Две недели ожидания - Сара Райнер

Уже первый час, а Лу еще даже не одета. После операции прошло несколько недель, и она планировала бегать, чтобы снова прийти в форму. Как минимум надо бы принять душ, но онлайн-форум затягивает.

Всем привет. Многие годы мы считали, что проблема в низком качестве спермы мужа, но после второго провального ЭКО прошли обследование, и нам сказали, что мои яйцеклетки, видимо, очень плохого качества. Я была просто раздавлена. Не понимаю, почему столько времени ушло на то, чтобы это выяснить. Я-то думала, что со мной все в порядке. Врач сказал, что есть лишь 5 % на успех в очередном ЭКО, и он не хочет, чтобы мы зря тратили пять штук, поэтому предложил подумать о донорской яйцеклетке. Спросил, есть ли у меня сестра или подруга, которые могут стать донорами. Но у меня таких знакомых нет! Мне плохо, я все время плачу. Не могу поверить, что у меня никогда не будет детей. Энни33.

Энни! Наверное, для тебя было настоящим шоком узнать, что дело в твоих яйцеклетках. Я была донором яйцеклеток в программе обмена. Идея в том, что кто-то типа меня, кто проходит процедуру ЭКО, пользуется ненужными мне яйцеклетками. Может, и тебе такая схема подойдет. Если почитаешь ветку про донорство ЯК, то увидишь, что ты не одинока. Огромное количество женщин родили детей от донорской яйцеклетки, и ЭТО ИХ ДЕТИ. Да, может быть, потребуется помощь, чтобы осознать это, но когда ЯК оплодотворена спермой твоего мужа, растет внутри тебя на протяжении девяти месяцев и именно ты вынашиваешь этого малыша, питаешь и чувствуешь каждое его движение, это определенно твой ребенок. Кроме того, я верю, что ребенок становится тем, кем он становится, благодаря родительской любви и их образу жизни. Надеюсь, со временем ты почувствуешь то же самое и сможешь завести собственного ребенка, пусть даже генетически он не совсем «твой». Тень.

Привет, Энни33. Я думаю, требуется определенное мужество, чтобы принять ЯК незнакомой женщины. Из-за моей национальной принадлежности ушло много месяцев, чтобы найти женщину, которой подойдут мои ЯК, но теперь такая женщина нашлась. Я действительно думаю, это воля Божья, что у двух незнакомых людей могут сложиться такие магические отношения, и однажды твой ребенок поймет, как сильно ты хотела стать мамой, и поблагодарит тебя за путешествие, в которое ты рискнула отправиться. Радуга.

Эх. Жаль, что София не может прочесть эти строки, думает Лу. Может быть, она перестала бы быть такой циничной.

* * *

– Встретимся дома? – спрашивает Кэт.

Рич обращается к своему тестю:

– Еще пива, Питер? Их какое-то время не будет.

Питер осушает свою кружку.

– Такое же, пожалуйста.

– Вечер обещает быть приятным, – говорит Джуди, когда они с Кэт выходят из паба. Все утро шел дождь, а теперь на небе видны многообещающие голубые островки.

– Давай пройдемся вдоль оврага и обратно, – предлагает Кэт. Родители жили в Йокшир-Дейлс с тех пор, как Кэт и ее брат были маленькими, и этот маршрут был самым любимым у всей семьи.

– Как приятно с кем-то погулять, – говорит Джуди, когда они отходят на достаточное расстояние. Питеру сейчас тяжело передвигаться на любые расстояния, кроме самых коротких, но Джуди моложе своего мужа и в лучшей физической форме.

Кэт идет по тропинке через ворота и дальше в поле. Там пасутся овцы, щиплют травку. С обеих сторон небольшой уклон, ручей делит луг пополам, от высокой травы мокнут ноги. Сначала они идут в дружественном молчании, подстраиваясь под ритм друг друга. Через некоторое время легкая неровность уступает место внушительным скалам и более суровой природе, и по мере того, как женщины движутся вдоль ручья, переходя с камня на камень, их разговор становится зеркальным отражением движений и тоже перепрыгивает с одного общего интереса на другой. Кэт рассказывает Джуди новости о друзьях, которые мать выслушивает с удовольствием, а Джуди делится с дочерью последними известиями о драматических взаимоотношениях брата Кэт Майка с женой Саки. Обе недовольны поведением Саки, которую считают сложным человеком.

– Ее мать помешана на спорте.

Они могут сплетничать так весь вечер, но если Кэт хочет затронуть важную для нее тему, то стоит начать сейчас. Она внимательно смотрит на мать. На лице Джуди застыла полуулыбка, морщинки весело разбегаются по лицу. Седые волосы забраны в привычный пучок, несколько прядей обрамляют все еще умиротворенно красивое лицо, фиолетовая куртка расстегнута, а руки покачиваются в такт ходьбе. Она, как обычно, расслаблена.

– Я хочу кое о чем рассказать, мама.

– Да?

– Ты же помнишь, что меня оперировали, чтобы убрать опухоль?

– Д-да…

Кэт знает, что мать не любит говорить о ее болезни. В те непростые дни Джуди, казалось, лучше справлялась с насущными проблемами, чем открыто говорила о болезни дочери. Наверное, ее это слишком расстраивало. Кэт тяжело, несмотря на их близость. Она напоминает матери:

– Мне оставили матку и шейку матки.

– Ну да.

Они входят в узкий овраг. Над головами возвышаются напоминающие гигантские строительные блоки серые глыбы, которые вдоль и поперек за долгие века разъела проточная вода. Кэт поднимает голову в надежде, что камни могут поделиться с ней своей силой.

– Это значит, что я могу выносить ребенка. – Даже просто от слов перехватывает дыхание, она так сильно этого хочет.