Сколько стоит любовь? - Стефани Лоуренс

– Кольер мертв.

Все еще не сводя глаз с Барнаби, Диллон кивнул:

– Да, я знаю.

Лицо Барнаби вытянулось.

– Мертв? – ахнул он, переводя взгляд с Диллона на Деймона.

– Определенно, – заверил Деймон. – И смерть его наделала много шума. Кольер был хорошо известен в своих кругах. Он сам был в бизнесе много лет и имел немало хороших лошадей. Говорят, что когда он проезжал мимо местной каменоломни, кто-то испугал его лошадь и та сбросила беднягу. Он свалился с обрыва и сломал шею. Кстати, кому перешла конюшня? Кто наследник?

– Его дочь, – пояснил Диллон. – Она не интересовалась ни скачками, ни лошадьми и все распродала. Я видел купчие на столах моих клерков.

– И кто все это купил? Один человек?

– Нет. Большинство лошадей разошлось по разным конюшням.

– И никакого упоминания о партнере? – нахмурился Деймон.

– Нет, – покачал головой Диллон. – А в чем дело?

– У Кольера начались трудности в конце прошлогоднего осеннего сезона: он поставил на собственных лошадей и проиграл целое состояние. Я думал, он не выпутается, не сможет участвовать в скачках, но весной Кольер вернулся, не только не понеся потерь, но и с двумя новыми, породистыми, очень дорогими лошадьми.

– Случайно, не Адонис и Буцефал? – оживился Барнаби. – Именно эти лошади участвовали в подозрительных скачках.

Деймон описал обоих жеребцов, Диллон пообещал проверить описание.

– Есть какие-то предположения, почему лошади отстали? Может, их придержали жокеи? – спросил он Барнаби.

– Нет. Жалобщики уверены, что жокеи сделали все возможное. Они и не думали никого и ни в чем обвинять, но не понимали, каким образом можно было провернуть эту аферу.

Деймон и Диллон переглянулись.

– А вот мы понимаем, – вздохнул Диллон. – Вопрос в том, кто на этом нажился.

– Собственно говоря, – возразил Деймон, – первый вопрос должен быть другим: каким образом умер Кольер? Несчастный случай или…

– Или, учитывая слухи, – голос Диллона стал жестким, – и возможность, что кто-то, кто непременно захочет разобраться, правдивы ли они, заставил Кольера замолчать.

– Замолчать? Но почему? – выпалил Барнаби.

– Чтобы он не смог обвинить того, кто оплатил подмену, – пояснила Флик.

Барнаби озадаченно нахмурился.

– Другой способ фальсифицировать результаты скачек и заработать немало денег – выставить лошадь, которая выигрывает один забег за другим, пока не приобретает репутацию фаворита, а потом подменить ее точно такой же с виду, но только на одну скачку. Ваш «фаворит» приходит в числе последних. После скачки производится обратная подмена. К тому времени как начато расследование и распорядители решают осмотреть лошадь, все на своих местах и не остается никаких доказательств мошенничества.

Барнаби кивнул:

– Но что, если за всем стоял Кольер и его смерть действительно несчастный случай?

– Сомнительно, – покачал головой Диллон. – Найти двойника на подмену – дорогое удовольствие. Обе лошади должны быть породистыми и похожими как две капли воды.

– Значит, – пробормотала Флик, – если Кольер оказался в стесненных обстоятельствах, кто-то предложил ему сделку.

– Более того, – добавил Деймон, – этот кто-то заплатил долги Кольера.

Барнаби взволнованно подался вперед:

– На тех условиях, что он будет продолжать тренировать лошадей и участвовать в скачках, а также каким-то образом организует подмену.

– Вполне возможно, – согласился Диллон.

– Теперь я понимаю, – пробормотал Барнаби, переводя взгляд с Деймона на Диллона. – Похоже, следующим моим заданием будет визит в Грантем.

– Я загляну в реестр и узнаю подробности о конюшне Кольера, – пообещал Диллон, вставая, – после чего проверим, какие из лошадей неожиданно проиграли забег. Когда собираешься ехать, Барнаби?

– Сегодня леди Суэйлдейл дает бал, – объявила Флик, поднимаясь и расправляя юбки. – Уверена, ее милость будет счастлива видеть вас в числе гостей.

– Э… – растерянно протянул Барнаби. – Я отправлюсь на север с первыми лучами солнца. Нужно собрать вещи. Думаю, придется пропустить бал у леди Суэйлдейл.

Деймон закашлялся, чтобы скрыть смех. Флик пронзила Барнаби суровым взглядом.

– Трус! – фыркнул Диллон.

– Скажи лучше, просто завидуешь, что тебе не удастся отделаться, – ухмыльнулся Барнаби.

Но он ошибался: Диллон как раз с нетерпением ждал бала у леди Суэйлдейл. Скорее бы встретиться с прелестной мисс Даллинг, окруженной поверженными, потерявшими голову от любви поклонниками. Если он хоть сколько-нибудь разбирается в женщинах, они сумеют смягчить ее нрав к его появлению…

Прислонившись к стене ниши за большой пальмой, он наблюдал, как Присцилла Даллинг завораживает, чарует и всякий раз, когда замечала его взгляд, флиртует с местными джентльменами, сраженными наповал ее красотой.

Он по достоинству оценил ее сиреневое шелковое платье с вырезом-трапецией, не слишком вызывающим но тем больше привлекающим внимание к глубокой ложбинке между грудями, и, хотя он невольно любовался изгибами ее женственной фигуры, прекрасным лицом в обрамлении черных локонов, не только физическая красота привлекала его.

Гораздо важнее то, что скрыто внутри. Глядя на нее, он чувствовал неукротимый дух. Его двойник в женском обличье. Именно это манило его, неодолимо тянуло к себе.

Он с циничной улыбкой продолжал наблюдать, как она общается со своими обожателями. Они уже начинали надоедать: впрочем, так ей и надо! Джентльмены сослужили свою службу: они окружили ее, мешая неожиданно ускользнуть.

Прошло два дня с тех пор, как она гнала кобылу по Пустоши, спасая свою жизнь. Два дня с тех пор, как он обнаружил, что какой-то негодяй едва не прикончил ее.

Его все еще преследовало видение ее побелевшего лица, когда он показал ей дыру в шляпе. Она и не подозревала, насколько была близка к смерти.

Он сумел взять себя в руки и держаться подальше весь следующий день, зная, что встретит ее сегодня. Правда, он видел ее издалека в городе. Все это время она выходила из дома только в компании тетки и мисс Блейк.

Никто не навещал их, и она сама ни с кем не встречалась тайком: он точно знал это, поскольку поручил четверым конюхам следить за домом круглые сутки.

Но сейчас Диллон сквозь перистые листья пальмы изучал ее лицо, понимая, что она еще недостаточно смягчилась. Еще не время предлагать ей побег.

Он отправил Барнаби к конюшне Кольера. Перед этим они убедились, что именно новые дорогие лошади Кольера проигрывали скачки. За ужином Барнаби вспомнил, что до Вейна дошли подобные слухи касательно скачек, состоявшихся в Ньюмаркете несколько недель назад, в начале осеннего сезона. Новости были крайне неприятными. Вейн и Габриэль пытались разузнать подробности.