– Да зачем же?! Ты столько положила труда…

– Ромка, – ответила она коротко.

– Что – Ромка?

– Заставил уйти! Уйти и из Киева уехать.

– Ромка? Заставил? Так он же обожал тебя!

– Думаешь, обожал? Как же! У него любовница была, содержанка – танцовщица из кордебалета. Молоденькая, Янке моей ровесница почти.

– Ну и женился бы на своей любовнице, – фыркнула я. – Не больно он тебе нужен был! Я думаю, ты не возражала.

– Не возражала, – спокойно согласилась Светка. – Я, конечно, не возражала против его женитьбы. Брак наш – ирония судьбы. Зато я возражала против того, чтобы Рома после развода завладел всем моим имуществом. Это было! Возражала, еще как!

– Имуществом? Он ограбил тебя? Снял деньги с твоего счета?

– Какие деньги? – усмехнулась Светка. – Ты думаешь, у меня были деньги? Все, что я заработала в «Холдинвесте», истрачено на Раздольное.

– А Ромка порывался Раздольное продать? За спиной у тебя?

– Нет, он хотел, чтобы продажей я занялась сама, а ему только денежки.

– Вот как! Многого же он хотел!

– Нет, не многого! И хотел не на ровном месте! Ромка шантажировал меня видеозаписями, сделанными в Раздольном.

– Что? – Я никак не могла понять, о чем она говорит. – Какие записи?

– Обычные. Все Раздольное, оказывается, напичкано камерами видеонаблюдения.

– И он снимал? Шпионил за тобой?! За вами…

– Начнем с того, что он все знал про Кирилла. С самого начала знал – и провоцировал меня, как только мог. Ну и спровоцировал в итоге – пригласил Кирилла в Раздольное. Понял, что я не выдержу его адских искушений, все просчитал. А недавно предъявил мне свои трофеи. Алка, это ужасно! Я никогда не думала, что при свете белого дня это все так ужасно выглядит! Он силой меня заставил все записи просмотреть… Алка, там Кирилл! Я ведь с самого Раздольного, с той нашей злополучной поездки, ни разу не видела Кирилла…

– А что с ним, ты не знаешь?

– Знаю. Вернулся к жене. Общие знакомые передали.

После этой реплики мы помолчали. Светка, я уверена, думала о Кирилле, а я не хотела ей мешать.

– Ромка дурак – думал, я испугаюсь. Надеялся, что ради карьеры, ради места топ-менеджера в банке я стану платить ему. Все рассчитал, скотина! Говорит: «Отдам тебе всю вашу порнуху!.. В обмен на деньги за Раздольное». А сам с «этой порнухи» копий наковырял. Хотел, чтоб я ему ренту пожизненную выплачивала! Как же, щас!! Одного только не учел мой Рома: мне надоел, прямо-таки осточертел Киев. Киев без Кирилла – не Киев! Я в этом городе находиться не могла! Теперь пусть сидит со своими записями! – Светка неожиданно злобно сверкнула глазами. – Пусть их себе в одно место заткнет! Пусть всем покажет! Пусть весь Киев знает, что его старуха жена (ты же помнишь, я его почти на десять лет старше!), пусть все знают, что я в гробу его видала! Изменяла ему! Пусть! У-у, ненавижу! Ты не представляешь: я себя совсем по-другому почувствовала, когда вернулась в Москву. Просто сошла с трапа самолета…

Дальше она не могла говорить. Слезы затопили ее глаза, щеки, хлынули в кофейную чашку, на стол и на свитер.

И я решила: пусть плачет. Выплачется – будет легче.

Но судя по всему, Светка не испытывала особого облегчения. Ее трясло и колотило. Она не могла удержать в руке чашку, не могла сделать глотка воды. А потом она вдруг смолкла и сразу заснула. Заснула сидя, привалившись к стене.

…Моя подруга всегда была для меня идеалом и образцом. Она отлично училась в институте, получила второе образование и дослужилась до должности управляющего банком. Но сегодня она превратилась просто в Светку – в ту девочку, с которой я подружилась на первом курсе иняза, девочку в простом сером свитере, тугих джинсах, с покрасневшим носиком. Только в девочку постаревшую, но от этого не менее трогательную и дорогую.

Вот к чему они мне тогда приснились – девочки эти. Беда мне с ними, просто беда!

– Мы должны что-то сделать для Светки! – сказала я Стиву вечером.

В тот вечер Танюшка впервые учила уроки без меня. Мы – Стив, Светка и я – втроем сидели на кухне, пили коллекционный коньяк и разговаривали. Но говорить, оказалось вдруг, как-то не о чем – мы больше молчали или обменивались пустыми, ничего не значащими фразами, перенапряглись и раньше обычного пошли спать.

– Мы должны сделать для Светы что-то хорошее. – Я устроила голову на плече у Стива, закрыла глаза и стала ждать, когда утраченный покой снизойдет на мою истерзанную душу.

– Да чем же мы ей поможем? – недоумевал Стив.

– Ну, во-первых, ей негде жить…

– Да у нее куча денег! Купит себе квартиру, устроится на работу. В банк управляющим. Плохо разве?

– Куда она там устроится!

– Тогда… ты сама ей работу предложи.

– Я?!

– Ну да. Ты в последнее время совсем забыла, что у тебя есть участок с источниками минеральной воды.

– Ну и что?

– Так нужно же заниматься разработкой! Это бизнес – пусть твоя подруга его возглавит.

– А ты… ты будешь инвестировать разработку?

– Если вы меня заинтересуете, буду… А кстати, если Света займется разработкой источников, ей будет сподручно пока поселиться в Холщеве. Дом там большой, комфортабельный. Хотя, конечно, старый… В общем, для начала – нормально.

Стив замолкает. Он устал за сегодня, и завтра у него тоже нелегкий день. И у меня нелегкий – по-своему. Тем более после вчерашней бессонной ночи мне ужасно хочется спать.

Я скоро засыпаю и вижу во сне толпу девочек. Впереди, взявшись за руки, шагают Танюшка и Женя. Танюшку я узнала сразу, а вот Женя во сне была не очень-то похожа на себя повседневную. Я только потом догадалась: голубое платье! В жизни Женя носит исключительно черные кофты да черные пиджаки. А вот это зря – ей очень даже к лицу голубое.