Кот, который ходил сквозь стены - Роберт Хайнлайн

У Джейн Либби был такой вид, словно она только что получила Нобелевскую премию.

– Заметила. Но надо было найти безопасный для всех способ эвакуации. Остальное – лишь удачное совпадение.

– Удачные совпадения – результат сообразительности. Ты готова поужинать? Или хочешь вернуться в воду? Или и то и другое? Почему бы не швырнуть туда полковника Кэмпбелла прямо в одежде? Дити и Хильда наверняка тебе помогут. Думаю, и Хейзел не откажется.

– Эй, погодите! – возмутился я.

– Слабак!

– Полковник, мы не будем! Папа шутит.

– Черта с два я шучу.

– Швырни для начала своего папашу. Если с ним ничего не случится, я безропотно подчинюсь.

– Мррэм!

– Только тебя не хватало!

– Джейни, детка…

– Да, папа?

– Выясни, сколько заказали клубничных коктейлей и хот-догов или их жалких подобий. А пока ты занимаешься этим, я повешу свою одежду в шкаф – и если полковник дальновиден, он поступит так же. Полковник, у нас тут буйная компания, особенно в этом составе: Хильда, Дити, Хейзел и Джейни. Просто взрывоопасная. Кто позаботится о котенке?

Час спустя Дора (с помощью голубого блуждающего огонька) препроводила нас в каюту. Хейзел несла котенка и блюдце, я – нашу одежду, еще одно блюдце, мою трость и ее сумочку. Я ощущал приятную усталость, предвкушая, как окажусь в постели со своей женой: мы так давно не ложились вместе. С моей точки зрения, мы пропустили две ночи… пустяк для пар, женатых много лет, но для медового месяца – очень даже прилично. Мораль: не позволяй нападать на себя во время своего медового месяца.

Ну а с ее точки зрения… прошел месяц?

– Лучшая из всех девушек, сколько дней прошло? С этим полем Леты я совсем потерял чувство времени.

– Здесь прошло тридцать семь терцианских дней, – поколебавшись, ответила Хейзел. – Но для тебя, наверное, одна ночь. Ну или две… когда я вчера вечером пришла к тебе в постель, ты храпел. Извини. Можешь меня за это возненавидеть, но не слишком сильно. А вот и наше маленькое гнездышко.

(Вот уж действительно – «маленькое гнездышко»! Оно оказалось намного больше и роскошнее моих апартаментов в «Золотом правиле»… да и кровать была просторнее и куда лучше той.)

– Жена моя, мы уже искупались в игровой комнате лазарусовского Тадж-Махала. Мне больше не нужно снимать пробковую ногу, а об остальном я позаботился в том же Тадж-Махале. Если тебе нужно что-то сделать, действуй. Но побыстрее! Мне не терпится.

– Мне ничего не нужно. Но я должна позаботиться о Пикселе.

– Поставим его блюдца в кабинку, запрем его там, а потом выпустим.

Так мы и сделали, после чего отправились в постель. Все было просто чудесно, а подробности вам знать необязательно.

– Мы не одни, – чуть позже сказала Хейзел.

– Мы вместе.

– Я имею в виду, у нас появилась компания.

– Я заметил. Он уже давно забрался мне на спину, но я был занят, а он почти ничего не весит, и я промолчал. Возьмешь его, пока я не выпутаюсь из твоих объятий? Мы можем случайно раздавить его.

– Да. Не спеши. Ты хороший мальчик, Ричард. Мы с Пикселем решили, что оставим тебя.

– Только попробуй от меня избавиться! Не выйдет. Любимая, ты сказала кое-что странное. Будто здесь прошло тридцать семь терцианских дней.

Она серьезно посмотрела на меня.

– Для меня – намного больше, Ричард.

– Я так и думал. И сколько же?

– Около двух лет. Земных лет.

– Будь я проклят!

– Но пока ты был болен, дорогой, я каждый день возвращалась домой. Тридцать семь раз я приходила по утрам в твою палату, как и обещала. Ты каждый раз узнавал меня, улыбался и, похоже, рад был меня видеть. Но, конечно, сразу забывал обо всем в поле Леты. Каждый вечер я уходила и возвращалась позже, тем же вечером, отсутствуя каждый раз в среднем по три недели. Такой график не создавал особых проблем, но Гэй-Плутовка совершала каждый вечер по два рейса, под управлением двух пар близнецов либо экипажа Хильды. Пусти меня, дорогой. Пиксель в безопасности.

Мы снова улеглись, на этот раз поудобнее.

– И чем ты занималась во время своих отлучек?

– Полевыми работами для Корпуса времени. Историческими исследованиями.

– Похоже, я так и не понял, что делает Корпус времени. Ты не могла подождать один месяц, чтобы мы занялись этим вместе? Или мне для этого не хватит мозгов?

– И да и нет. Я сама попросила дать мне задание. Ричард, я пыталась выяснить, что произойдет после того, как мы с тобой спасем Адама Селена – компьютер по имени Майк.

– И что ты узнала?

– Ничего. Вообще ничего, черт побери. Нашлись только две временные линии, отходящие от этого события, и оба будущих создали мы вдвоем. Я искала в исторических хрониках последующих четырех столетий, по обеим линиям – на Луне, на шарике, в нескольких колониях и на космических станциях. Везде говорится, что наши усилия увенчались успехом… или что мы погибли при попытке… или о нас вообще не упоминается. Последнее случается чаще всего; большинство историков не верят, что Адам Селен был компьютером.

– Что ж… хуже нам от этого не стало. Или?…

– Нет. Но я должна была выяснить. И мне хотелось закончить до того, как ты проснешься. До того, как прекратится действие поля Леты.

– Знаешь, малышка, я о тебе самого лучшего мнения. Ты заботишься о своем муже. И о кошках. И о других людях. Гм… нет, это не мое дело.

– Говори, любимый, или я начну щекотаться.

– Не угрожай мне, а то поколочу.

– На твой страх и риск – я умею кусаться. Послушай, Ричард, я ждала этого вопроса. Мы впервые оказались наедине, и тебе хочется знать, как похотливая старуха Хейзел хранила верность мужу два мучительных года. Скорее всего, ты в это не веришь, но ничего не говоришь из вежливости.

– Черт бы тебя побрал! Послушай, любовь моя, я лунарь со своими лунарскими ценностями. Решения насчет любви и секса принимают наши дамы, а мы, мужчины, соглашаемся с ними. Только так можно быть счастливым. Если хочешь немножко похвастаться, валяй. Если нет, давай сменим тему. Но не обвиняй меня в пороках, свойственных землеройкам.

– Ричард, ты больше всего злишь меня тогда, когда пытаешься поступать благоразумно.

– Хочешь, устрою тебе допрос?

– Было бы весьма любезно с твоей стороны.

– Повтори три раза.

– Повторяю три раза, и то, что я повторяю три раза, – правда.

– Ты заглянула в конец книги. Ладно, перехожу к сути. Ты из Семейства Лонгов.

У нее перехватило дыхание.

– С чего ты взял?