Нас не существует - Татьяна Зингер

Старушка обреченно качала головой, смотря по сторонам.

Мимо них прошла парочка: блондинка в ярком платье с рыжеволосым парнем. Тот доел пачку чипсов и бросил обертку в траву.

Это стало последней каплей.

– Живо подними! – рыкнула старушка, чуть не кинувшись на рыжего.

Но ни парень, ни девушка не обратили на нее никакого внимания. Наташе стало гадко и обидно. Да кто они такие, почему так ведут себя с природой и плюют на замечания старого человека?

Она подлетела к хохочущей парочке. Преградила им путь.

– Вы что, не слышали, что вам сказали?!

Те округлили глаза.

– Барышня, вам чего? – развязным тоном спросила блондинка.

– Идем, – парень отодвинул Наташу локтем, – она странная какая-то. Не видишь, что ли? Девочка, кыш отсюда.

– Заберите свой мусор, – приказала Наташа, ткнув пальцем на обертку.

– Э-э-э, – девица оглянулась на пачку от чипсов. Она даже дернулась вернуться за той, но парень не позволил.

– Пойдем, Эль. Не слушай ты ее. Идем, ну.

И они ушли. Наташа стояла со злыми слезами в глазах. К ней подошла старушка, вздохнула тихонько.

– Никогда меня не замечают… Даже тебя не заметили. Нелюди они, вот кто. Они убьют все живое и даже не застыдятся.

Наконец, они подошли к березе. Та стояла среди таких же берез, но была совершенно другой. Тоненькой и грациозной, величественной, с самыми зелеными листьями из всех. Только вот вокруг нее было так же грязно, как и везде: пакеты, сор, пустые бутылки.

– Она тут совсем одна среди… всего этого, – старушка почти любовно коснулась коры, и Наташе показалось, что она сама так же дотрагивалась до дуба Кира. Нежно и осторожно, боясь причинить неудобство.

Наташа осмотрелась, окинула взглядом березу до самой кроны. Сразу видно, что это дерево иное. Выращенное воспоминаниями и любовью.

– Спасибо, – повернулась девочка к старушке и хотела спросить, откуда той известно про это дерево, но та… исчезла. Как и не было рядом. Наташа стояла совсем одна посреди то ли парка, то ли лесочка.

Девочка нервно повела лопатками.

– Здравствуйте, – зачем-то поздоровалась она с березой. – Я от Вениамина. Он вместе с Настей, своей женой… вас посадили.

И только теперь Наташа поняла, что есть любовь сильнее, чем у бабушки с дедушкой или у кого-то другого. Чувство, прошедшее сквозь столетия, сквозь жизнь и смерть и сохраненное навечно. Оно не умрет, пока жива память.

Девушка долго вырывала сорняки, скидывая их в кучу подальше от березы. Изранила пальцы и ладони, но не обращала на боль внимания. Она сгребла весь мусор в мешки и перенесла их к урнам. Ей было невыносимо стыдно за людскую нечистоплотность и равнодушие, причиняющие боль природе.

Потом Наташа сфотографировала березку на планшет и начала копаться в рюкзаке в поисках кулона. Вдруг из переднего кармашка выпала коробочка из-под чая. Девушка смотрела на нее во все глаза – у нее совершенно вылетело из головы, что она положила ее в рюкзак перед самым отъездом из дома, чтобы показать Киру… засохший цветок папоротника, который она сорвала два года назад. Хотела показать, но забыла…

Она не удержалась, приоткрыла крышку, понюхала и… удивилась. Прежний насыщенный аромат – смесь корицы и апельсина – еле улавливался, заглушаемый будоражащей горчинкой хвои, свежестью молодых листьев, прохладой росистой травы. У нее закружилась голова. Запах леса. Его запах.

Убрав коробочку обратно в рюкзак, девушка опустила цепочку с янтарным кулоном в густую траву у самого подножия березы и прошептала:

– Веня ее до сих пор любит. Если сможете, передайте ей.

Разумеется, Наташе никто не ответил. А закатное солнце опускалось за линию горизонта, окрашивая листья рыжевато-красным.

Девушка уже отошла на несколько метров, но что-то заставило ее обернуться. У березы на коленках сидела та самая старушка. Она прижимала кулон к груди и горько плакала, содрогаясь всем своим сухоньким телом. Наташа все поняла. Призрак! Девушка хотела подбежать к Анастасии и спросить, почему она здесь, а не с Веней. Но потом подумала, что наверняка есть какая-то особая причина, которая ее, живую Наташу, совершенно не касается. С секунду поразмыслив, она достала из рюкзака планшет и сделала новые фотографии. Сначала ей показалось, что идея обречена, потому что в фильмах призраков не получалось ни потрогать, ни заснять на камеру. Но Анастасия оказалась особенной. На всех снимках она получилась четко. Старушка обернулась, заметила Наташу.

– Это для вашего мужа, – прошептала девушка, страшась прогневать привидение. Анастасия ее услышала и кивнула, давая понять, что разрешает фотографировать дальше. Она повесила цепочку с кулоном на шею, поднялась с колен, и прижалась к стволу березы спиной, улыбаясь на камеру. Через пару секунд помахала Наташе рукой и растворилась. Последнее фото смазалось.

Когда Наташа подошла к месту встречи с родителями, мама ахнула. Папа изогнул бровь.

– Ты где так извазюкалась? – полюбопытствовал он. – Это что у тебя за одноклассницы такие, что вы в грязи возитесь?

– Ерунда, не обращай внимания, – она спешно спрятала исцарапанные руки в карманы. – Поехали.

Родители допрашивали ее всю обратную дорогу, а она врала про то, как оступилась и скатилась с пригорка. Мама ей поверила, потому что дочь с детства была неуклюжей и спотыкалась на ровном месте.

Той же ночью Наташа понеслась к упырю. До утра бы она не дотерпела, так ей хотелось добыть ноготь. Веня ожидал ее на лавочке. Сколько он сидел там, скрестив руки на груди и глядя в небеса? Не с самого ли ее ухода? Когда девушка выбежала из-за деревьев, он вскочил и вопросил:

– Наталья, неужели вас получилось?..

– Смотрите, – она достала планшет, – я сфотографировала вашу березу. И не только.

Веня рассматривал фотографии.

– Настенька… – прошептал он. – Милая моя… Она почувствовала кулон и, наверное, потому показалась. Не побоялась… Наталья Сергеевна, голубушка, отдайте мне эти фотографии, пожалуйста. – Он погладил пальцем лицо любимой на экране планшета.

– Конечно, – улыбнулась Наташа. – Я распечатаю их и принесу вам. Скажите, что произошло с вашей женой? Почему она не с вами?

И Веня во второй раз поведал, что умер из-за проклятия колдуна-конкурента. Но добавил, что относительно молодым – в сорок три года. Мучаясь в агонии, он хотел превратить супругу-ведьму в нежить, чтобы быть с нею вечно. И Анастасия согласилась – только бы остаться с любимым мужем – но… не успел.

– Почему она стала призраком?

– Настенька не смогла отпустить этот мир. Думаю, после смерти она все вспомнила, но не отыскала меня. Так и осталась у нашей березы охранять наши с ней воспоминания. Я бы отдал вечность, чтобы побыть с нею пять минуточек. Но, увы, нам не суждено встретиться. Это наше проклятье. Что ж, держите…