Зона заражения-2 - Александр Афанасьев

На палубе шла перестрелка, и теперь был слышен и пулемет…

– Контакт на двенадцать!

Два боевика показались из низкого, почти не выдающегося над палубой поста управления. Одного британцы сняли сразу, второй укрылся и открыл ответный огонь…

Хорошо, что по ним, а не по вертолету.

С вертолета снова открыли огонь, длинной пулеметной очереди хватило, чтобы забить боевика. Теперь первый вертолет сбросил пулеметчика и отошел в сторону, на прикрывающую позицию, а второй вертолет пошел на его место с тем, чтобы сбросить вторую группу.

Вторая группа десантировалась без проблем, и как только они начали перегруппировку для штурма, начались проблемы.

Откуда-то с хвоста парома взлетела ракета и, описав в небе дымную дугу, полетела к вертолетам…

Опытный вертолетчик в свою очередь не сплоховал и, врубив все имевшиеся системы противодействия, бросил машину к воде, совершив опаснейший маневр. Но ему удалось стабилизировать машину, едва не касаясь брюхом воды, а ракета, поведясь на ловушки, взорвалась в воздухе…

– Твою мать! Ракеты! Здесь ракеты.

– Трое на корму!

– Десантная группа, – вышел на связь пилот вертолета, – здесь Стрекоза один, мы уходим. Топливо все равно кончается…

Так они остались одни…

А мы продолжали движение в узких коридорах незнакомого судна. Без проводника это делать не так-то просто[130], а когда тебе грозит опасность на каждом шагу… ну, вы поняли, в общем. Не Транскариббеан лайн.

Хорошо, что каюты были закрыты. Я шел вперед, а Роу проверял, заперто ли, и шел дальше…

Одна из кают заперта не была.

Не знаю, что нас остановило от того, чтобы просто бросить туда гранату, может, просто тот факт, что гранат у нас почти не было. Не знаю, что остановило нас от того, чтобы дать автоматную очередь, тут просто не знаю, и все. Но Герт Роу сунулся в каюту и вытащил за шиворот какого-то скулящего типа… молодой, даже без бороды.

– Прикрой…

Роу выдвинулся вперед, а я ткнул этому беришу[131]автоматом в лицо.

– Русский знаешь?

Он заблажил что-то на своем, я демонстративно передернул затвор.

– Русский знаешь?

– Не убивай, хозяин! Не убивай.

Во. Контакт установлен.

– Ты кто?

– Моряк! Моряк!

– Какой моряк?

– Порт швартовка делаю, не убивай!

Я понял. Если в цивилизованных портах давно работает система автоматической швартовки, то в портах Халифата ее ждать не приходится.

– Корабль знаешь?

– Да… да…

– Веди нас к рубке. Понял?

Тот побледнел… понятно из-за чего. Но мне не было его жаль. Я уже говорил, кажется, что жалость на шоколадку в отрочестве сменял. Вот как поговоришь с теми, кто на таких судах-рабовозах покатался… кто в рабстве побывал, или с теми, кому удалось из Дубая вырваться… так сразу вся жалость и испаряется…

– Рабы на судне есть? – спросил я.

– Нет! Нет!

– Точно?

– Клянусь Аллахом.

Клятва крепкая.

– Клянись памятью предков.

– Клянусь! Клянусь!

– Иди вперед. Начнется стрельба – падай…

– Куда ведет эта лестница?

– Наверх! Наверх, эфенди!

– Я знаю, что наверх, придурок. Куда именно?!

– На капитанский мостик!

Захватим мостик – уже дело.

– Иди вперед.

Судя по тому, как задрожал пленник, впереди нас ждали…

Я оттолкнул его назад, а Роу приложил прикладом по голове. Вперед наука, как на бандитов работать.

– Ну?

Я высунул ствол автомата. Тут же ударили пули…

Попались.

Боевики были подготовлены хорошо. Даже очень хорошо – они точно тренировались где-то… наверное, этот отступник из 22SAS их и тренировал. Но они не учли одного важного обстоятельства. На тренировках обычно используют макет здания, и полы с потолками там по умолчанию пуленепробиваемые, как и стены. На корабле же пуленепробиваемых стен нет, только переборки и лестницы, отлично пулей пробиваемые. И если в абордажном бою использовать навыки, которые получил на макете здания, может получиться очень кисло.

Роу, ориентируясь по звуку, поднял пулемет и отстрелял патронов сто, густо залив огнем все предполагаемые места нахождения стрелков. Раздались крики – и в этот момент я взбежал наверх, непрерывно стреляя.

– Пошел!

Роу сменил ленту на магазин и пробежал мимо меня. Загремели очереди.

– Чисто!

Уже хорошо.

Перед нами была дверь. И, судя по тому, что лестницы выше не было, это был тупик – дверь вела в рубку…

Роу достал пистолет, закинув пулемет за спину – и я тоже. В ближнем бою пистолет лучше – отдачи меньше, разворотистее и кладет насмерть. Надо было бы гранат светошумовых или хотя бы пару обычных, портативную рентгеновскую установку для просвечивания стен, миниатюрный дрон, чтобы запустить внутрь и посмотреть, поисковую систему, реагирующую на тепло человеческого тела и биение сердца.

Но у нас ничего этого не было. Были только мы двое.

Квартира пуста, но мы здесь.

Здесь мало что есть – но мы есть.

Я перекрестился.

– На три…

– Три! – крикнул Роу.

И мы вломились внутрь.

– Контакт слева!

На надстройках появился боевик, его сняли прицельные выстрелы сразу с двух стволов, он перегнулся и упал вниз. Тело шлепнулось о металл, как мешок картошки.

– Дверь! По центру.

Англичане заняли позиции по обе стороны от нее. Один рванул ручку, второй зашел, через секунду – второй.

– Проверить углы!

Они выстроились штурмовой колонной. Где-то в утробе судна загрохотали и смолкли автоматы…

– Направо…

Снова прошли угол.

– Движение с фронта!

Человек, только что высунувшийся в коридор, бодро спрятался назад, пули бесполезно ударили по металлу.

– Атака!

Условный сигнал означал, что один идет вперед под прикрытием огня другого, огонь – одиночными в быстром темпе.