Эта свирепая песня - Виктория Шваб

Затем Август отступил. Кейт захлопнула дверцу, легонько постучала ногтями по стеклу. Август выпрямился.

– Удачи, Кейт Харкер.

– Счастливо, Август Флинн.

Он смотрел вслед машине, пока та не скрылась из виду, после чего вышел из гаража, выбрался на улицу и зашагал к Линии, к Южному городу, домой.

Они встретили его на пороге.

Наверное, слух о его прибытии уже облетел город, и Пэрис позвонила и предупредила его родных о том, что Август возвращается в компаунд… Так или иначе, но когда двери лифта разъехались в стороны, Генри и Эмили Флинн ждали его. Прежде чем Август успел произнести хоть слово, они кинулись к нему.

Август утонул в их объятиях и рассказал им обо всем.

Про Кейт, Слоана и Лео.

Он поведал им про Колтон и про их с Кейт бегство.

Про то, как он ушел, оставив Ильзу.

Про малхаи.

Про предательство брата и про его смерть.

Он исповедался, а когда закончил говорить, то встал на колени, и Генри опустился рядом с ним. Они так и сидели на полу, прижавшись лбами друг к дружке.

Генри сообщил ему, что после звонка Августа случилась ссора. Лео ушел, бросив Флиннов справляться самим. Они не смогли его остановить.

Это был вынужден сделать Август.

– Я думал, что потерял тебя, – произнес отец.

«Ты прав», – едва не вырвалось у Августа, но он подумал и сказал:

– Я здесь. И мне очень жаль, что так получилось с Лео. И с Ильзой.

– Она будет в порядке, – произнесла Эмили, коснувшись плеча Августа.

Август вскинул голову.

– Что?!

Он задохнулся, сперва от надежды, а потом от страха, что он ослышался.

– Но Слоан…

Генри кивнул.

– Самого плохого удалось избежать, Август. Она выкарабкалась, но… в общем, Ильза жива. Вот что сейчас самое главное.

– Где она?

Август вскочил и бросился в спальню сестры.

Он рывком распахнул дверь – и Ильза была в комнате, стояла у окна и смотрела на закат. С кровати на Августа взирал Аллегро. Ильза была в майке с тонкими лямками, и Август прямо с порога увидел, что кожа ее чиста и тысячи звезд, превращавших ее в небо, исчезли.

– Ильза! – позвал он, задохнувшись от облегчения.

Она повернулась к нему, и Август обомлел: горло сестры опоясывал уродливый красный шрам.

Слоан сказал правду, хоть и не всю. Август не знал, как малхаи удалось ускользнуть, но был рад, что Лео успел проткнуть его железным прутом.

Несмотря на травму, при виде брата Ильза просияла. Она ничего не сказала, лишь подняла руку. Август кинулся к ней и крепко обнял. От Ильзы по-прежнему пахло мятой.

– Я думал, ты погибла, – выдохнул Август.

Сестра продолжала молчать.

Август отстранился и пытливо посмотрел на Ильзу. Как рассказать ей про Лео и не ранить ее чувства? Ильза оказалась первой из сунаи, а Лео – вторым, и даже если Лео не любил ее – и вообще никого, – она-то его любила.

– Наш брат… – начал Август, но Ильза приложила пальцы к его губам.

Наверное, она давно обо всем догадалась.

– Я испугался, – прошептал Август ей в ладонь. – Я потерял себя.

И не только. Он принял в себя душу другого сунаи. Она до сих пор жгла его, будто звезда.

– Почему так происходит?

Ильза печально покачала головой, мол, «иначе и не бывает».

Она слегка разомкнула губы, однако с них не сорвалось ни единого звука. Но ярко-голубые глаза Ильзы были красноречивее любых слов.

«Все в этом мире меняется, братик».

Ильза повернулась к окну, за которым был И-Сити и Линия, разделяющая город пополам. Ее пальцы водили по тонким трещинкам на стекле, и те начинали мерцать под ее прикосновениями. Ильза как будто извлекала из темноты сияющие точки. Август обнял сестру за плечи и стал смотреть, как она заполняет небо звездами.