Чудо-Женщина. Вестница войны - Ли Бардуго

– По крайней мере, ее увековечили на указателе, – пробормотала Алия.

Прятать машину было негде, и им пришлось оставить ее на пыльной обочине.

– Так странно бросать малютку прямо тут, на открытой местности, – сказала Алия.

– Это девочка?

– Конечно. Разве это не очевидно?

– Все как-то слишком просто, – шепнула Диана Джейсону, когда они шагали бок о бок позади от остальных.

– Возможно, мы оторвались от тех, кто напал на самолет, – ответил он, настороженно глядя по сторонам. – Они не могли знать, что мы направляемся к какой-то забытой гробнице.

– Пусть так, но где Эрис? Где близнецы? Им не нужны спутники, чтобы нас выследить.

– Возможно, они еще покажутся.

Они могли. Но в голове у Дианы зазвучал другой голос: а что, если все это какая-то уловка? Оракул назвала источник у Терапны, но вдруг Диана неправильно ее поняла? Быть может, было и другое священное для Елены место. Может, Эрис и ее жуткие племянники просто отвлекали их, подгоняли в сторону ложной цели, когда до гекатомбеона оставалось всего несколько часов.

– Диана, – сказал Джейсон, вырывая ее из размышлений. Его рука коснулась ее спины, и она вспомнила свои ощущения той ночью, когда они целовались под ночным небом. – Когда все закончится, ты вернешься домой?

– Да, – ответила она не задумываясь.

– Ага. – Он уставился на землю. – Навсегда?

Разве могла она объяснить ему правила острова? Она понимала, что даже если все закончится благополучно, ее могут изгнать. Но время на Темискире течет не так, как в мире смертных. Пока Диану будут судить, здесь пройдут годы. И даже если она каким-то образом сумеет вернуться к друзьям, сможет ли это хоть немного смягчить боль от потери дома? От того, что она никогда больше не увидит мать и сестер?

– Не знаю. Это не мой мир, Джейсон.

– Но ты могла бы приспособиться, – сказал он, продолжая избегать ее взгляда. – Со временем.

– Это оно? – донесся спереди голос Тео. Он стоял у вершины холма, уперев руки в бока.

Руины выглядели гораздо скромнее, чем ожидала Диана. Она знала, что когда-то здесь было крупное поселение с алтарями и храмами, посвященными Елене и ее мужу. Но теперь от былого великолепия осталось несколько заросших сорняками фундаментов, которые окружали невыразительный земляной холм – то ли курган, то ли остатки храма, чьи каменные стены утопали в цветущих лианах. За пределами поселения отливала золотом зеленая чаша долины, как будто солнце затопило пространство между горными хребтами, отражаясь от берегов Еврота далеко внизу.

– Не очень-то впечатляет, – сказала Ним. – И где источник?

– Может, это метафора, – предположил Тео. – Ну, знаете, источник внутри каждого из нас.

– И почему я не переехала тебя, когда была возможность?

– Диана? – позвала Алия.

Тревога внутри Дианы усилилась.

– Оракул сказала только: источник у Терапны.

– Может, она имела в виду какое-то другое место?

– Какое? Других памятников Елене в Терапне нет. «Там, где покоится Елена, Вестница войны может очиститься». – Она чувствовала, как растет ее раздражение. – Елена покоится здесь. Это была ее гробница, прежде чем она стала гробницей Менелая.

– Здесь ничего нет, – сказал Джейсон.

Тео медленно повернулся к нему.

– Мы проделали весь этот путь зря?

Джейсон покачал головой.

– Алия, нужно уходить. Тебе все еще может угрожать опасность.

– Я никуда не пойду. – Ее глаза встретились со взглядом Дианы. – Я выполнила свою часть сделки. Солнце скоро сядет.

«Нет». Они же даже не искали источник. Им еще нужно все обдумать.

– У нас еще есть время, – сказала Диана. – Мы что-нибудь придумаем.

– Сколько времени у нас осталось? Час? Полтора? Другого решения у нас нет. Я не смогу жить, зная, что могла это остановить.

– Алия, – резко сказал Джейсон, – я не позволю тебе убить себя.

– Это решать не тебе, – сказала она. Ее голос, чистый и сильный, звенел убеждением. Сталь столкнулась со сталью. – Это наше дело. Мое и Дианы.

«Сестра моя по оружию». Все должно было закончиться иначе. В глубине души Диана знала, что им суждено добраться до источника вместе. В чем еще она себя обманывала?

– Ты шутишь, – в отчаянии сказала Ним. – А что, если все это какая-то большая ошибка? Ведь, насколько мы знаем, Вестницы войны могут просто…

– Ним, после всего, что ты видела, после всего, что ты пережила, – ты знаешь, что это правда.

– Мы не будем убивать тебя из предосторожности. – Тео положил руку ей на плечо. Таким серьезным и напуганным Диана его еще не видела. – Должен быть способ все исправить.

Но Алия только дернула плечом и шагнула к Диане, и она с трудом удержалась от того, чтобы не попятиться.

«Твой бой – мой бой».

Она поклялась стать убийцей, запачкать руки кровью невинной. Она дала клятву, но никогда по-настоящему не верила, что ее придется выполнить. Она не может; она не станет. Но разве могла она отвернуться от убеждения в глазах Алии? Алия бросила все свои силы на то, чтобы достичь источника, достичь будущего, которое Диана ей пообещала.

– Сестра моя по оружию, – сказала Диана, стыдясь подступивших к горлу слёз, из-за которых ее голос прозвучал хрипло, – я подвела тебя.

– Вовсе нет. – Алия сделала в ее сторону еще один шаг. – Пока нет.

Джейсон загородил ей дорогу.

– Довольно. Нам вообще не стоило сюда приезжать. Ты была бы сейчас в безопасности, если бы…

– Нет, – сказала Алия, и в ее голосе Диана услышала злость. – Ты предложил прятаться. Мы решили принять бой. Не смей упрекать нас за то, что мы попытались. Диана, ты дала слово.

Диана ощущала, как клятва связывает ее, могущественная и прочная, как лассо. Она никогда себя не простит, если нарушит свое обещание. Но как она могла жить, зная, что отняла у Алии жизнь? Она была бессмертна, а значит, ее ждала вечность невыносимого стыда.

– Сделай выбор, дочь Земли.

Эрис. Все-таки пришла позлорадствовать. Диана взглянула на Ним, ожидая увидеть лицо чудовища, но увидела лишь разинутый рот и потрясенные карие глаза, устремленные на фигуру, которая опустилась на вершину каменистых руин, широко распахнув черные крылья и едва не касаясь земли кончиками сальных перьев. Ее лицо обрамляли пряди чистой тьмы, а на губах сверкало в солнечном свете золото.

– Глупая девочка с благородной миссией и жаждой славы в сердце. Справишься ли ты? Сумеешь перерезать ей горло, чтобы помешать нам?

– И вот так я выглядела? – поинтересовалась Ним с отвращением.