Любовь государственной важности - Джанис Мейнард

– Помочь?

– Нет. Иди сюда.

Бедный! Он не мог ничего с собой поделать. Привык быть главным. Но они могут над этим поработать.

Она сползла с кровати и встала перед ним. Хотя Алекс выше ростом, каблуки нивелировали эту разницу, так что Мария смотрела ему прямо в глаза. Проведя пальцем по его ключицам, она вздохнула: твердая широкая теплая грудь была так красива.

– Мне немного жаль, что мы не остались, – пробормотала она, целуя Алекса в пульсирующую на шее жилку.

– Почему это? – прохрипел он.

Обняв его за шею, Мария прижалась щекой к плечу.

– Мне снилось, как мы с тобой танцуем.

– Подожди-ка, – сказал он.

Алекс высвободился и принялся что-то искать в пиджаке. Наконец достал телефон и сосредоточенно нажимал на иконки, пока не нашел то, что хотел. Через несколько мгновений тихо заиграла классическая любовная песня.

– О, Алекс…

Он обнял ее и нежно поддразнил:

– О, Мария…

– Я до сих пор не знаю, как все получится дома, – мучилась она. – Люди будут говорить…

– Единственное, что люди скажут, – какой я умный, что подцепил тебя, прежде чем это сделал кто-то другой.

Его твердая рука, казалось, обжигала голую кожу ее спины.

– Я говорил тебе, что обожаю это платье?

– Слишком много проявлений чувств для мужчины, который имеет репутацию сдержанного и застегнутого на все пуговицы человека.

Он отступил назад и поднял руки, сексуальная улыбка играла на губах.

– Разве похоже на то, что я застегнут на все пуговицы?

– Точно подмечено. – Мария обняла его за талию, покачиваясь под романтическую мелодию.

Алекс наклонил ее в танце.

– Ты очень привязана к этому платью? – спросил он, возвращая ее в вертикальное положение.

Его скулы раскраснелись. В глазах блестели эмоции, которые Мария узнала. Жажда. Потребность. Отчаяние. Казалось, прошло много лет с тех пор, как они занимались любовью, – так сильно было томление, пульсирующее между ними.

Мария облизала губы.

– Оно стоило много денег. Я собиралась носить его весь вечер.

– Тогда я буду осторожен с ним, – пробормотал он, расстегнув молнию, прежде чем Мария успела пискнуть. – Еще совсем рано. Мы вполне сможем вернуться на вечеринку.

– Согласна. – Он лгал, а ее это даже не волновало.

Спуская узкие бретельки ее красного платья принцессы по рукам, он застонал, когда увидел, что Мария без бюстгальтера. Ее соски напряглись, когда он уставился на ее грудь.

– Я тебя хочу.

Речь Алекса словно сократилась до отдельных слогов пещерного человека, но Мария абсолютно все поняла.

Опираясь на его руку, она сняла трусики и повернулась к Алексу – лишь туфли на шпильках и робкая улыбка.

– Я тоже тебя хочу. Я восхищалась тобой все эти годы, но мне потребовалось время, чтобы понять: мои чувства зашли гораздо дальше. Перед таким мужчиной, как ты, сложно устоять.

– Тогда даже не пытайся, дорогая.

Он притянул ее к себе – их разделяла только ткань его брюк от смокинга. Восхитительное ощущение. Но Мария чувствовала, что может быть еще лучше.

Ее пальцы гладили его по спине.

– Ты мне нужен раздетым. Поторопись.

– Все, что пожелает леди.

Алекс справился с задачей немного неуклюже, но быстро.

Затем он упал на матрас вместе с Марией, которую это рассмешило.

– Мне нравится этот дикий и сумасшедший Алекс, – сказала она.

Он потянулся к брюкам, которые бросил на край матраса. Вытащил коробочку и протянул ей:

– Выходи за меня замуж, Мария. Пожалуйста.

Безыскусное, почти неловкое предложение застало ее врасплох, заставив сердце бешено колотиться. Кольцо было великолепно, с внушительным бриллиантом, которым можно подавать сигналы кораблям в море.

– Оно прекрасно.

Алекс надел кольцо ей на палец.

– Это не ответ.

– Да, – пробормотала она, эмоции мешали говорить. – Да, Алекс.

Он провел ладонью по ее телу, от шеи до живота, возбуждая ее своими теплыми, немного грубоватыми прикосновениями.

– Больше никогда не оставляй меня, – пробормотал он, помрачнев.

Его реакция поразила ее. Мария провела пальцем по его нижней губе.

– Не буду. Но ты же знаешь, иногда мы будем ссориться. Мы оба упрямые.

Он подвинулся ближе и, склонившись, вошел в нее уверенным нежным толчком – Мария со вздохом блаженства выгнулась навстречу и обхватила его ногами вокруг талии.

Алекс уперся лбом в ее лоб.

– Я не против ссор, если каждую ночь мы будем объявлять перемирие.

Она закусила губу, когда очередной толчок пришелся по определенной точке. Физическое наслаждение уступало лишь эмоциональному блаженству. Тот факт, что он здесь с ней в этой кровати, говорил о многом. В четверти мили отсюда набирала обороты вечеринка богатых и знаменитых – кульминация его профессиональной карьеры. Но Алекс сделал свой выбор.

Его любовь смиряла и приводила Марию в восторг.

Они приближались к точке невозврата – и все рациональные мысли сменились ощущениями. Тепло, нежность, слившиеся в одно целое. Сердце к сердцу. Влажная кожа на влажной коже.

Алекс крепко держал Марию, когда ее тело начало содрогаться в экстазе.

Несколько мгновений спустя оргазм вырвал и из его груди глухой стон удовольствия.

Неуклюже переплетя тела – настоящий клубок из рук и ног, – они лежали, тяжело и неровно дыша.

Мария провела большим пальцем ноги по его голени и проворчала:

– Мы можем заниматься этим всю ночь, клянусь. Но ты нужен им на вечеринке, Алекс. Серьезно.

Могучий вздох вырвался из его груди.

– Я знаю.

– Чем раньше мы оденемся, тем скорее сможем вернуться сюда.

– Пытаешься меня подкупить, Мария?

– А сработало?

Он нежно укусил ее в шею:

– Да, черт возьми.

Она улыбнулась, хотя он не мог этого видеть.

– Я люблю вас, мистер Рэймон.

Алекс встал с кровати и поднял ее красное платье, нахмурился, взглянув на ее обнаженное тело.

– Надень это прежде, чем я передумаю.

– Терпение есть добродетель.

– Ненавижу терпение.

Смеясь, она оделась и пригладила волосы, украдкой наблюдая за Алексом. Нагота делала его еще более мощным, чем обычно, – каждый дюйм его тела альфа-самца.