Метро 2033: Московские туннели - Сергей Антонов

Чеслав не спешил встретиться с Томским. Растягивал удовольствие. Пусть ждет и мучается от неизвестности. Месть – это блюдо, которое подают холодным. Он ведь тоже ждал, пока Томский прятался в Полисе. Тоже мучился от сознания того, что не может отомстить за отца.

ЧК уселся за рабочий стол профессора, раскрыл папку с материалами проекта «Немезида». Итак, вирус. Передается воздушно-капельным путем. Первые симптомы – головная боль, отек лица, опухание конечностей.

«Подопытный был убежден, что в его голову проникли черви, которые пожирают мозг. Пытался бросаться на нас, хотел сорвать респираторы. Когда пациента связали, начал умолять, чтобы ему пробили голову и выпустили червей, просил избавить от мучений и пристрелить. Зарегистрированы две попытки покончить жизнь самоубийством. Полный паралич нервной системы наступил через два дня. Результаты обнадеживают. Производство вируса не требует больших затрат, чего нельзя сказать об антидоте. Однако в любом случае “Немезида” имеет большое будущее. Проблемы с производством антидота не оставляют вероятному противнику ни малейшего шанса для выживания. Инкубационный период длится от пяти дней до двух недель. Наиболее эффективное воздействие вирус оказывает в замкнутом пространстве, что открывает широкие возможности для его использования против подземных вражеских баз и других стратегически важных укреплений закрытого типа…»

Строки, написанные каллиграфическим почерком профессора Корбута, Чеслав прочел с грустной улыбкой. Спасибо, папа. Ты не успел закончить ряд своих разработок, но сделал так много, что твоими идеями будут пользоваться еще многие поколения исследователей. Благодаря тебе враг будет разгромлен, и победа останется за нами.

Чеслав захлопнул папку, наклонился к картонному ящику и достал из-под груды бумаг маленький пластмассовый контейнер. Всего пять ампул. На первых порах антидота хватит лишь для избранных. Одна ему, вторая – Москвину, еще две – верным псам Мартину и Гиви. Одна останется на всякий пожарный случай. Жаль разбрасываться драгоценным антидотом, но ничего не поделаешь. Москвин еще не до конца сыграл свою роль и остается полезным для проведения новых идей через ЦК. Габуния и Лацис, по большому счету, ценности не представляют, но будут очень полезны, если ситуацию на поверхности потребуется взять под контроль. Затем над антидотом начнет работать Владар, и скоро лекарства станет достаточно для того, чтобы защитить лучших из лучших. А решать, кому сделать спасительный укол, будет только он – Чеслав Корбут. Единственный законный наследник гения Михаила Корбута.

«Немезида» поможет распространить его власть далеко за пределы Берилага. Кто знает, может, через несколько месяцев на смену товарищу Москвину придет молодой и энергичный руководитель. Истинный вождь, способный поставить всех на колени.

Больше всего придется повозиться с Владаром. Старик крепче, чем кажется на вид. Однако и он, и Томский – гнилые моралисты, а значит, найдут общий язык. На Кольцова не подействовала паяльная лампа, так подействует слезный рассказ о захвате в плен несчастной беременной женщины. Владар сделает все, чтобы помочь новому дружку. Поп есть поп, и забота о людях – его священный долг.

Теперь – Габуния и Лацис. Им пора заняться чем-то полезным. По своему опыту ЧК знал, что его подручным нельзя позволять бездельничать. Если Мартин и Гиви были вынуждены сдерживать свои садистские наклонности, то в буквальном смысле сходили с ума и ради развлечения начинали бросаться на все, что двигалось.

Выйдя на платформу, ЧК увидел наглядное подтверждение своих мыслей. Неразлучные дружки затеяли тренировочную потасовку с охранниками. Гиви с легкостью отбивался от трех противников. Первого отправил в нокаут сокрушительным ударом в челюсть. Второго свалил ловкой подножкой. Третий охранник обошел Габунию со спины и в прыжке повис у него на плечах. Это оказалось большой ошибкой. Белобрысый грузин перебросил противника через голову, и тот грохнулся о гранитный пол с такой силой, что вряд ли отделался только сотрясением мозга.

Положение Мартина было куда как более сложным. Ему достался лишь один соперник, но зато какой! Лацис и сам имел рост под два метра, но сражаться ему довелось с настоящим великаном. Охранник с бычьей шеей, широченными плечами не замечал града ударов, которыми осыпал его Мартин. Могучие мускулы натягивали ткань камуфляжной куртки так, что казалось: она может в любую секунду лопнуть. Пухлые губы кривила презрительная усмешка. Дождавшись, когда Лацис устанет от своих упражнений, он обхватил его руками за торс, взметнул над собой как тряпичную куклу. Цепной пес ЧК смешно дрыгал ногами, размахивал руками, но вырваться так и не смог. Громила оказался добряком. Не стал калечить Лациса, а просто опустил его на пол, отвернулся и с величавым достоинством покинул поле боя.

Несколько секунд оплеванный Мартин стоял на коленях. Смуглое лицо его исказила гримаса ярости, а черные глаза метали молнии. Оставаться побежденным он не мог. Резко выпрямился и бросился вслед за охранником, что-то вытаскивая из рукава на бегу. Раздался свист. Струна-удавка обвилась вокруг шеи охранника. Этим страшным оружием Лацис владел виртуозно. Как только удавка оказалась в нужном месте, Мартин начал быстро наматывать ее на кулак. Теперь уже недавний победитель рухнул на колени. Он лихорадочно пытался просунуть под струну пальцы. Не тут-то было! Удавка успела врезаться в кожу так глубоко, что все попытки освободиться от нее были обречены на провал. Лицо здоровяка сделалось пунцовым, глаза вылезли из орбит, а губы посинели.

– Эй, вы, двое из ларца! – ЧК остановил Лациса повелительным взмахом руки. – Хватит дурить. В другом месте будете свою сноровку показывать.

Чеслав не мог скрыть довольной улыбки. Его люди оказались сильнее отлично выдрессированных лубянских охранников. Лацис действовал правильно. Если не можешь победить врага в честном поединке, можно напасть и со спины. Победителей не судят.

Мартин убрал струну. Охранник ничком свалился на пол. Его товарищам стоило большого труда привести поверженного громилу в чувство. Лубянские убрались восвояси под торжествующий смех Гиви. Корбут отдал подручным парочку указаний и в одиночестве направился в конец платформы. Час пробил. Пришла пора встретиться с Томским. Взглянуть в глаза убийцам отца. Подготовить их к миссии, которая в конечном итоге обернется жестокой местью. Предварительная работа закончена. У Владара было достаточно времени, чтобы получше узнать сокамерников и найти с ними общий язык.

* * *

В этом всеведущий Чеслав ошибался. Кольцов не только не нашел с Томским общего языка, но и наоборот, они все время яростно спорили и были близки к тому, чтобы вдрызг разругаться. Правда, спорить приходилось на пониженных тонах, чтобы не услышали охранники.