Император последнего дня - Максим Шешкаускас

– Как у нас все серьезно. – Старичок, изучив корочку, закурил очередную сигарету. – Но вы же понимаете, что и в земле он остаться не может?

– Неужели нет никаких вариантов? – вырвалось у меня.

– Молодой человек, варианты всегда есть – все зависит от того, сколько вы готовы заплатить.

– Деньги не проблема!

– Ну что же… – Старичок вновь поднялся, открыл ящик стола и вытащил толстенную пыльную папку. – Крылов, говорите… Да, вот, действительно захоронен такой. Второго января этого года. Бедняга хоть успел Новый год встретить?

Мы оставили вопрос без ответа.

– Да, вам повезло, как раз к вечеру мы планируем подобраться к его могиле.

– Так какие есть варианты? – напомнил я.

– Ах да, варианты… Как вы понимаете, в земле оставаться он не может, но я могу предложить кремацию.

– Кремацию? – Интересно, что по этому поводу сказал бы Гена? – Кремация нас устроит, – решительно заявил я, вспомнив Генин полуразложившийся вид.

– Вот и отлично! Уплатите деньги в кассу. – Старикашка ухмыльнулся. – Чек я вам выписывать, разумеется, не буду.

Он назвал сумму, я расплатился. Потом старикашка зачем-то спросил мой адрес, и я его продиктовал, скрываться мне было не от кого.

– Теперь ты удовлетворен? – спросил Станислав Валентинович, заводя двигатель.

– Да, спасибо за помощь.

Станислав Валентинович достал из бардачка и протянул мне пригласительный. Вновь только на разовое посещение.

– А что за корочку ты показал смотрителю?

Ничего не ответив, он тронул машину…

* * *

Иногда встречаются дни, которые вроде уже до тошноты перенасыщены событиями, но не спешат подходить к финалу. Сегодня мне попался один из таких бесконечно долгих дней. Часы показывали без двадцати минут пять, поэтому я пошел заводить автомобиль – нужно выдвигаться в сторону школы.

Ровно в пять я показываю пригласительный Вадиму, уже второй раз я проникаю на корпоратив безо всяких проблем, что делает мою жизнь капельку спокойнее, но все же скучнее…

Пройдя в зал, я сразу же направляюсь к бару, по пути прохожу мимо столиков и встречаюсь взглядами с вечно жрущим Амебой. Останавливаюсь, театрально ему кланяюсь и стараюсь изобразить какое-то подобие чечетки. Амеба хохочет и весело машет вилкой – мы поняли друг друга, ведь он все-таки платит за то, чтобы я его развлекал…

У бара беру двойную порцию виски со льдом, отпиваю и начинаю соображать, чем бы себя занять на этот вечер – беседовать с Амебой нет никакого желания, искать любовных приключений с Юн Вен мне тоже не хочется, ведь я все еще не могу понять, что творится у меня с Любовью. Неужели я был таким идиотом, чтобы позволить себе расстаться с ней?.. Как ни странно, Егора встретить здесь я тоже не хочу – нам нужно с ним поговорить, но не в такой обстановке. Вижу в толпе одинокого спонсора, заказываю в баре бокал шампанского и иду общаться.

Как ни странно, имя этой старушки в пышном старомодном бальном платье я сразу запомнил, должно быть, из-за ее духов – точно такими же пользовалась Оля. Ассоциативная память – сложная штука.

– Никифор, – заулыбалась она, принимая шампанское. – А я уже потеряла всякую надежду поговорить с тобой.

– Ну что вы, развлекать гостей входит в мои прямые обязанности в этот субботний вечер. – Мои уши режет это мерзкое «Никифор».

– А куда делась твоя бородка? Тебе очень шло, знаешь, вот у моего второго мужа…

– А про синяки под глазами вы разве не спросите?

Она засмеялась.

– Синяки, и правда, есть, а я их сразу и не заметила.

– Очень в этом сомневаюсь. – Отпил еще немного из своего бокала. – Лидия Павловна, я не успел выяснить, почему вы спонсируете организацию и мое существование? Из-за любопытства, или преследуете какие-то другие цели?

Гранд-дама делается очень серьезной.

– Ради науки, мальчик мой, исключительно ради науки. Генератор – драгоценнейшая находка, которая должна быть изучена во имя человеческого прогресса.

– Во имя прогресса? Честно говоря, не сильно представляю, каким образом кубик сможет служить человечеству.

Лидия Павловна звонко смеется:

– Стасик! Стасик! Что за дерзкого молодого человека ты воспитал?

Оглядываюсь и вижу, как к нам приближается Станислав Валентинович. Он вновь в своем строгом костюме-тройке.

– «Дерзкого» не то слово. – Станислав Валентинович улыбается, целует старушке руку. – Лидия Павловна, рад вас видеть.

– Взаимно, Стасик, но боюсь, мне придется вас оставить – из-за шампанского у меня разболелась голова. – Возвращает мне бокал, из которого не выпила ни капли, и уходит.

– Как тебе? – улыбается Станислав Валентинович.

– Наимилейшая старушка, – отвечаю я, залпом выпивая ее шампанское.

– Вот как? Я бы на твоем месте был бы с ней поосторожнее – она уже какой день талдычит об уничтожении Генератора вместе с администратором. Считает, что оставить тебя в живых слишком опасно.

– Во имя человеческого прогресса, значит? Наимилейшая старушка. – Допиваю я и свое виски.

– В любом случае, ты предупрежден, так что лучше держись подальше и не нарывайся на неприятности, – говорит он и уходит.

Я иду к бару пополнить свой опустевший бокал.

– Какой же ты идиот! Черт тебя подери! Не можешь запомнить даже банальные вещи! На кой ты мне вообще такой нужен… – Проходя, я слышу, как слепой старик отчитывает своего подчиненного. Этот слепой-то, небось, точно, спит и видит, как бы уничтожить меня и весь мир за компанию.

Я решаю, что даже виски мне сегодня не поможет, что на сегодня этого дурдома хватит, плюю на все и вместо бара отправляюсь прямиком к своему автомобилю…