Русское экономическое чудо: что пошло не так? - Сергей Алексашенко

Любой уважающий себя российский чиновник, начиная от президента и дальше по списку, считает своим долгом доложить о фантастических успехах российской экономики в деле импортозамещения. При этом мало кто из них в поддержку своей позиции приводит статистические данные, больше напирают на эмоции.

На их несчастье, Росстат начал публиковать на своем сайте набор материалов под названием “Показатели, характеризующие импортозамещение в России”. Данных, сразу скажу, публикуется немного, и все они сведены в две группы: сельское хозяйство и торговля. И отсюда можно сделать первый вывод: в других секторах, по всей видимости, продемонстрировать совсем нечего. Что, впрочем, не удивительно: попробуйте за два года, которые Россия находится под санкциями, запустить какое-нибудь производство электронных компонентов?! Вот и приходится чиновникам “гордиться” успехами сельского хозяйства и пищевой промышленности. Только вот есть ли чем гордиться?

Начнем с самых общих показателей – объема сельскохозяйственного производства (график 7).

Быстрого взгляда достаточно для того, чтобы сказать: да, в российском сельском хозяйстве наблюдается устойчивый рост, но наблюдается он c 1999 года (то есть начался задолго до того, как на повестку дня было выдвинуто импортозамещение) с двумя исключениями (2010 и 2012 гг.), связанными с сильными неурожаями. Среднегодовой темп роста сельского хозяйства на этом временном отрезке (1999–2015) составляет 3,28 %^[31], и, таким образом, 2015 год с его тремя процентами роста точно не является выдающимся.

График 7.

Объем производства продукции сельского хозяйства в России, 1999–2017 гг. (100 % = 1998 г.) ^[32]

График 8.

Объем производства мясной продукции в России, 2000–2017 гг. (100 % = 2000 г.)

Если пойти вглубь и начать рассматривать отдельные продукты, то, конечно, первое, что бросается в глаза, это стремительный рост производства свинины и мяса птицы. Но опять-таки, начался он в 2000 и 1999 годах, соответственно. И нельзя сказать, чтобы в 2015 году произошло заметное ускорение (график 8).

На фоне несомненных успехов этих двух секторов успехи в производстве говядины, как бы это помягче сказать, не совсем очевидны. Вернее, совсем не очевидны. Нерасторопность правительства с принятием решений о поддержке этого сектора после страшной засухи 2010 года привела к резкому сокращению поголовья скота и, как следствие, производству мяса, которое не восстановилось до настоящего времени. Можно, конечно, ткнуть начальственным пальчиком и сказать: “А, вот видите, в 2014-м был рост!” – что будет правдой, но понять, насколько устойчивым он будет и продержится хотя бы пять лет, пока невозможно. Да и рост был совсем несильный, еле-еле до уровня 2013 года дотянули^[33].

График 9.

Объем производства молока, сливочного масла и сыров России, 2000–2017 гг. (100 % = 2000 г.)

Нет ничего удивительного и в том, что производство молока и сливочного масла в России практически не растет (график 9) – тот же самый сегмент, что и производство мяса говядины, длинный производственный цикл, неблагоприятные климатические условия: одним словом, успехов не видать, а в 2015-м вообще была стагнация.

На первый взгляд, стоит удивиться тому, что не растет, а вернее, устойчиво снижается с 2013 года производство колбасных изделий. Казалось бы, это уже пищевая промышленность, на климат кивать не приходится, но… есть и другие напасти. А именно, сначала стагнация, а потом и снижение реальных доходов населения, которое начинает всерьез экономить. Вот и попала колбаса “под нож” секвестра семейных бюджетов.

График 10.

Производство сливочного масла и сырных продуктов и импорт пальмового масла в Россию, 2010–2017 гг. (100 % = 2010 г.)

Самыми яркими и очевидными успехами политики контрсанкций и импортозамещения стал резкий скачок в производстве сливочного масла и сырных продуктов (график 10). И скачок этот совершенно четко датируется 2014 годом, и, следовательно, можно уверенно говорить о наличии причинно-следственных связей. Проблема только одна – вместо сыра российское население получило “сырный продукт”, созданный отечественными умельцами на основе пальмового масла. Для сливочного масла и творога таких терминов не нашлось, но многочисленные публикации в центральных и региональных СМИ говорят о том, что на классическое сливочное масло и творог производимые в рамках импортозамещения продукты мало похожи^[34].

График 11.

Производство рыбы в России, 2010–2017 гг. (100 % = 2010 г.)

Самым “ярким примером” импортозамещения по-русски является ситуация с производством живой и охлажденной рыбы (график 11). В 2011–2013 годах этот сегмент достаточно уверенно рос и, казалось, готовился повторить успехи свиноводства и птицеводства, но тут случилось введение российских контрсанкций, под которые попали мальки рыбы, неожиданно оказавшиеся результатом высокотехнологичного производства, которое родственники друзей российского президента и подмосковного губернатора^[35] просто не смогли наладить, и… отрасль стремительно покатилась вниз. На этом фоне производство мороженой рыбы продолжает расти.