Зона заражения - Александр Афанасьев

– А, это… там пост наблюдательный у дороги. Следят, чтобы никто не подошел. Сейчас снимут втихую – и атакуем.

– А что это у них за винтовки…

– Винтовки как винтовки.

– У них такие стволы… странные.

– Это глушители. Ты что, не знаешь, что такое глушители?

Сулейман вспомнил – муаллим рассказывал им что-то про глушители.

– Наш учитель говорил про них, но я так и не понял, в чем дело?

– Они звук глушат. Выстрел не так слышно. Если стрелять из винтовки без глушителя – поднимешь всех на ноги, в горах звук хорошо слышно. А тут все тихо… раз – и нету. Понимаешь? Так проще.

Сулейман с сомнением протянул:

– Понимаю. Но как это соотносится с шариатом? Я не знаю, есть ли такому место на джихаде.

Охранник только головой покачал, потом достал длинную, узкую банку, открыл, отпил часть, протянул Сулейману.

– Хочешь?

– Что это, брат?

– Энергетик, китайский. Дрянь дрянью, но на ногах держит.

– Нет, брат, рахмат, но я не буду. Впереди бой, может статься, что мы все предстанем перед Аллахом. Я не хочу предстать перед ним оскверненным.

Охранник снова только головой покачал и отпил еще. Вряд ли он встречал таких людей в своей жизни.

Они так стояли часа два, потом у человека Абу Абдаллаха заработала рация. Он ответил, переговорил коротко…

– Короче, поста больше нет, снайперы на позициях. Там есть пулеметы, они по ним отработают. Ваша задача – прорваться в кишлак и завязать там бой, поняли? Не тормозить.

– Я понял, брат. Аллаху Акбар.

Охранник сильно постучал прикладом по кабине – машина тронулась, набирая ход. Обогнала пикап с пулеметом, тот запылил следом…

– К бою, братья! – крикнул Сулейман, и часть его слов унес ветер.

Машина шла все быстрее и быстрее. Они пролетели мимо какого-то странного сооружения на обочине, потом самосвал резко повернул, их всех бросило вправо, на какой-то момент показалось, что они перевернутся.

Но нет.

Впереди – в гору – был населенный пункт, они преодолели треть пути до него, когда по ним с одного из домов заработал пулемет. Через пару секунд к нему присоединился еще один.

– Головы вниз! – заорал охранник.

Сулейман не подчинился.

Мотор самосвала ревел раненым зверем. По борту застучало градом, но пули прошли по касательной и отрикошетили. От дороги с пикапа ударил крупнокалиберный пулемет, подавляя огневые точки в населенном пункте. Сам населенный пункт представлял собой скопище мазанок, прилепившихся к склону горы, причем иногда крыша предыдущей служила частью пола для последующей.

Новые удары по железу. Кто-то вскрикнул.

– Держитесь!

Сулейман видел вспышки, искры, потом – большая вспышка справа, серый хвост дыма, на них пошел гранатометный выстрел…

– Аллаху Акбар! – крикнул Сулейман и открыл огонь.

Гранатометный выстрел ударил точно в кабину водителя, впереди полыхнуло, в разные стороны полетели осколки. Но их спас стальной кузов с высокими стенами. Самосвал быстро останавливался.

– Из машины!

По ним ударили автоматы и еще один пулемет. Трассеры располосовали ночь. Первые братья, попытавшиеся покинуть кузов сзади, попали под пули…

– Не так! Через борт! Туда!

Они полезли через борт, чтобы вся машина их прикрыла.

– А… шайтан вах калле.

За машиной места было мало, они не помещались. Охранник быстро говорил в микрофон рации.

– Впер…

– Куда… сейчас пулемет их позиции подавит, и снайперы отработают!

Один из их стрелков полез под самосвал и открыл огонь из винтовки.

– Вылезай! Бак рвануть может!

Со стороны дороги били обычный и крупнокалиберный пулеметы. Работу снайперов они не видели.

Бак загорелся, вниз полилась соляра, стрелок под днищем закричал обреченно и страшно. Его вытащили за ноги, начали сбивать пламя.

– В атаку!

– Во имя Аллаха!

Они бросились вперед по дороге, до первых зданий было метров триста. Навстречу свистели пули.

– Стреляйте! – надрывался охранник. – Огонь на прикрытие!

Потом Сулейман понял, что, может, они и понесли такие небольшие потери при атаке по открытой местности, потому что не стреляли – ночью враги не могли скорректировать прицел по вспышкам, а снизу, с дороги, били пулеметы, и это были ясные цели. Они добежали до крайних домов – и это уже была победа.

– Зачищайте!

Из-за забора крикнули: «Аллах Акбар» – и бросили гранату, но она не взорвалась, потому что Аллах не дает помощи беззаконникам. В ответ Сулейман сам бросил гранату. Она взорвалась, послышались крики.

– Иди! Иди!

Они заскочили во двор, перекрестив его очередями. Двор как двор – земляная печь, вытоптанная земля, приземистый дом с занавесью вместо двери.

– Туда! Туда!

Они обнаружили, что из двора, если обогнуть дом, есть еще одна тропа, и она ведет круто вверх…

Они начали подниматься быстро, но осторожно. На следующем уровне домов Сулейман почувствовал неладное, дал очередь по поленнице. Из-за нее вывалился человек, вооруженный СКС, уже мертвый.

– Справа!

Очередь ударила совсем рядом, но каким-то чудом их не задела. Они дали в ответ и бросили еще одну гранату. Потом вломились внутрь.

Почти ничего не было видно – спасало только то, что их учитель учил их видеть в темноте. В одной из комнат на полу лежали трое раненых залимов, видимо, их затащили сюда, чтобы укрыть. Сулейман расстрелял всех троих, потом они прошли дальше. Дальше была женская половина, женщины и дети сбились в угол. ДШК – по звуку бил уже совсем рядом…

– Кто вы? – спросил Сулейман.

Женщины молчали, с ненавистью глядя на него.

– Вы правоверные?

– Аллах накажет тебя, – сказала одна из женщин.

За спиной раздались шаги, Сулейман повернулся и увидел одного из охранников Абу Абдаллаха, того самого, что объяснял ему про глушители. Он зашел, держа наготове автомат.

– Молодцы, хорошо набили. А это что?

– Женщины. Говорят что правоверные.

Охранник кивнул, вскинул автомат и открыл огонь по сбившимся в углу людям. Он ничего не спрашивал, не пытался выяснить что-то – он будично вскинул автомат и открыл огонь. С двух-трех метров промахнуться невозможно, комнату заполнили пороховые газы, а женщины и дети снопами попадали у угла друг на друга, образовав какую-то непристойную кучу.