Совершенная технология - Евгения Озерова

Шушино уважение к аналитику росло на глазах.

– Пошли! – Юлечка радостно махнула рукой.

Шуша потянулась к своему ноутбуку, но остроухий вежливо отстранил её руку

– Не всё тебе политкорректность, – спокойно намекнул он. – Донесу, не разобью.

Недолгий путь прошёл в молчании, видимо, Гарасфальт не хотел говорить на ходу или просто подыскивал слова. Коротко махнув подругам рукой в сторону сквера, – располагайтесь, мол, – он удалился в магазин.

– Как думаешь, что он сказать хочет? – поинтересовалась Юлечка, стряхивая снег с одной из скамеек.

Возле уже расчищенных лавочек валялся мусор, среди которого преобладали пустые бутылки из-под водки «Morgenstern». Судя по всему, сотрудники МЧС умели использовать время отдыха от и до.

– Понятия не имею, – пожала плечами Шуша. – Думаю, детали какие-то уточнить…

Сама она пока что садиться не собиралась: сиденье было очень холодным. «Если что, усядусь на спинку…» – подумала она, глядя, как Юлечка бесстрашно плюхается на скамейку.

Наконец, дверь магазинчика хлопнула, и на пороге появился остроухий. В руке у него был тяжёлый пакет. Шуша покачала головой: ей выпить не хотелось.

– Угощаю, – помахав пакетом, крикнул аналитик ещё издалека, чтобы заранее пресечь попытки отдать деньги.

Он подошёл и расставил на скамейке рядом с Юлечкой четыре банки пива.

– Я не буду… – пробормотала Шуша.

– Будешь. Две банки, как и Юля, – не терпящим возражений тоном ответил Гарасфальт. – У меня задание от директора – напоить вас. Вы должны поспать спокойно хотя бы несколько часов.

– Гарик, но есть же таблетки на такой случай! – сердито ответила она.

– Есть таблетки и есть проблема. Похмелье снимается лёгким заклинанием, а побочка от таблеток – нет. Не научились ещё. Ваша техноориенталовская фармакологическая промышленность молода слишком, методы борьбы с ней не разработали, – с усмешкой пояснил он. – Мало ли, какие трудности в работе с телепатами возникнут…

– У меня похмелья не бывает! – радостно заявила Юлечка, протягивая руку к банке.

Шуша безразлично пожала плечами. «Ну ладно…» – подумала она, вспомнив, что иногда действительно ощущала лёгкий туман в голове даже от «Сказок Галадриэли».

– Погоди! – остановил Гарасфальт Юлечку, уже открывшую пиво, намереваясь глотнуть.

Он снова полез в пакет и извлек оттуда бутылочку «Morgenstern».

– Гарик! – изумлённо вскрикнула Юлечка.

– Спокойно! – Гарасфальт принялся откручивать крышечку, и тут Шуша впервые за несколько лет совместной работы с изумлением заметила, что у остроухого слегка дрожат пальцы. – На мой счёт также имеется приказ директора, аналогичный вашему.

Он, наконец, справился со скользкой жестяной крышкой и, торжественно посмотрев на Шушу и Юлечку, приветственно протянул бутылку:

– Ну… За успех нашего совершенно безнадёжного предприятия! Шуша, наконец, взяла свою банку. Чокнувшись с Гарасфальтом и подругой, глотнула и бездумно уставилась в пространство.

– Эх, хорошо пошла! – передёрнул плечами остроухий и утёр губы тыльной стороной ладони.

– Гарик, ты не похож на алкаша-техноориентала, – спокойно сказала Шуша.

Тот чуть смутился:

– Извини, просто пошутить хотел… Не удалось… Ладно, информации у меня для вас на самом деле немного. Просто директор не хотел вдаваться в подробности и поручил мне соединить приятное с полезным…

Аналитик снова глотнул из бутылочки, уже не предлагая им чокнуться.

– Не тяни! – отпив из банки, попросила Юлечка.

– Про… браслет, во-первых. Сейчас он в Вологде, над ним работают остроухие из лучшей ювелирки города. Рассматривался вариант с посылкой в Зеленоград, там, конечно, мастера получше… Но поняли, что рискуем не успеть. Оправа будет магическая, при определённых пассах камешек просто вывалится сам. Это на случай, если изобразить нервозность генсеку будет сложно. Или, скажем, если его отнимут… Пассы можно дистанционно проводить, дальность до трёх километров. Комбинацию генсеку покажут перед операцией. Шуша кивнула. Задумка была очень хороша!

– Надеюсь, пассы не сложные? Не придётся перед инопланетянами кувыркаться или на мостик вставать? Генсеку, в смысле? – осведомилась она.

– Ничего особенного! – замотал головой аналитик. – Обычные движения, просто в определённой последовательности.

– Это радует… – меланхолично пробормотала Шуша и отхлебнула пива.

Ей не нравилось собственное состояние. Настроение переключалось буквально по секундам: только что она была рада прекрасной идее с магической оправой, и тут же вдруг снова канула в пучину безразличия… Директор, пожалуй, был прав: хорошенько выпить перед сном ей не мешало.

– Так, теперь ты, – остроухий, в два глотка прикончив бутылочку, повернулся к Юлечке. – К тебе дело особое. К самому реактору директор приказал не лезть. И потребовал, чтобы ты отнеслась к приказу крайне серьёзно…

– И не собираюсь! – помотала головой Юлечка. – Там излучение, что в режиме тумана, что в режиме огонька, – меня на атомы разнесёт! Я к пульту управления, или что там у них…

– Умница, – Гарасфальт кивнул, радуясь понятливости болотноориенталки, и продолжил за неё. – Ну, или к коммуникациям. Будешь передавать физикам данные, – не полагайся на слова, старайся мыслеобразы посылать. Так им легче будет разобраться. Сама понимаешь, Эльриэнн права: как ты им объяснять будешь? «Тут синий проводок к красной кнопочке подходит»?

Юлечка задумчиво кивнула. Аналитик, не глядя, выбросил пустую бутылку за спину. Раздался звон бьющегося стекла.

– На удачу, – безразлично махнул он, не оглядываясь. – И последнее. Если Шуше удастся прислушаться к кораблю, тебе, конечно, передадут, есть ли в этом их реакторном отсеке какие-нибудь камеры слежения. И… горноориенталу понятно, что в виде тумана или огонька тебе сложно будет действовать…

– Да ладно… – беспечно махнула та рукой. – Уже приходилось многих так спасать…

– Верю, – терпеливо кивнул аналитик. – Но всё же постарайся в телесную форму пореже обращаться. Даже если тебе скажут, что камер нет.

Они помолчали. Шуша равнодушно поболтала пиво в банке и, обнаружив, что на дне осталось немного, допила одним глотком. Юлечка уже давно перешла ко второй.

– Ну, митинг-накачку на этом будем считать успешно законченным. Теперь – танцуют все! – пробормотал остроухий и легко вскочил. – Сейчас, только за второй сбегаю, не забрало меня что-то… Что смотришь, Шуш? Бери ещё банкуй пей! Приказ!

В их маленькой спальне было очень тепло: постаралась баба Тоня, которой они ещё с утра сообщили, что вернутся поспать. Шуша хотела пощупать стенку печи, но отдернула руку, чуть не обжегшись. Да, похоже, будет даже душновато…