Любовь дикая и прекрасная - Бертрис Смолл

И ехали они через всю Францию, через города и деревни, которые скоро уже стали расплываться в их глазах и терять всякие различия. Немур… Бриар… Невер… Лион… Вьенн… Авиньон… Марсель… И теперь впервые Катриона увидела южное море, такое непохожее на холодные северные. Оно было все в пятнах — зеленое здесь, голубоватое там, налево — бирюзовое, направо — пурпурное и прозрачное, до самого дна, песчаного или кораллового.

На несколько дней отряд задержался в Марселе, и Катриона восторженно бродила по городу и по его набережным-рынкам, где торговали фруктами, рыбой и пряностями. Из каких только стран там не встречались моряки — французские, испанские, турецкие, русские, арабские, английские, венецианские, генуэзские, сицилийские и даже чернокожие! Она любовалась кораблями, выстраивавшимися у причалов, ей тоже хотелось отплыть в залив, пронестись на всех парусах по Лигурийскому морю, мимо Корсики и Сардинии и далее через Тирренское море прийти в Неаполь. Но путешественница прекрасно понимала, что безопасна только марсельская бухта, а за ее пределами турецкие пираты только и поджидают случая напасть на плохо охраняемый корабль.

Еще до выезда из Марселя к графине явился вестник от Жискара Кира и сообщил, что, хотя он и передал письмо на виллу, где жил лорд Ботвелл, самого адресата ему увидеть не удалось. Граф находился в отлучке. Встревожившись, Катриона захотела сразу же продолжить путь. Жиль де Пейрак говорил, что Френсиса лишили всего, кроме платья и лошади. Если теперь любимый жил в достатке, то у него, несомненно, появился богатый покровитель. Это мог, конечно, оказаться мужчина, но Катриона поспорила бы на весь свой новый гардероб, что Ботвелла содержала женщина.

Так и было на самом деле. Ее звали Анджела Мария ди Ликоза, и она носила титул графини как по мужу Альфредо, графу ди Ликоза, так и по рождению, как дочь Шинно, графа ди Чикала. Мать Анджелы, Мария Тереза, происходила из мусульман Османской империи. В четырнадцать лет девушка пережила набег христианских , рыцарей, и один из них, Шинно ди Чикала, не колеблясь, похитил ее. Итальянец глубоко влюбился в свою рабыню, а та, забеременев, сделала самую разумную вещь.

Она приняла христианство и вышла за Шинно замуж, так что старший сын у них успел родиться законным. Их младшим ребенком стала Анджела. Дочь выросла столь же прекрасной, что и ангелы, в честь которых ее нарекли, и столь же злонравной, что и дьявол, которому она поклонялась. Родители — в особенности нежная и кроткая мать — были в отчаянии и, едва Анджела подросла, поспешили выдать ее за Альфредо ди Ликоза, человека на двадцать лет старше ее.

Она пришла к мужу девственницей, но вскоре утомилась его ласками. Подарив графу двух сыновей, Анджела начала заводить любовников. Пока жена держалась в рамках приличий, Альфредо ди Ликоза — человек изысканный и терпимый, закрывал глаза на ее прегрешения.

В конце концов, он тоже развлекался на стороне. К тому же юная Анджела оказалась совершенно ненасытной, а он уже был далеко не молод. Даже когда графиня приводила любовников в его дом, Альфредо не возражал, лишь бы только находился благовидный предлог для их присутствия. Приличия следовало соблюдать.

А Френсис Стюарт Хепберн появился в этом доме самым невинным образом. Из Франции он отправился в Испанию, но, почувствовав у себя за спиной горячее дыхание инквизиции, убрался вместе со своим слугой Ангусом в Неаполь. При этом не забыл взять у одного друга испанского короля рекомендательное письмо к графу ди Ликоза, и тот с радостью приютил его. И неизбежно, конечно, лорд Ботвелл стал любовником графини.

Френсис всегда ценил красивых женщин, а Анджела ди Ликоза, безусловно, была красавицей.

Тонкая, словно ива, она имела изящные, высокие груди конусом и такую тонкую талию, что мужчина мог обхватить ладонями. На коже молочной белизны не обнаруживалось ни единого пятнышка. Под прекрасными высокими бровями, безупречными по форме, чернели глаза, глубокие и бездонные, словно ночное небо, длинные прямые волосы, тоже иссиня-черные, ниспадали почти до самых лодыжек.

Когда хотела, графиня Ди Ликоза могла быть очаровательной. Обычно с мужчинами она и хотела быть именно такой. Других женщин Анджела просто терпела или вообще не замечала. Не особенно образованная, едва умевшая писать и читать, она, однако, воспитывалась так, чтобы стать украшением, и в этом преуспела.

В графе Ботвелле Анджела ди Ликоза обнаружила мужчину остроумного, обаятельного, просвещенного, а самое главное — ненасытного в постели. А тот, все время пытавшийся заглушить воспоминания о своей единственной любви, согласился спать с Анджелой, покуда это его забавляло.