Чужие. Геноцид. Чужая жатва - Роберт Шекли

Два посадочных модуля стояли рядом, как раз над той ямой, где в последний раз тренировались Джулия и Норберт. Теперь робот шел за Джулией и Стэном, держа в лапах Мака. В самом Норберте было что-то собачье. Он напоминал механического сторожевого пса, приходившего в ярость, когда ему бросали вызов, и безгранично преданного своему хозяину. За Норбертом, сохраняя дистанцию, шли пятеро добровольцев. Им обещали солидное вознаграждение за дополнительную работу. Оно было настолько хорошим, что жадность поборола здравый смысл. Впрочем, если бы эти люди обладали здравым смыслом, они бы вообще не оказались на борту «Доломита».

Капитан Хобан, который находился в первом посадочном модуле, ждал их, готовый к открытию шлюза. Большегрузная шлюпка располагалась в другом отсеке. Внутри нее находилась маленькая лаборатория, оснащенная телеметрическим оборудованием.

Норберт уже направлялся к шлюзу, как вдруг за ним вбежал Мак, зажав в пасти резиновый мяч.

– Лучше вам не брать собаку с собой, – посоветовал Хобан.

– Пусть остается, – сказал Стэн. – Он может понадобиться Норберту.

– Как хотите, сэр. Мне бы тоже хотелось пойти с вами.

– И я бы хотел взять вас с собой, – сказал Стэн, – но вы нужны здесь, на «Доломите». Если что-то пойдет не так, нам может понадобиться ваша помощь.

– Не волнуйся, Стэн, все пройдет отлично, – успокоила его Джулия, ослепительно улыбаясь. – Вы согласны, Гилл?

– Оптимизм в меня не встроен, – сказал Гилл. – Я создан анализировать ситуацию, а не чувствовать ее.

– Вы многое потеряли, – заявила Джулия. – Ведь чувствовать намного интереснее, чем анализировать.

– Мне всегда этого не хватало, – признался Гилл.

– Возможно, когда-нибудь вы этому научитесь. Мы готовы?

– Только после тебя, – сказал Стэн.

Она шутливо отдала честь и шагнула в посадочный модуль. Остальные прошли за ней. Капитан Хобан дождался сообщения от Стэна, что судно плотно закрыто и все его системы работают нормально. Затем он вернулся в центр управления и стал следить за процедурой взлета.

Модуль выскользнул из корпуса «Доломита» и повернулся в сторону поверхности R-32. Стэн проверил снаряжение и поинтересовался, все ли в порядке у остальных.

Пятеро добровольцев из команды сидели в передней кабине, пристегнув ремни. У них было оружие, которое им выдал Гилл. У всех с собой были ограничители. Эти великолепные электронные механизмы, примерно метр длиной и весом меньше фунта, крепились к ремню. Ограничители испускали комплекс волн, благодаря которым те, кто их носил, становились невидимыми для чужих.

Джулия и Гилл лежали в креслах в главной кабине позади Стэна. На борту было недостаточно места для огромного робота, поэтому Норберт съежился, ухватившись за опору и прижимая к себе Мака.

На экране появилось лицо капитана Хобана:

– Доктор Мяковски, вы готовы к выходу?

– Готов, капитан, – ответил Стэн. – Открывайте шлюз и выпускайте нас.

Внутренние моторы «Доломита» громко загудели, и пассажиры модуля почувствовали вибрацию. Раздвижные двери открылись, и показалось звездное небо, видимое с верхних слоев атмосферы R-32. Послышался щелчок механизма, который заблокировал дверь в открытом положении. Затем ярко-зеленое регистрирующее устройство на контрольной панели Стэна ожило:

– Управление переходит к вам, Стэн.

Мяковски ощутил, как его желудок сжался, когда посадочный модуль отделился от «Доломита». Он почувствовал, как скрутило живот под силой перегрузок. Неожиданно острая боль пронзила грудь, а легкая розовато-красная дымка с черными краями застлала глаза.

– Стэн! – крикнула Джулия. – Мы снижаемся слишком быстро!

– Ионизация воздуха усиливается, – заметил Гилл.

Стэн взял себя в руки, и его пальцы заплясали по клавишам:

– Ладно, я понял. Гилл, дай мне вектор приземления.

Они погрузились в атмосферу R-32. Вытянутые желтые облака принимали странные очертания, проносясь мимо иллюминатора. Когда судно проходило через атмосферный слой с температурной инверсией, по обшивке застучал град.