Блейз Уиндхем - Бертрис Смолл

Целую минуту после пробуждения Блейз не моглапонять, где находится, пока воспоминания о вчерашнем дне не нахлынули на нее.Она проснулась в собственной спальне, в имении Риверс-Эдж. Она вышла замуж ичудесно выспалась на самой удобной на свете кровати. Правда, было так страннозанимать одной такое огромное ложе. Впервые за всю жизнь Блейз довелось спать водиночестве. Она потянулась всем телом, до кончиков пальцев, и, повернувголову, обнаружила на девственно-белой подушке рядом с собой единственную алуюрозу со стеблем, свободно обернутым длинной бледно-голубой шелковой лентой, расшитойкрошечными жемчужинами. Высвободив ленту, Блейз, к своему безграничномуудивлению, обнаружила, что овальный сапфир в золотой оправе вделан точнопосредине полосы голубого шелка.

Она не сдержала стона восторга. Дома, в Эшби,она слышала о подобных вещицах, но никогда не надеялась иметь их. Усевшись,Блейз укрепила ленту на голове по последней моде, а затем спрыгнула с постели иподбежала к зеркалу.

Восхищаясь, Блейз поворачивала голову направои налево, глядя, как в сапфире загораются искры.

— Доброе утро!

Резко обернувшись, Блейз увидела, как ее мужвошел в дверь, соединяющую их спальни.

— Доброе утро, сэр, и огромное вамспасибо за подарки!

— Который из них тебе большепонравился? — с любопытством спросил Эдмунд.

Блейз на минуту задумалась, а затем со смехомобъяснила:

— Сама не знаю. Я обожаю розы, и потомэто так романтично — дарить даме цветы. Но я еще никогда не получала такогороскошного подарка, как эта лента. Боюсь, сэр, я слишком жадная — мне нравитсяи то, и другое!

— По-моему, жадность не в твоемхарактере, Блейз, — возразил Эдмунд. — Красивые вещи предназначеныдля красивых женщин. Я просто искупаю свою вину — в конце концов я так и неприслал тебе свадебного подарка.

— Никаких подарков! — воскликнулаона. — Милорд, вы ведь и так позаботились о счастье моих семи сестер! Ниодна невеста еще не получала более щедрых даров Этого более чем достаточно.

« Как она мила «, — подумал эрл и, пройдяразделяющее их расстояние, обнял Блейз, привлекая к себе.

— Я хочу попросить у тебя кое-что взамен,Блейз, — сказал он.

Блейз решила, что ей нравятся объятиямужа, — в них было так спокойно и мирно. Бессознательно она потерласьщекой о бархат его стеганого халата.

— Что же вы хотите получить, милорд?

— Сущую безделицу — чтобы ты называламеня по имени, Блейз. С тех пор как ты прибыла сюда, ты зовешь меня толькосэром да милордом.

— Не знаю, Эдмунд, удобно ли это, —ответила Блейз. — Мама говорила, что мне следует дождаться вашегопозволения, прежде чем называть вас по имени. Она утверждает, что некоторыемужчины предпочитают, чтобы жены, обращаясь к ним, называли их сэр или милорд.

— Вчера ночью я долго лежал без сна,размышляя, как прозвучит мое имя из твоих уст, — произнес эрл.

— Какой изысканный комплимент, Эдмунд!Берегитесь, как бы не вскружить мне голову!

Он рассмеялся, радуясь ее живости и остроумию.

— Пора перейти к более серьезным инеотложным делам, — наконец вздохнул он. — Я пришел сообщить тебе,что мы примем благословение отца Мартина на ступенях церкви в одиннадцать часовутра. К этому времени прибудут моя сестра, Дороти, ее муж, Ричард, и Тони.

— Я готова повторить свои клятвы,милорд, — на этот раз мужу, а не его доверенному лицу. Отец Мартинпозволит?

Эдмунд был безмерно польщен.

— Почему бы и нет? Я устрою повторениецеремонии в церкви, в присутствии наших родных, а затем мы выйдем на крыльцо,чтобы получить благословение. Благословение необходимо: увидев его, все слугибудут довольны.

Поцеловав Блейз, он вышел. Явилась Геарта сподносом, на котором оказались теплый белый хлеб, масло, мед и графин сладкого,разбавленного водой вина, — Этим утром службы не будет, так что можетепозавтракать не торопясь, миледи.

После завтрака Блейз вымыла лицо и руки в тазус ароматной водой и старательно вычистила зубы. Затем горничная с помощьюнескольких молодых служанок принялась одевать госпожу в чудесное кремовоебархатное платье с вышивкой золотом и жемчугом. Постепенно служанки затихли ивытаращили глаза, пораженные красотой своей молодой госпожи.

— Я не прочь надеть новую ленту, —сказала Блейз, и Геарта укрепила ее на голове, посмеиваясь над любовью хозяйкик безделушкам.

Двойную нитку бледно-розовых жемчужин скоралловым медальоном-сердечком застегнули у нее на шее, жемчужные серьги вделив уши. После того как длинные золотистые волосы Блейз были тщательно расчесаны,ее обули в туфельки в тон платью.

— А теперь посмотрите-ка на себя взеркало, — произнесла Геарта, ведя Блейз по комнате. — Разве я неговорила, что вы красавица? — с гордостью добавила она.

Блейз в восхищении уставилась на собственноеотражение. У ее матери было только маленькое, тусклое зеркало, но посколькудома ее одежда не блистала роскошью, она никогда не чувствовала потребностиполюбоваться собой. А теперь, увидев себя в этом великолепном свадебном платье,она была изумлена.

— У меня будут еще такие жеплатья? — спросила она Геарту.