Большая книга общения с ребенком - Юлия Гиппенрейтер

«Это было давно, моему сыну тогда было лет шесть. Я помню, болела, лежала в кровати, а он попросился погулять. Вообще наш двор довольно спокойный. Но все-таки мы твердо условились, что он будет гулять только в районе детских площадок, и вернется во столько-то, спросив времяу прохожих. Назначенный час прошел, затем еще час, и еще около часа. Я начала ужасно волноваться, наконец, вскочила с кровати и бросилась его искать. Обегала все площадки, другие возможные и невозможные места – его нигде не было. Забегала домой: – не пришел ли – нет! – и снова бежала искать. Главное, что такое случилось в первый раз, он, в общем-то, был мальчик послушный.

Когда он, наконец, нашелся, я была «на пределе», и решила его проучить «раз и навсегда». Зловещим голосом (у меня внутри все дрожало) я сказала: «То, что ты сделал, ни в какие рамки не лезет, и я должна тебя наказать! Выбирай: или я тебя выдеру ремнем, или неделю не буду читать книжку на ночь!»

Сын задумался, спрашивает: «А если ремень, то книжечка будет?» «Будет», – мрачно говорю я. «Тогда лучше ремень!» – решил он.

Я велела спустить штаны, нашла в шкафу ремень. «Как мне встать?» – спрашивает он. Тут мне как-то стало не по себе (а началось неловкое чувство, когда он с серьезным и задумчивым видом выбрал книжку). Но мысль о том, что надо доводить наказание до конца, заставила меня хлестнуть его ремнем несколько раз. Сразу после этого мне стало очень стыдно. Было чувство, что я унизила маленького человека, который, кстати, в этой истории держался более достойно, чем я со своим «гневом».

Да и был ли гнев? Сначала – смертельное волнение, а потом, когда он нашелся, с души отлегло, и возникло соображение: «Надо проучить!» Если бы я ему сразу рассказала, как волновалась, думаю, он понял бы все не хуже, и не было бы этого оскорбительного дурацкого случая.

Я уж больше никогда его не била, а когда узнала о «Я-сообщении», то поняла, как выходить из подобных положений».

2. «Я-сообщения» помогают избавляться от другой крайности: некоторые родители, предпочитают скрывать свой гнев во избежание конфликтов с ребенком. Однако это не приводит к желаемым результатам. Как уже говорилось, полностью скрыть свои эмоции невозможно. На самом деле, ребенок всегда знает, сердит родитель или нет. И если сердит, то он в свою очередь может замкнуться, или пойти на открытую ссору. Получается наоборот: вместо мира – война.

Недавно мне довелось присутствовать при разговоре одиннадцатилетней девочки со своей мамой. Девочка была расстроена и вспоминала «все свои обиды».