Борис Немцов. Слишком неизвестный человек. Отповедь бунтарю - Дмитрий Зубов

6 марта 1997 года президент Ельцин обратился к Федеральному собранию с очередным ежегодным посланием, ключевой фразой в котором стала «Страну, понимаешь, не проведешь». Общая суть выступления состояла в том, что «власть жиреет», страну захлестнула волна преступности и вообще живем мы плохо. При этом глава государства, так сказать, расставил все точки над i. To есть прямо указал, кто во всем виноват. В развале армии – министр обороны, в развале производства – министр экономики, в коррупции – прокурор и директор ФСБ, в невыплате пенсий – премьер-министр, в утечке денег за рубеж – таможня, в плохих законах – консервативная Дума и Совет Федерации, в росте недовольства на местах – «красные губернаторы» и т. д. Эта речь, как показала история, была не пустым сотрясанием воздуха, а прологом к серьезным изменениям. Именно в марте 1997 года Ельцин, видимо, решил, что пора двигать давно выращенного «сына» на повышение.

Собственно, слухи о том, что Немцова «заберут» в Москву, ходили с того самого визита президента в Нижний Новгород в августе 1994 года. А годом ранее всерьез звучали предложения о его выдвижении на пост президента. Но в итоге самой прозорливой оказалась газета «Ленинская смена», которая в феврале 1995 года исчезла из списков нижегородских СМИ, но в конце 1996 года возродилась в новом формате. Еще в начале февраля в газете вышла статья под названием «Похоже, грядет смена губернатора и мэра». Поводом к ней стала утечка информации, что мэр Иван Скляров приглашен на собеседование к главе администрации президента Анатолию Чубайсу. Стала известна даже тема разговора: как Иван Петрович видит решение нижегородских проблем. Исходя из этого, журналисты логично предположили, что вскоре Склярову предстоит новое назначение. А скорее всего выборы! «Так что весьма вероятно скорое объявление Бориса Ефимовича в правительстве, вероятнее всего в должности вице-премьера, – писала „Ленинская смена“. – Визит Склярова к Чубайсу и имеет в таком случае единственную подоплеку: Иван Петрович рассматривается как первоочередной претендент на кресло нижегородского губернатора в случае его отбытия в Москву». Тогда эту новость никто всерьез не прокомментировал, а большинство восприняло ее как очередную утку.

Согласно расхожей версии, Немцов «не хотел уезжать из Нижнего», полагая, что в Москве его «съедят», а тут у него процветающая губерния, высокий рейтинг и любовь народа. И действительно, широко распространено мнение, что, уходя, Борис Ефимович оставил Нижегородскую область «процветающим регионом» и «столицей реформ», а потом «наследники» все это разбазарили и растранжирили. Однако это миф. В 1997 год регион вошел с огромными долгами по зарплате врачам, учителям, воспитателям детсадов и др., составлявшими в большинстве районов от трех до шести месяцев и более. Большие задолженности образовались перед коммунальщиками, строителями, подрядчиками. Бюджет самого Нижнего Новгорода в 1996 году не удалось исполнить ни по доходам, ни по расходам. И это несмотря на то, что он изначально принимался с большим дефицитом. А бюджет следующего – 1997 года, с трудом принятый только в феврале, депутаты прямо называли не иначе как «бюджетом выживания». Из-за проведенного Немцовым в 1995–1996 годах резкого повышения квартплаты с одновременным ростом долгов по зарплате в области стремительно росло недовольство политикой губернатора и множились акции протеста. «250 работников ЖЭУ Нижегородского речного порта грозят забастовкой через две недели, – сообщали СМИ. – Потому что последнюю зарплату получили только за август… В Кулебаках дети работников металлургического завода вынуждены побираться по домам, ездить за подаянием денег в соседнюю Выксу, чтобы прокормить своих родителей, также не получающих зарплаты. В Чкаловском районе готовятся к забастовке учителя, уже 4 месяца не получающие зарплату. В начале недели двухдневную акцию протеста провели и работники СМУ-1 „Горметростроя“ на строящейся станции метро „Буревестник“. Причины те же – несвоевременная выплата зарплаты плюс неподвоз строительных материалов… Вчера провели одночасовую предупредительную забастовку работники сразу тринадцати больниц Дзержинска». Одновременно с этим падало производство, все хуже ходил общественный транспорт и приходило в упадок сельское хозяйство.

Сам Немцов, понятное дело, все валил на федеральное правительство и глав районов, которые массово игнорировали его распоряжения и «закрысили бабки». Всем неудачам он нашел простое и «логичное» объяснение – все и всюду воруют, повсеместно засели жулики и саботажники. Начиная от глав районов и заканчивая водителями такси… В январе 1997 года он даже поспорил на бутылку коньяка с транспортными чиновниками, включит ли таксист счетчик во время поездки. После чего одним вечером инкогнито прокатился на таксомоторе. И водитель счетчик действительно не включил. Вот видите! Вот куда все денежки и уходят. В то время таксопарки еще входили в государственное предприятие «Нижегородпассажиравтотранс». Ну а когда транспортники в очередной раз попросили у Немцова дотации на автобусы, в том числе маршрутные такси, он посетовал, что там наверняка тоже воруют. А убыточным предприятие является потому, что водители маршруток выручку крадут. «По всей видимости, Борис Немцов считает, что водители маршруток кладут за счет пассажиров себе в карман „левых“ денег ну уж очень много, – рассказывала статья „Борис, ты прав: водитель – „лев“. – И он не так уж и не прав. Схема здесь проста. Не секрет, что в маршрутках „зайцев“ ездит гораздо меньше, чем в автобусах и трамваях, салон в „пазике“ маленький – все на виду, за проезд без билета могут высадить. Водитель же запросто может взять с пассажиров деньги и сказать, что билетов нет, люди все равно безропотно платят. Но самое прибыльное – это собрать в конце маршрута с пассажиров билеты, а потом продать их следующим пассажирам. Один билет может так гулять по кругу и два и три раза, пока не превратится в измусоленный кусок бумаги. Навар очевиден. Но самое интересное, что многие люди сами отдают свои билеты водителю при выходе, тем самым давая возможность „левачить“». В общем, Немцов приказал работникам Департамента транспорта не протирать штаны в кабинетах, а лично ездить в маршрутках и шпионить за водителями.

Все это, конечно, было правдой, только данная схема существовала и в советские времена, и в постсоветские. Водителей ловили, наказывали, но они все равно крали. Взять и просто поставить шоферу определенный план выручки, с тем чтобы весь остальной навар он мог легально забирать себе, как это сделали потом частники, никто почему-то не догадался… Собственно, вот на такие мелкие эпизоды борьбы со столь же мелкими жуликами и распалась некогда бурная деятельность Немцова на закате его губернаторства.

Но самое интересное заключается в том, что к этому времени Борис Ефимович окончательно перестал быть либералом. Собственно, таковым он никогда по-настоящему и не был! Уже свержение им же назначенного мэра Дмитрия Беднякова в марте 1994 года, когда Немцов впервые заговорил о «железной дисциплине», срыв выборов в гордуму и Законодательное собрание показали, как именно он понимает «демократию» в отдельно взятом регионе. И в дальнейшем, когда губернатор использовал свое служебное положение для устранения Климентьева, на полную катушку прокачивал административный ресурс во время губернаторских выборов, он постоянно пользовался теми политическими технологиями, которые впоследствии сам будет нещадно критиковать. В начале 1997 года Немцов уже в открытую заявил, что стал более «жестким», чем в 32 года, когда начинал губернаторствовать, а страну надо реформировать «не слюнявыми методами, а методами просвещенного авторитаризма». Отныне стало понятно, что он имел в виду, когда называл своими кумирами Столыпина и Петра I.