Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви - Диана Гэблдон

В доме было темно, а в углу комнаты находился медведь. В ужасе я попятилась к своему сопровождающему — я больше не хотела иметь дело с дикими зверями. Однако мой спутник твердой рукой подтолкнул меня вперед. Я нерешительными шагами приблизилась к горящему очагу.

Огромная неуклюжая фигура повернулась ко мне, и я с опозданием убедилась, что передо мною не зверь, а человек, одетый в медвежью шкуру — точнее сказать, в плащ или накидку из медвежьего меха, застегнутую возле шеи посеребренной брошью размером с мою ладонь. Брошь изображала двух прыгающих оленей с выгнутыми горбом спинами и соприкасающимися мордами, так что фигуры замыкались в круг; заколка представляла собой короткую, сужающуюся лопасть, похожую на хвост быстро бегущего оленя.

Я рассмотрела эту брошь в подробностях, потому что она торчала у меня прямо перед носом. Потом я подняла глаза, и у меня на мгновение мелькнула мысль: а не ошиблась ли я, может, передо мною и в самом деле медведь.

Но нет, у медведя глаза не похожи на ягоды голубики, маленькие, круглые и темно-синие, да и брошек медведи не носят. Глаза утопали в толстых щеках, нижняя часть которых скрывалась в густых зарослях черных с проседью волос. Пряди точно таких же волос падали на плечи, смешиваясь с медвежьим мехом, от которого до сих пор шел острый запах, напоминающий о прежнем хозяине шкуры.

Маленькие острые глазки пробежались по мне, оценили и плачевное состояние моей одежды, и ее первоначально достойное качество, разглядели и два обручальных кольца, золотое и серебряное.

— Вы, кажется, попали в беду, миссис, — вежливо произнес «медведь», наклонив массивную голову, на которой блестели капельки от растаявшего снега. — Можем ли мы вам помочь?

Я медлила с ответом. В помощи этого человека я отчаянно нуждалась, однако, заговорив, я сразу выдала бы себя как англичанку. Лучник, который привел меня в дом, предупредил мой ответ.

— Нашел ее возле Уэнтуорта, — отрывисто произнес он. — Дралась с волками. Англичанка, — добавил он с ударением.

И при этом слове в маленьких глазках-голубиках появилось не слишком приветливое выражение.

Я выпрямилась во весь рост и постаралась принять позу полной собственного достоинства матроны.

— Англичанка по рождению, шотландка в замужестве, — твердо заявила я. — Мое имя Клэр Фрэзер. Мой муж — узник Уэнтуорта.

— По-нят-но, — медленно проговорил «медведь». — Ну что ж, мое имя Макраннох, и вы находитесь на моей земле. По вашему платью я заключаю, что вы дама из хорошей семьи. Как же вы оказались одна зимней ночью в Элдриджском лесу?

Я от души обрадовалась возможности показать мои добрые намерения и к тому же разыскать Руперта и Мурту.

— Я прибыла в Уэнтуорт вместе с несколькими клансменами моего мужа. Поскольку я англичанка, мы считали, что мне удастся проникнуть в тюрьму под официальным предлогом, а потом, возможно, и найти способ освободить мужа. Однако я… мне пришлось покинуть тюрьму другим путем. Я искала своих друзей, но на меня напали волки. Вот этот джентльмен великодушно спас меня от хищников.

Я благодарно улыбнулась костлявому лучнику, но он принял мою благодарность с каменным лицом.

— Вы, несомненно, имели дело с кем-то зубастым, — согласился Макраннох, поглядев на мое изорванное платье.

Подозрительность временно уступила место обычаям гостеприимства.

— Вы ранены? Ах, это лишь царапины? Но вы, конечно, замерзли и потрясены к тому же. Присаживайтесь поближе к огню. Гектор даст вам чего-нибудь выпить, а потом вы мне расскажете поподробнее о ваших друзьях.

Ногой он пододвинул к огню грубый трехногий табурет и усадил меня на него, нажав тяжелой рукой на плечо.

Торф дает не много света, зато горит жарко. Я невольно вздрогнула, когда кровь начала циркулировать в моих застывших руках. Пара глотков из кожаной фляжки, протянутой мне Гектором, окончательно восстановили мое кровообращение.

Я объяснила свое положение, насколько могла, — по правде говоря, не очень толково. Краткое описание выхода из тюрьмы и рукопашной схватки с волком было принято с известной долей скептицизма.

— Предположим, что вам удалось попасть в приемную Уэнтуорта, однако вряд ли сэр Флетчер позволил бы вам свободно разгуливать по всему зданию. А уж если капитан Рэндолл обнаружил бы вас в подземелье, он не стал бы показывать вам выход через заднюю дверь.

— У него… у него были на то свои причины.

— Какие же?

Я собралась с духом и рассказала все как есть; я слишком устала и вымоталась, чтобы прибегать к иносказаниям и околичностям.

Макраннох был наполовину убежден, но все еще не хотел думать о конкретных действиях.

— Я понимаю ваше беспокойство, — сказал он, — однако дело обстоит не так уж скверно.

— Не так уж скверно!

От возмущения я даже вскочила на ноги.

Макраннох помотал головой, словно ему докучали оводы.

— Я имею в виду, — заговорил он, — что если зад нашего парня в опасности, то это не слишком болезненно. Прошу прощения за грубость, мадам, но от содомского греха еще никто не умер.

И он успокоительно простер ко мне две пятерни размером с суповую тарелку.

— Не могу сказать, что это доставит ему удовольствие, однако не стоит обращаться по такому поводу к сэру Флетчеру Гордону. Мое положение в этих местах весьма ненадежное, весьма!