Две недели ожидания - Сара Райнер

Надеюсь, ему снится кичади, думает Адам.

* * *

Кэт фиксирует взгляд на трещине на стене. Она чувствует укол в сгиб руки, слышит шуршание накрахмаленного халата, когда доктор проходит мимо.

– Готово. Подержите тампон пару минут, пожалуйста.

Она плотно прижимает вату к коже и осматривается. Доктор Хассан сосредоточился на том, чтобы промаркировать несколько пузырьков с темно-красной жидкостью.

– Я и не думала, что вы столько взяли. – Несмотря на все, через что она прошла, ей до сих пор жутковато видеть собственную кровь.

Рич сидит рядом и с опаской поглядывает на манипуляции доктора.

– А что вы с этим всем собираетесь делать?

– Учитывая, что в случае с вашей женой мы планируем использовать донорские яйцеклетки, мы проводим стандартные анализы на группу крови, гепатиты, ВИЧ, краснуху и хламидии. Вашу кровь мы проверим по тем же параметрам. Кроме того, проверим вас на предмет кист.

– А донора вы так же проверяете? – спрашивает Кэт, ею в который раз овладевает мысль о том, что другая женщина проходит обследование параллельно с ней. Она придет к этому же врачу и будет сидеть в этом же кресле?

– Да, но еще смотрим на уровень гормонов, чтобы определить фертильность яйцеклеток донора.

– Она будет моложе меня, да?

Доктор Хассан кивает.

– Мы не берем в программу доноров старше тридцати пяти лет из-за риска развития синдрома Дауна.

– А сколько уйдет времени на поиски донора? – спрашивает Рич.

– Ну мы должны удостовериться, что вы друг другу подходите. Я намерен отбирать каждого донора лично.

На это может потребоваться уйма времени, думает Кэт. А ей не терпится начать поскорее.

Похоже, доктор улавливает их настроение.

– Надеюсь, это произойдет быстрее, но минимум нужно два-три месяца, а вообще должен предупредить, что может уйти и год.

– Год?

Господи, как они могут так долго ждать? Ей вообще-то сорок два!

– Надеюсь, все свершится куда быстрее.

– Мой донор будет похожа на меня? – И снова Кэт ощущает незримое присутствие второй женщины, словно бы та находится с ними в кабинете. Интересно, где она сейчас, побывала ли она уже в клинике?

– Мы примем во внимание ваш рост, цвет кожи, телосложение, цвет глаз и волос.

Жутковато, думает Кэт. Где-то есть ее зеркальный двойник, с мышиными волосами и голубыми глазами.

– Можете подобрать кого-то и постройнее, если хотите.

Доктор улыбается и обращается к Ричу:

– Вашу внешность мы тоже примем во внимание. У вас обоих голубые глаза, так что по возможности мы не станем подбирать вам кареглазого донора.

– Резонно, – кивает Рич.

Кэт все еще думает о своем двойнике. Ну допустим, она будет моей копией физически, но что, если во всех прочих отношениях она будет совершенно другой? Что, если она окажется тупой, фанатичной или у нее будет плохо получаться все то, в чем я мастер? Что, если у нее не будет творческой жилки, если она молчалива и замкнута? Хотя мы с Ричем, разумеется, повлияем на ребенка, растя его и проводя с ним время. Если ребенка воспитывать в Лидсе, то у него все равно появится йоркширский акцент, где бы ни жил донор.

Доктор прерывает ее мысли:

– Вы должны понимать, что придется вырастить десять яйцеклеток, чтобы донор могла с вами поделиться.

– А как вы можете это гарантировать? – спрашивает Рич.

– Никак, ясное дело. Вот почему мы проверяем каждого потенциального донора, чтобы убедиться, что у донора нет дисбаланса гормонов или еще чего-то, что помешает росту яйцеклеток. Затем мы стимулируем их гормоны, чтобы яйцеклеток было больше.

Кэт хмурится.

– И сколько обычно получается яйцеклеток?

– Наша цель – минимум десять, но часто бывает больше.

– А если их нечетное число?

– Обычно дополнительную яйцеклетку оставляют донору по вполне понятным причинам. Этот вопрос вы должны обсудить с нашим психологом, чтобы все серьезно обдумать перед началом лечения.

А то я не знаю, думает Кэт.

– Еще мы рекомендовали бы вам ИКСИ, чтобы увеличить шансы на успех.

– А что это? – спрашивает Рич.

– Так обозначается интрацитоплазматическая инъекция сперматозоида в яйцеклетку.

– Я слышала про такое по телевизору, – говорит Кэт.

– Вполне вероятно, – кивает доктор. – При традиционном способе ЭКО сперму просто помещают к яйцеклетке, и один из сперматозоидов оплодотворит ее. В случае с ИКСИ эмбриолог берет отдельный сперматозоид и вводит в яйцеклетку с помощью иглы.

– А игла не повреждает яйцеклетку? – интересуется Кэт. Кажется, она читала что-то о врожденных дефектах у детей, появившихся после ИКСИ.

– Проводился ряд исследований, но выводы неубедительны, – говорит доктор Хассан. – Часто этот способ применяют, если у мужчины низкое качество спермы, если здоровых сперматозоидов мало или они малоподвижны.

– Но у меня со спермой все нормально, – возмущается Рич. Кэт тут же расстраивается, когда муж начинает обороняться. Затем он добавляет: – Насколько нам известно.

– Нет, нет, я это знаю, – говорит доктор. – Мы используем ИКСИ и в других обстоятельствах, например при донорстве яйцеклеток.

– ИКСИ дороже? – уточняет Рич.

– Немного, – кивает доктор.

– Насколько?

– Около восьмисот фунтов.

У Кэт сжимается сердце. Банк и так-то не хотел выдавать им кредит.

Доктор Хассан все понимает по выражению их лиц и поясняет:

– В долгосрочной перспективе это означает меньшие затраты для пар, проходящих по донорским программам, поскольку процент успешных попыток очень высок.

– То есть меньше вероятность, что нам придется повторять процедуру.

– Совершенно верно.

Ладно, подсчитаем затраты потом, думает Кэт. Она не отстает:

– А есть разница в самом лечении?

– Да не слишком большая, поскольку ИКСИ делается в лаборатории. Мы не стали бы рекомендовать ИКСИ, если бы не считали, что достигнем лучшего результата, но, пожалуйста, изучите вопрос сами и затем обсудите со своим лечащим врачом по ходу процедуры. – Он обращается к Ричу: – Раз уж мы затронули эту тему, наверное, сейчас самое время сдать образец спермы, а мы пока проведем вашей супруге ультразвуковое исследование.

Кэт не успевает сказать, что хотела бы, чтобы муж остался, как доктор вручает Ричу стаканчик и отправляет в кабинет дальше по коридору.