Герой ее мечты - Конни Брокуэй

— Доброе утро… — Венис бросила быстрый взгляд на мрачный профиль Ноубла и заставила себя улыбнуться, — Кассиус. Наши проводники ждут нас у начала тропы.

— О, прекрасно! — просиял Кассиус. — Мы готовы в путь… Венис? — Ее имя неприятно скользнуло по его языку, как масло по стоячей воде.

Со злобным ворчанием Ноубл поднялся на тротуар и, с шумом распахнув дверь в гостиницу, исчез внутри, а Венис смотрела ему вслед, в пустой, темный проем двери.

«Прощайте». Вероятно, она никогда больше не увидит его. Не в силах оторвать взгляда от того места, где только что исчез Ноубл, Венис почувствовала, что ее сердце бьется слишком медленно.

— Э-э… Венис? — снова окликнул ее Кассиус.

— Да. — «Прощайте». — Да, я готова отправляться.

Шлепнув мула по крупу сложенным зонтом, Кассиус направил покорное животное к Венис.

— Тогда вперед?

— Погодите! — Из «Золотой пыли» вышел Тим Гилпин, одной мясистой рукой почесывая голову, так что его взъерошенные волосы растрепались еще сильнее. — Берегите себя, — угрюмо обратился он к Венис. — В этих горах любой может оказаться застигнутым врасплох, независимо от его способностей. — Он вышел из-под нависающего козырька крыльца, не обращая внимания на ледяной дождь, пропитывавший его седеющие волосы, и, положив руку на луку седла Венис, слегка стиснул ее руку в перчатке. — Будьте осторожны, мисс Лейланд.

Венис улыбнулась ему, а Кассиус насмешливо фыркнул:

— Уверяю вас, сэр, у мисс Лейланд будет все, что необходимо, и даже более того.

Он направил своего мула мимо редактора и, не оборачиваясь, выехал на дорогу. Убрав руку, Тим, прищурившись, посмотрел на медленно удаляющуюся фигуру Кассиуса и, тщательно прицелившись, послал ему вслед порцию слюны.

— Спасибо вам за заботу, мистер Гилпин. И спасибо вам, мисс Джонс, за вашу доброту, — повернувшись к Кейти, сказала Венис, стараясь удержаться и не заглянуть в темный бар.

— Бросьте, это ерунда, — ответила Кейти. — Не беспокойтесь. Я никогда не видела, чтобы у какого-то парня был более тяжелый случай чесотки, чем у этого. — Она кивком головы указала на дверь «Золотой пыли». — Подождите — и увидите.

— О-о. — Венис изо всех сил старалась сохранить беззаботный тон. — Я почему-то уверена, что мы с мистером Маккэнихи видимся в последний раз. И я уверена, что он в восторге от этого.

— Милая, — протянула Кейти, — та чепуха, что я рассказывала вам о себе и Джозайе…

— Наша встреча после всех этих лет была чистой случайностью. Такого больше никогда не будет.

— Черт побери, Венис, послушайте меня. Возможно, я была не права. Джозайя никогда не смотрел на меня так, как Маккэнихи смотрит на вас. Возможно, существует такая вещь, как настоящая…

— Мне пора ехать. — Венис не хотела, чтобы кто-либо оживлял умершие надежды, — это приносило слишком сильную боль. — Пожалуйста, скажите мистеру Маккэнихи, что я… Скажите ему, что он неправильно думает обо мне. — Ей все-таки удалось улыбнуться. — Он подозревает, что я сама подложила в гардероб змею.

— А… хм… ну, насчет змеи… Мне неприятно признаваться, но я…

— Простите, Кейти, мне пора. — Венис подтолкнула мула вперед. — Передайте ему мое «Прощайте».

— Будьте осторожны! — крикнула Кейти и, вернувшись под навес, плотнее закуталась в шаль.

— Буду, — пообещала Венис.

— Удачи вам! — прокричал Тим.

Кейти и Тим десять минут стояли под навесом крыльца, глядя, как Венис и Рид медленно выезжают из города, а когда они наконец исчезли среди сосен, Кейти вздохнула.

Они уже собрались вернуться внутрь, когда дверь распахнулась и вышел Маккэнихи; его глаза угрожающе горели, а губы прижимались одна к другой плотнее, чем кора к дереву.

— Куда?

— Что ж, это не займет много времени, — с мрачным юмором прокомментировал Тим.

Длинное мускулистое тело Маккэнихи напряглось, он обернулся к Тиму и намеренно тихим голосом произнес:

— Знаешь, Тим, если начнется настоящий дождь, их тропу может смыть в считанные минуты, а учитывая, что их ведет Очень Высокое Дерево, совершенно невозможно предсказать, какой дорогой они пойдут. Юта, в отличие от белых, не пользуются одними и теми же тропами. Итак, куда?

Встретив горящий взгляд Маккэнихи, Гилпин указал туда, где Венис и Рид скрылись в соснах.

— Спасибо, — бросил Маккэнихи. — Я возьму твою лошадь.

— Позаботься о мисс Лейланд, Ноубл, — угрюмо сказал Тим.

— Да.

— Ты меня понимаешь.

— Конечно. — Ноубл плотно застегнул куртку.

— Если с ней что-то случится, я буду считать тебя ответственным за…

— Если с ней что-то случится, я буду там, где твои нотации, Тим, не имеют ни малейшего смысла, — сквозь сжатые зубы огрызнулся Ноубл.

Он пронзил приземистого редактора холодным взглядом, но Тим не отвернулся, и между ними повисли невысказанные слова. Наконец Тим отвел взгляд и коротко кивнул. А Ноубл, не тратя лишних слов, спустился с тротуара и направился в конюшню.

От крепкого сна Гарри Гранди пробудил сварливый спор между новой владелицей гостиницы и одной из проституток. Кошачьи драки, хотя и были вполне обычным явлением, редко происходили так рано утром, да еще утром после такого праздника, как накануне вечером, проходившего сразу вслед за религиозным собранием у преподобного Нисса. Гарри встал на колени и, мутными глазами глянув в окно, заметил уходящего Ноубла Маккэнихи.

— Вот так, малыш, на этом игры, пожалуй, закончены, — пробормотал Гарри и, плюхнувшись обратно на голый матрац, мрачно уставился в потолок. Армейское одеяло, разделявшее комнату на владения братьев Гранди, закачалось. — Ты меня слышишь, Энтон?

— Да. — Ответ был прерван отрыжкой. — Я говорил тебе, она заметит, что они скреплены болтами и проволокой.

— Заткнись. Откуда мне было знать, что она вся такая умная?

— По-твоему, она достаточно умна, чтобы понять, что в этих горах нет ничего, кроме выработанных шахт и скал? — спросил Энтон.

— Угу.

— Думаешь, она закроет скоростную дорогу?

— Угу.

— Это значит, больше не будет никакой бесплатной перевозки грузов?

— Ну и ну, это просто гениально, Энтон.

С другой стороны одеяла не последовало больше ни слова. Наверное, решил Гарри, мозги Энтона зашевелились, пытаясь осмыслить такой поворот дел.

— Если у нас не будет скоростной дороги, у нас не будет способа доставлять товары сюда, а это означает, что у нас не будет ничего, что кто-то мог бы купить.

— Угу.

— Что же нам делать?

У Гарри ответа не было. Он перевернулся на живот, поскреб макушку и снова выглянул в окно — Ноубл исчез.