Возрождение ковчегов - Дженнифер Броуди

Морская вода лизала ботинки, окрашивая их в темно-коричневый цвет. Майра ощущала дыхание океана, чувствовала на языке солоноватый привкус. В обе стороны от нее, пропадая за горизонтом, тянулось побережье. Резкий холодный ветер трепал седые небеса, румянил щеки.

«Зима еще не прошла, – напомнила Элианна, – и весна не наступила».

«Весна», – мысленно повторила за ней Майра, смакуя, словно конфетку, незнакомое слово. В голове сразу пронеслась череда образов: пышные зеленые луга, усыпанные пестрыми цветами; колибри снуют от бутона к бутону и лакомятся, как сладостями, нежным нектаром; в жирной земле, еще не просохшей от утренней росы, копошатся дождевые черви. Это были воспоминания Элианны.

Возиус, стоявший рядом, нагнулся, сунул руку в воду и тут же выдернул.

– Святое Море, студеная, – пожаловался он.

Майра укоризненно взглянула на братишку:

– Зима на дворе. Будь осторожен, а то заболеешь.

– Не заболею, это все выдумки.

– Откуда ты знаешь? Разве простуда – не из-за того, что простужаешься?

– Рен мне все рассказала, – возбужденно объяснил Возиус. – Когда мы еще были на борту Второго ковчега. Простуду обычно вызывают микроорганизмы, вирусы.

– Все верно, – откликнулся Калеб, тащивший по пляжу тяжелый ящик. Он поправился и выглядел гораздо лучше. – В камере у нас было много свободного времени. Разговоры помогали не сойти с ума.

Майре с трудом верилось, что с тех пор, как они вернулись, прошла уже почти неделя. Она присмотрелась к Калебу: он изменился. Майра точно не могла сказать, как и в чем именно. Просто словно снова стал самим собой. Может, в этом дело?

– Вирусы, говоришь? – переспросила Майра. – Рен тебе рассказала?

Возиус кивнул:

– Она еще много о чем говорила.

Майра по-прежнему не питала к Рен особой любви, но чувства держала при себе. Она глянула на ящик, который наконец подтащил Калеб.

– Поможешь открыть, Воз?

Вдвоем они откинули крышку – внутри лежал глубоководный зонд. Внешне он напоминал миниатюрную субмарину. Майра собирала его последние несколько недель и лишь пару дней назад закончила: сварила последние швы и запрограммировала координаты Тринадцатого ковчега, которые дал Ной. Сегодня предстояло испытать аппарат в деле: поплывет он или камнем пойдет ко дну, оказавшись в бурном море?

Майра обернулась и посмотрела в сторону Аэро: тот сидел в кабине катера и о чем-то горячо спорил – наверное, с Рен – по головной гарнитуре. Видимо, какие-то трудности с новой армией. Командуя солдатами, готовясь встретить Четвертый ковчег, он отдалился от Майры, и она гадала: всегда ли будет так? Всегда ли что-то будет стоять между ними?

Зонд вытащили из набитого пенопластом ящика и опустили на влажный песок: тяжелый аппарат сразу же погрузился в него на несколько дюймов. Волны слегка касались его, на фоне бескрайнего и неспокойного моря зонд выглядел маленьким и ненадежным.

– Думаешь, получится? – глядя на него, спросил Калеб и погладил гладкий корпус, сваренный из кусков металла.

Майра поджала губы, разглядывая собственное творение.

– Не знаю, – просто ответила она. – Большая глубина – это всегда множество проблем. Если зонд не раздавит и он подплывет достаточно близко к нашей колонии, то шанс будет.