Счастливый город. Как городское планирование меняет нашу жизнь - Чарльз Монтгомери

Известно, что острые углы и формы зданий активизируют центры страха в мозге человека, как вид ножа или шипа. Начинается выработка гормонов стресса, поэтому нам редко хочется задерживаться в подобных местах или общаться там с кем-то. Этот эффект можно наблюдать на улице, куда выходит фасад Королевского музея Онтарио с расширением в виде архитектурного проекта Даниэля Либескинда. Гигантские призмы из стали, алюминия и стекла угрожающе нависают над тротуаром пустой улицы. А ведь не так давно это был участок Блур-стрит с оживленным автобусным движением.

Не обязательно целенаправленно добавлять объекты, вызывающие тревогу и страх, чтобы заставить людей покинуть какое-то место. Антисоциальные места встречаются в городах так же часто, как глухие участки стен. Да и последние можно считать частью проблемы.

Это доказывает анализ уличного пространства, проведенный Яном Гейлом. Он с коллегами выяснил следующее: если все фасады улицы одинаковые, нет дверей, разнообразия и разных функций, люди спешат пройти мимо. Если фасады на улице неоднотипные, там много дверей, магазинчиков, кафе и других общественных мест, прохожие замедляют шаг. Кроме того, люди чаще останавливаются, чтобы сделать звонок, напротив оживленных фасадов^[293], а не глухих стен.

В ходе наших экспериментов в лаборатории BMW Guggenheim в Нью-Йорке мы выяснили, что длинные, глухие фасады не только заставляют людей физически ускоряться, но и действуют на них угнетающе. В 2006 г. на участке улицы Ист-Хаустон между Орчард и Ладлоу на месте мелких магазинов шаговой доступности построили продуктовый супермаркет Whole Foods. Теперь почти на весь квартал вдоль тротуара тянется лента фасада из затемненного стекла. Добровольцы, принимавшие участие в наших психологических турах по окрестностям, отмечали, что эмоционально чувствуют себя гораздо хуже напротив этого фасада, чем почти в любом другом месте округа. Их настроение улучшилось, когда они вышли на оживленную улицу с магазинчиками и ресторанами всего в квартале к востоку от Хаустон.

Эмоциональные городские ландшафты

Улица Ист-Хаустон в Нью-Йорке: люди отмечают, что чувствуют себя гораздо лучше на суматошной, но оживленной улице (вверху), чем около аккуратного, но глухого однообразного фасада (внизу). (Вверху: фото автора; внизу: Александра Болиндер-Гибсэнд)

Несколько лет спустя мы с коллегами обнаружили, что геометрия уличного пространства не только определяет наше ощущение счастья, но и меняет отношение к окружающим. Совместно с некоммерческой организацией Futurewise^[294] из Сиэтла мы провели эксперимент. Добровольцы изображали потерявшихся туристов на двух улицах вроде тех, что мы изучали в Нью-Йорке: одна с глухим однотипным фасадом, а вторая — с маленькими магазинами и другими общественными местами. Добровольцы стояли на тротуаре, рассматривали карты и всем видом демонстрировали растерянность. Результаты резко различались. На оживленной улице с магазинами и кафе прохожие в четыре раза чаще останавливались, предлагая помощь «туристам».

Логично предположить, что возникла катастрофическая тенденция в развитии городов. По мере того как крупные ретейлеры, ранее строившие свои точки на окраинах, захватывают центры, квартал за кварталом меняют облик. На месте небольших магазинов и уютных семейных ресторанов и кафе вырастают однотипные мрачные фасады, лишающие улицы тепла и открытости. Подобное развитие влияет не только на эстетику и сокращение разнообразия продуктов из-за того, что один крупный ретейлер захватывает весь квартал. Это негативно воздействует на здоровье местных жителей, особенно пожилых. Люди, живущие в кварталах с длинными однотипными глухими фасадами, стареют быстрее, чем обитатели оживленных улиц, где много маленьких магазинов, разных фасадов, дверей, окон, общественных мест. Из-за масштабной архитектуры и длинных тротуаров с глухими фасадами места, где могли бы собраться пожилые, уже не находятся в пешей доступности. В результате они меньше двигаются, меньше социализируются и меньше участвуют в волонтерской деятельности^[295].

К счастью, власти некоторых городов начали законодательно запрещать застройщикам искоренять социальные функции улиц. В австралийском Мельбурне действуют правила, запрещающие длинные, глухие фасады и предписывающие, чтобы двери или окна новых магазинов и ресторанов занимали не менее 80% лицевой части фасада. Власти датских городов пошли дальше. В 1980-х годах банкам запретили открывать отделения на главных улицах большинства крупных городов^[296]. Не то чтобы датчане не любят банки. Но их нейтральные фасады не придают живости уличному пространству, а порой даже могут «погубить» улицу. Здесь победило право граждан на здоровую, живую среду, а в Манхэттене оно было проигнорировано: здесь местами встречаются по четыре банковских отделения на каждом углу.

В 2012 г. Нью-Йорк попытался отыграть утраченные позиции: были приняты новые законы зонирования, ограничивающие ширину нижнего этажа новых магазинов на главных улицах, таких как Верхний Вест-Сайд^[297]. В таких оживленных городах, как Амстердам или Колумбус, здания, занимающие участок шириной более 15 м, обязаны разместить там также не менее двух компаний и иметь прозрачные фасады. Фасады банков на Бродвее ограничены шириной 8 м. Эти действия отчасти стали попыткой остановить крупных ретейлеров и банки от поглощения небольших семейных компаний, которые придают городам и улицам неповторимый характер. «Семейный бизнес — душа местного сообщества, — сказала в интервью New York Times член муниципального совета Гейл Брюер. — Небольшие аптеки, магазины, кафе значат для нас всё». Такие меры не только помогут спасти малый бизнес, но и вернут жилым кварталам человеческое лицо.