Уродливая любовь - Колин Гувер

Мы относим посуду на кухню.

Оба молчим.

Пока я вожусь с посудомоечной машиной, Рейчел стоит, прислонившись к столу, и наблюдает, как я изо всех сил стараюсь не обращать на нее внимания. Рейчел не догадывается, что она повсюду. Она во всем. Все вокруг превратилось в Рейчел.

Это ощущение поглотило меня целиком.

Мои мысли больше не абстрактны.

Мои мысли теперь – Рейчел.

Мне нельзя любить тебя, Рейчел…

Я гляжу в раковину, а хочу смотреть на Рейчел.

Дышу воздухом, а хочу дышать одной Рейчел.

Закрываю глаза и вижу только Рейчел.

Мою руки и безумно жажду прикоснуться к Рейчел.

Я вытираю ладони о полотенце и поворачиваюсь к ней.

Пальцы Рейчел стискивают край стола за спиной. Мои руки скрещены на груди.

– У нас самые ужасные в мире родители, – шепчет она.

Ее голос падает.

Мое сердце тоже.

– Прямо-таки безнравственные, – говорю я.

Она хохочет.

Мне нельзя любить твой смех, Рейчел…

Она вздыхает.

Люблю ее вздох.

– Давно они вместе? – спрашиваю я.

Рейчел не станет врать.

– Около года. Они нечасто виделись, пока мама не решила переехать поближе к нему.

Я чувствую, как разбилось сердце моей матери.

Мы с ней ненавидим отца.

– Около года? – переспрашиваю я. – Уверена?

Рейчел кивает.

Ей ничего не известно о моей маме. Это очевидно.

– Рейчел?

Я произношу ее имя вслух. Мне хотелось этого с той самой минуты, как мы впервые встретились.

Не отводя глаз, Рейчел сглатывает и тихо шепчет:

– Что?

Я делаю шаг вперед.

Ее тело откликается. Спина стала чуть прямее, дыхание – чуть чаще, щеки – чуть розовее.

Но этого более чем достаточно.

Моя рука ложится ей на талию, мои глаза ищут ее.

Взгляд Рейчел не говорит «нет»…

Когда мои губы прижимаются к ее губам, это и хорошо, и дурно, и правильно, и неправильно.

А еще это месть.

Рейчел вдыхает, крадя у меня воздух. Я выдыхаю, чтобы отдать кислород ей. Наши языки соприкасаются. Моя вина сплетается с ее виной, мои пальцы путаются в волосах, которые бог создал специально для этой девушки.

Мой любимый вкус теперь – Рейчел.

Мой любимый подарок теперь – Рейчел.

Хочу Рейчел на день рождения. Хочу Рейчел на Рождество. Хочу Рейчел на выпускной.

Рейчел, Рейчел, Рейчел…

Я все равно буду любить тебя, Рейчел…

Скрипит задняя дверь.

Я отстраняюсь.

Она отстраняется, но я по-прежнему чувствую ее в своих объятиях.

Отвожу взгляд, но вокруг одна Рейчел.

В кухню заходит Лиса. Вид радостный.

Она имеет право на счастье – это ведь не она умерла.

Лиса объявляет, что им пора уходить.

Я прощаюсь с обеими, но мои слова – только для Рейчел, и она это знает.

Заканчиваю с посудой.

Говорю папе, что Лиса очень милая.

Не говорю, что ненавижу его.

Наверное, и не скажу никогда. Зачем признаваться, что теперь смотрю на него другими глазами?

Теперь он для меня просто… обычный человек.

Возможно, это и значит стать мужчиной – осознать, что отец понимает в жизни ничуть не больше твоего.

Я ухожу к себе в комнату и пишу Рейчел эсэмэску.

Я: «Что будем делать с завтрашней встречей?»

Рейчел: «Соврем родителям?»

Я: «В семь сможешь?»

Рейчел: «Да».

Я: «Рейчел?»

Рейчел: «Что?»

Я: «Спокойной ночи».

Рейчел: «Спокойной ночи, Майлз».

Выключаю телефон: хочу, чтобы ее сообщение стало на сегодня последним.

Закрываю глаза.

Я пропал, Рейчел…