Император последнего дня - Максим Шешкаускас

– Яйца. Генератор производит яйца казбесов. Каждую третью ночь в нише на крыше Генератора появляются яйца, из которых вырастают казбесы.

– Так вот, значит, чем занимаются «исследователи»… – У меня потемнело в глазах и закружилась голова. Значит, за всем этим смрадом стою я. А Станислав Валентинович?.. А почему я сам этого не понял, например, во время сеансов?

Ничего Амебе не говоря, выхожу из-за стола и, слегка пошатываясь, иду к бару. В баре заказываю еще один бокал, не спеша пью у стойки и осматриваюсь в поисках кого-нибудь, кто смог бы выложить мне правду полностью. Внезапно моя рука сжимает бокал – я вижу ту, которая заплатила за мое уничтожение. Лидия Павловна проходит по залу – на ней пышное белое платье в пол, сама она выглядит бледной и заболевшей, но при этом налево и направо улыбается гостям.

Я решительно подхожу к ней, меня переполняет злость, я проецирую все свои беды на этого человека.

– Лидия Павловна, здравствуйте! – Беру ее руку и подношу ко рту, при этом чувствую, как она дрожит.

– А, молодой человек, рада вас видеть. – Натянуто улыбается, сама же становится белее мела.

– Правда ли? Польщен вашей радостью. А то, знаете ли, на меня вчера напали… Знаете, я верю, что судьба накажет всех, кто был связан с этим нападением.

Не моргая, смотрю ей в глаза. Она не выдерживает и почти сразу же отводит взгляд.

– Да как ты смеешь, гаденыш? – шипит она. – Ты знаешь, кто я такая? Да я тебя сегодня же уничтожу!

Вздергивает подбородок и уходит от меня в направлении к выходу. Я довольный возвращаюсь к бару – пусть старая карга немного поволнуется.

Внезапно меня ослепляет вспышкой фиолета. Я вижу фигуру Лидии Павловны. Даже глубже – я вижу все ее мысли. Я вижу, что она хочет ночью напасть на меня в моей квартире. Фиолет против моей воли проникает в Лидию Павловну и сжимает ей сердце…

Я слышу возглас страха, затем крики гостей возле входа.

– Врача! Врача! Есть в зале врач?! – громко спрашивает какой-то мужской голос.

Я проталкиваюсь вперед и вижу лежащую на полу Лидию Павловну, какой-то мужчина придерживает ей голову. У нее закрыты глаза, и, кажется, она не дышит. Меня пробирает озноб. Я этого не хотел! Значит, и вправду Генератор победил, а я проиграл?..

– Смотреть на трупы старух нет никакой радости. Я бы лучше предложил нам с тобой прогуляться.

Я оборачиваюсь на знакомый голос и почему-то радостно улыбаюсь. Передо мной стоит тот самый слепой – Сергей Никитович. Рядом с ним, держа его за руку, стоит его безымянный долговязый подручный.

– Если ты сейчас махаешь головой или делаешь какие-нибудь другие жесты – то ты полный идиот, – замечает Сергей Никитович.

– Нет… – Встряхиваюсь. – Я просто восторженно ошарашен встречей.

– Здесь человек помер, а ты восторженно ошарашен?! Придурок! Следуй за нами.

Долговязый повел Сергея Никитовича под руку, и я, следуя указанию, поплелся следом. Мы беспрепятственно вышли из зала, где все же нашелся врач, который хлопотал вокруг Лидии Павловны. Через парадный вход мы вышли на улицу, свернули за школу и, немного пройдя, пришли к школьному стадиону. Долговязый вывел Сергея Никитовича на беговую дорожку и оставил нас одних.

– По стадиону я могу гулять один, – объяснил мне слепой, – ровная дистанция, в точном месте загиб полукруга. Частенько, когда мне там, – он кивнул на школу, – надоедают придурки, я прихожу сюда погулять один.

– Сегодня прекрасный вечер, – я соглашаюсь, – и запаха здесь совсем нет.

– Запаха? Какого запаха?

– Ну, как, – я удивляюсь, – казбесов.

– Казбесов? А, ты о своей армии. Впрочем, ладно. Мало ли чего ты навыдумывал, находясь в слепоте. Спрашивай, что ты хотел спросить.

– Лидия Павловна, это же я ее?..

Старик фыркнул:

– Определенно, тебя интересует не это. Но раз хочешь знать – нет, просто пришло старушкино время.

– Яйца. Правда, что яйца казбесов произвожу я, с помощью Генератора?

– Пойми: яйца – это всего лишь побочный продукт. Все дело в тебе – только ты сам выбираешь, кем тебе быть.

– Кем мне быть? Генератор – что это? – Я больше не стал уходить от интересующего меня вопроса и спросил напрямую.

– Генератор – это ровно то, чем ты хочешь, чтобы он для тебя был.

– Ответ, скрытый в загадке, чего-то подобного я и ожидал. – Я усмехнулся.

– Должно быть, ты идиот! Знаешь, возможно, тебе стоит вернуться и хорошенько напиться – это единственное, что у тебя худо-бедно получается.

Я проглотил упрек и шел молча.

– Ты все еще здесь? – спросил Сергей Никитович, словно не знал.

– Да, я все еще тут.

– Объясни мне, мой мальчик, где ты в прямом ответе разглядел загадку?

Я вспомнил ответ слепого.

– Генератор – это то, чем я себе его представляю.

– В точку! Ну и?

Я задумался:

– Я представляю себе Генератор как машину, которая процеживает все эмоции, уничтожая положительные и оставляя только негативные. Фильтрует Генератор эмоции с моей помощью. Так получается, если прислушиваться к подсказкам из моих снов. Он конденсирует на мне негатив, чтобы потом впрыснуть в мир в чистом виде. Чтобы потом произвести казбесов.

– Вот именно поэтому Генератор и выиграл, а ты проиграл. Этому миру уже давно конец, с этим нужно смириться – от него уже осталась одна свалка. Обидно за дальнейшее.

– Дальнейшее?

– Ты уверен, что именно таким себе представляешь Генератор?

– Наверное… – Я задумался. – Когда проходят сеансы, он мне показывает несчастных людей, чьи-то нереализованные мечты, разбитые сердца, одиночество, бессмысленные жизни…

– Только лишь? – Сергей Никитович казался очень задумчивым.

– Не знаю, – я замешкался, – я вижу не все – теряю сознание.

Слепой кивнул.

– Может быть, ты запоминаешь не все? Может, ты запоминаешь лишь то, что хочешь запомнить?

Я честно попытался вспомнить. Слепой продолжал:

– Попробуй сменить угол зрения, допустить другой вариант.

– Какой вариант?

– Знаешь, Ник, ты скоро умрешь, но это далеко не конец. А теперь иди, на сегодня мне хватит разговоров со всякими идиотами.

Я остановился ошарашенный, слепой пошагал дальше. Не знаю, что меня больше взбудоражило – очередное повторение известия о приближении моей гибели или то, что старик назвал меня Ником.